Завещание Мадонны - Мария Жукова-Гладкова

Глава 14

Из машины я опять позвонила Вальтеру Кюнцелю. Результат оказался тот же: телефон в квартире не отвечал, мобильный был выключен. И где же носит немца-то?

Значит, можно съездить к Кате Ломакиной, дочери Аллы Иванихиной, которую та оставила в роддоме.

Но сразу же с Катей я не поговорила, хотя и увидела ее – не могла не узнать, так как Алла Иванихина показала мне фотографию Катиной бабушки в молодости, на которую Катя оказалась очень похожа. И выходила она из подъезда, в котором должна была жить. Мы с Пашкой сидели в моей машине и еще не успели из нее выйти. Я только что нашла место для парковки.

Но выходила Катя не одна, а с еще одним участником злосчастного аукциона, то есть не участником, а просто присутствовавшим на нем зрителем.

Это был мужчина лет тридцати, который сидел на аукционе с ноутбуком (больше там никого с ноутбуками, по крайней мере включенными, не было). Мужчина, насколько я помнила, неоднократно бросал на меня взгляды. Я сама его раньше никогда не видела. Но меня-то он, конечно, мог видеть по телевизору, да и я сразу же привлекла внимание большого количества участников.

Мужчина даже не пытался купить ни одну картину. Что же он делал на аукционе?

Я решила, что по возвращении домой мне нужно будет еще раз внимательно просмотреть все, что удалось заснять Пашке.

– Мы куда-нибудь пойдем? – спросил оператор. – Надо бы пивком еще затариться. А то у меня скоро закончится.

«Скоро закончится» – это четыре бутылки. Некоторым на один вечер много. Интересно было бы как-нибудь посчитать, сколько Пашка выпивает пива в месяц. Один известный питерский пивной завод, продукцию которого предпочитает оператор, должен был бы ему уже вручить какой-нибудь знак типа «Почетный любитель пива».

Парочка тем временем села в машину (Катя – за руль), и машина отъехала от бровки. Я решила проследить за ними.

– Мы что делаем? – через некоторое время в удивлении посмотрел на меня оператор.

– Следим вон за той машиной, – я назвала номер.

– Снимать надо?

– Пока нет, а дальше видно будет. Смотря куда они направляются.

Пашка даже не поинтересовался, кто эти люди, зачем их снимать. Я иногда задумываюсь о том, что творится в голове у Пашки. Мы знакомы много лет, мы через многое прошли вместе, я знаю, что всегда могу на него положиться, но в последнее время он, как мне кажется, большую часть суток пребывает в нирване. Он четко выполняет все мои указания, он делает прекрасные съемки, но ему вообще все стало до лампочки.

К сожалению, я знаю немало мужчин, которым на все плевать. Они плывут по течению, но у них нет никакого интереса в жизни. Большинство женщин все-таки к чему-то стремятся, занимаются собой. Хотя бы пытаются найти мужа. А мужикам лень.

Пашке точно лень. Он знает, что я разбужу, когда нужно на работу. Я и помогу протрезветь. У других это делают жены. Пашка много лет живет один, женат никогда не был и не стремится к этому. Все его друзья (читай: собутыльники) живут одни или с мамами – у кого мамы еще живы. Питаются чем придется, одеваются как попало. Все очень неприхотливы. Пашке не придет в голову покупать себе новую одежду, холодильник у него забит пельменями и яйцами. Ну и, конечно, пивом. Правда, эти товары хранятся в разных отсеках и друг другу не мешают. Иначе предпочтение было бы отдано пиву.

Совершенно неприхотливый мужик (который ест все и не требует отпаривать ему брюки и гладить рубашки) – прекрасный кандидат на роль мужа. Но я не могу представить в этой роли кого-то из своих очень неприхотливых друзей, которых искренне люблю. Как друзей. Но чтобы Пашка, патологоанатом Василий или Андрюша из Управления каждый день обретались у меня дома… Упаси боже!

Но с личной жизнью все-таки надо что-то делать! Нельзя только работать!

Однако пока я была на работе. Правда, занималась не своим делом. Слежка – все-таки не мое амплуа. Правда, парочка в машине впереди даже не подозревала, что за ними кто-то наблюдает. Вероятно, и предположить не могли, что кого-то заинтересуют.

А мне сегодня вечером нужно будет заехать в холдинг, попросить ребят распечатать светлый лик пока неизвестного мне мужчины, чтобы я его предъявила галерейщику Галустьяну. Может, он знает, кто это такой.

