По правилам настоящего мужчины - Диана Рейдо

Пока они шли к воде, Бренда уже успела почувствовать себя блинчиком, методично поджариваемым на растительном масле. Она шумно выдохнула.

– Жарко?

– Признаться, я от этого отвыкла, – ответила Бренда.

– Ничего. В воде тебе будет значительно прохладнее.

И, когда они дошли до кромки песка, щедро облизываемой морской водой, оставляющей на ракушках ноздреватые лохмотья пены, Патрик начал свой инструктаж, бросив на песок доски…

10

Раскинув руки, Бренда подставила лицо солнцу. Она была выжата как лимон, абсолютно выбилась из сил – и вместе с тем давно не чувствовала себя такой обновленной, такой счастливой и легкой.

У нее не получилось ничего, решительно ничего. Вся помощь Патрика, все его объяснения, по мнению Бренды, были напрасными. Она не могла ничего – стоять на доске, удерживаться на ней, балансировать на волнах. Не говоря уже о том, что оказалась совсем беспомощной в ситуациях, когда крупная неожиданная волна подкрадывается сзади и резко обрушивается на голову.

Бренда сваливалась с доски для серфинга, переворачивалась, раз за разом с головой погружалась в воду, чудом не захлебнулась. Патрик все время был рядом, и лишь благодаря этому Бренда не билась в истерике, чувствуя себя в полной безопасности. Она не могла найти объяснения этому странному ощущению. А потом вышла на берег, еле передвигая ноги, блаженно загребая ими сухой и горячий песок, и упала навзничь. Она даже не стала стирать с тела капельки воды – те сами высыхали мгновенно.

– Побудешь тут без меня некоторое время? – спросил Патрик.

Бренда лениво приоткрыла сначала один глаз, потом другой. Патрик стоял рядом с ней, возвышаясь, его голова, казалось, уходила в небо и подпирала его каштановой макушкой.

– Побуду.

– Должен же я сам немного покататься.

– Ничуть не возражаю. – Бренда перевернулась на живот и снова замерла в благостном оцепенении.

– Подождешь меня тут?

– Ну конечно, подожду. Иди и катайся. Я все понимаю: из меня-то партнер никудышный.

– Неправда, у тебя здорово получалось, – великодушно заверил ее Патрик.

– Что у меня получалось? – Бренда фыркнула было, но тут же передумала: песок от лица разлетелся во все стороны, грозя попасть в глаза. – Неуклюже сваливаться с доски?

– Ты не права. У тебя есть главное – энтузиазм и желание научиться. Мне кажется, ты достаточно упорна, чтобы добиться поставленных целей. А серфинг тебе понравился, я это видел.

Насчет упорства и целей ты прав, рассеянно подумала Бренда, а вслух сказала:

– Значит, по-твоему, я гожусь еще на что-то, кроме как потреблять шмотки, косметику и музыку в ночных клубах?

– Не сомневаюсь в этом, – засмеялся Патрик.

Подхватив доску, он направился обратно к воде, а на ходу бросил через плечо:

– Не скучай. Я постараюсь недолго.

– Не торопись…

– Придется поторопиться. Иначе ты обгоришь.

От усталости Бренда и сама не заметила, как заснула. Сказались перелет, малое количество сна за предыдущую ночь, усталость от водной акробатики и то, что возбуждение от новых впечатлений уже схлынуло.

Патрик отсутствовал пару часов.

– Увлекся, прости, – виновато сказал он, вновь появившись на горизонте.

Бренда открыла глаза, попыталась пошевелиться и неожиданно вскрикнула.

– Что? Что такое? Мы успели что-то повредить тебе? – обеспокоенно спросил Патрик, садясь рядом с ней на корточки.

Болезненно морщась, Бренда пробормотала:

– Кажется, я все-таки обгорела.

– Вижу. Я же говорю, что не на шутку увлекся. Это я виноват.

Все еще морщась, Бренда села, а потом поднялась на ноги. Патрик поддержал ее за руку.

– Не надо делать из меня инвалида, – не выдержала Бренда, – лучше неси доски, свою я вряд ли смогу дотащить до дома.

– Извини, – пробормотал Патрик, и Бренде тут же стало стыдно за свою неожиданную вспышку раздражения.

Медленно, но верно они дошли до дома, и Патрик открыл дверь. Доски он, предварительно отряхнув от песка, пристроил в углу прихожей. Потом взял Бренду за руку.

– Идем.

– Куда? – удивилась она.

– В душ.

– Спасибо, я и сама могу вполне…

– Да не бойся ты, я не собираюсь тебя насиловать. Но песок и морскую соль с тебя смыть надо.

– Я сама…

– Сама ты сейчас даже купальник с себя нормально снять не сможешь, – заверил Патрик.

Бренда подняла руки к шее, чтобы управиться с застежкой, но тут же опустила их, охнув от боли.

– Да, похоже на то…

– Вот я и говорю. Доверься мне.

– Уговорил…

Они вошли в компактную, почти тесную, но чистую душевую комнатку. Патрик включил душ.

– Держи его. Я пока сниму с тебя купальник.

Расстегнув тугую застежку, он осторожно, по сантиметру, стащил с Бренды мокрую прилипающую ткань. Та старалась не морщиться и не скрипеть зубами – все-таки обгорела она порядком.

– Поднимай ногу… Теперь вторую… Готово.

Патрик поднялся, и в этот самый момент Бренда подумала: интересно, обхватывает ли он взглядом все мое тело, от кончиков пальцев ног, когда заканчивает снимать купальник, до шеи и влажных волос, когда его лицо оказывается на одном уровне со мной?

Она не могла понять, какие чувства в ней вызывает эта неожиданная помощь. Как она воспринимает Патрика? Как друга? Как брата? Ее совершенно точно не раздирает неудержимая страсть, но и понять, что она ощущает, Бренда не могла.

Одно было совершенно точным. Если бы кто-то сказал об этом Бренде, то она удивилась бы. Но в этот момент она даже и не вспомнила о Лэнгдоне…

Офис, ее авантюра, Нью-Йорк, Ральф Лэнгдон – все это словно отошло на задний план, стало второстепенным и мало что значащим.

Патрик тем временем взял у Бренды из рук душ и принялся поливать ее кожу чуть теплыми струями воды.

– Не больно? Не жжет? – заботливо поинтересовался он.

– Н-нет…

– Я могу сделать напор послабее.

– Нет, не нужно…

– Тогда вытирайся. Стоп. Я сам тебя вытру.

Душ очутился на своем месте, а в руках Патрика появилось огромное махровое полотенце фиалкового цвета. Он принялся осторожно промокать полотенцем воду с тела Бренды.

– Что-то голова кружится, – пробормотала она.

– Жара нет? Не хватало еще заполучить тепловой удар.

– Не знаю.

– Главное, чтобы не тошнило. Пойдем, я уложу тебя.

– Зачем?

– Нужно тебя как следует намазать кремом, чтобы кожа не сошла.

– Да уж, хороша я буду в понедельник на работе с облезшей кожей… Все скажут, мол, не умеешь загорать, так ходи в солярий.

– Чем ты забиваешь себе голову? – искренне удивился Патрик. – Идем. Ложись, но под одеяло не забирайся. Сейчас найду крем.

Бренда с облегчением вытянулась во весь рост на низкой кровати. Кажется, так о ней не заботился никто, с тех самых пор как это перестал делать ее собственный отец.