Катя Ломакина со спутником ехали на Юго-Запад. Я плохо знаю тот район, по работе чаще оказываюсь в Центральном, Петроградском или Московском районе. Хотя это неудивительно… Самые интересные – с точки зрения криминального репортера – квартиры расположены именно там. Там живут и самые богатые люди нашего города, и остается множество коммуналок. Там много ресторанов, ночных клубов. В общем, нас с Пашкой в основном вызывают туда. Хотя, конечно, мы бываем и в других частях нашего огромного города. Но я не ориентируюсь на Юго-Западе так, как ориентируюсь в центре.

Машина, за которой я следила, заехала в один из дворов на улице Доблести. Где-то я недавно слышала про эту улицу. Кто-то мне про нее говорил…

– Паша, включи камеру!

Я припарковалась при въезде во двор, вышла из машины и, немного пригнувшись (маленький рост удобен для слежки), увидела, как Катя со спутником выходят из машины и направляются в один из подъездов девятиэтажного дома.

Они вошли в подъезд, я вернулась в машину. И тут я вспомнила про адрес… Быстро достала записную книжку, проверила – и поняла, что оказалась права. По этому адресу проживала Римма Иванихина – дочь Аллы и Николая, рожденная в законном браке, но в последнее время не общавшаяся с родителями.

Значит, сестры общаются? С родителями не желают видеться, а друг с другом нашли общий язык? Не может же быть таких совпадений! Чтобы в тот же дом, в тот же подъезд… Хотя чего только в жизни не случается…

Но маловероятно, что это случайное совпадение. Значит, Катя все-таки пожаловала к сестре Римме.

Зачем?

Могли сестры объединиться против матери? Почему бы и нет? Что хотят? Явно наследство, вывезенное генералом Иванихиным из Германии. Пусть не Леонардо да Винчи, но на кругленькую сумму потянет.

Но имеет ли Катя право на наследство? Если только мать оставит завещание. Катя наследует за усыновителями, а не за родной матерью, которая от нее отказалась. Или может и за матерью? С хорошим адвокатом, конечно, можно все.

Но с какой стати Алле умирать?

Пашка сказал, что хочет размять ноги.

– Лучше скажи: магазин поискать.

– Чего его искать? Вон «Пятерочка» слева маячит.

– Там могут быть очереди в кассу. А мы не знаем, насколько тут задержимся.

– Юля, чего ты добиваешься? Зачем тебе эти двое?

– Ну…

«Эти двое» как раз в эту минуту вылетели из подъезда.

За что люблю Пашку, так это за способность мгновенно действовать. Камеру он всегда держит в руках и еще ни разу не потерял – независимо от того, до какого состояния напивался. В общем, он успел заснять безумное лицо Кати Ломакиной и очень обеспокоенное – ее спутника. И то, как машина срывалась с места. Потом уже я крикнула Пашке, чтобы быстро садился, – и понеслась за парочкой.

Пашка снимал из машины. Парочка о чем-то спорила. Катя вела автомобиль очень неровно, пару раз чуть не стала причиной аварии. Мужчина у нее на переднем сиденье размахивал руками, что-то явно доказывая.

Интересно, что же все-таки случилось в квартире Риммы Иванихиной? И куда теперь направится парочка?

Катя поехала в центр, к гранд-отелю «Европа». Спутник вышел из машины и скрылся внутри здания, Катя поехала домой. Я «проводила» ее на машине.

Мужчина может быть иностранцем? Не иностранным иностранцем, а, например, нашим человеком, отбывшим за рубеж на постоянное место жительства? Он не смотрелся как иностранец. У меня даже не появилось такой мысли, когда я его видела на аукционе и вместе с Катей.

Или у него в гранд-отеле «Европа» назначена какая-то встреча? С настоящим иностранцем?

То есть этот мужчина каким-то образом вышел на Катю, старшую, оставленную в роддоме дочь Аллы Иванихиной, через Катю – на Римму. Они о чем-то договорились.

Но сегодня что-то явно пошло не так.

Подняться к Кате? Распечатать фотографию мужчины и попытаться выяснить, кто он? Или наведаться к Римме?

Я решила вернуться к Римме.

Глава 15

– Только остановись где-нибудь, чтобы я пива купил! – взмолился Пашка.

Я вышла из машины вместе с ним, углядев рядом с павильончиком небольшую пекарню, где купила пакет еще горячих пирожков. Пашка появился из павильона с пивом для себя и соком для меня. Перекусывали по пути.

Позвонила Виктория Семеновна, поинтересовалась, где мы. Я сказала и как раз попросила сделать распечатку с аукциона, объяснив, какой мужчина меня заинтересовал. И еще попросила фотографии двух парадно одетых дам, по всей вероятности – матери и дочери. Предъявлю Галустьяну.

– Сейчас позвоню ребятам, – сказала начальница. – Сегодня вечером заедешь и заберешь. Ты ведь заедешь?

Но я и предположить не могла, в какое время мне удастся добраться до холдинга…