Вьетнамская война в личных историях - Джеффри Уорд

другими вьетнамскими активистами, включая Фан Чу Трина. Более того, документ представлял собой явный призыв к сотрудничеству. Он был адресован французскому правительству и не содержал никаких упоминаний о независимости. Более того, слово «Вьетнам» вообще не фигурировало в тексте. Вместо этого в документе содержался призыв к реформированию колониальной системы и предоставлению политических свобод «аннамитскому народу». (Термин «аннамитский» был призван успокоить французских чиновников, которые избегали употреблять слово «вьетнамский» из-за его националистического подтекста).

Главной мишенью «Претензий аннамитского народа» был Альбер Сарро, высокопоставленный колониальный чиновник и бывший генерал-губернатор Индокитая. Сарро был республиканцем и социалистом, а также твердо верил в «цивилизаторскую миссию» Франции. В апреле 1919 года, всего за два месяца до появления манифеста, Сарро выступил с широко известной речью на тему «франко-анамского» сотрудничества. Среди прочего он намекнул на демократические реформы и возможное самоуправление Индокитая в составе Французской империи. В ретроспективе очевидно, что видение сотрудничества Сарро было несовершенным и противоречивым. Но для многих вьетнамских активистов в 1919 году, включая Куока, оно, казалось, предлагало новые захватывающие возможности.

Только после того, как Сарро и другие французские лидеры не смогли выполнить свои обещания по реформам, Куок начал разочаровываться в сотрудничестве. В 1922 году, после спорной личной встречи с Сарро, Куок опубликовал едкое осуждение деятельности француза в Индокитае. Во время правления Сарро, писал Куок, в его стране «росло число спиртных напитков и опиумных магазинов, которые вместе с расстрельными командами, тюрьмами, «демократией» и всем усовершенствованным аппаратом современной цивилизации делают аннамцев самыми передовыми из азиатов и самыми счастливыми из смертных».

Переход Куока от реформ к сопротивлению совпал с принятием им революционного социализма и марксизма-ленинизма. В 1920 году он прочитал «Тезисы по национальному и колониальному вопросу» В. И. Ленина, главы большевистской партии и лидера-основателя Советского Союза. В то время как большинство теоретиков социализма преуменьшали перспективы революций на колониальных территориях, Ленин предположил, что колонии на самом деле полны революционных возможностей. Куок был особенно вдохновлен ленинской теорией двухэтапной антиколониальной революции, согласно которой за первоначальным «национально-освободительным» восстанием против европейского имперского господства последует классовая борьба и создание социалистической системы.

В конце 1920 года Куок присоединился к группе радикальных социалистов, став одним из основателей Французской коммунистической партии. Его труды приобретали все более марксистско-ленинский характер. В 1923 году он вырвался из Франции и отправился в Москву. Там он был завербован для работы в Коммунистическом интернационале (Коминтерне), советском агентстве, пропагандировавшем коммунистическую революцию по всему миру. К концу 1924 года Куок находился на юге Китая, создавая новую революционную организацию, которая должна была действовать в Индокитае. Кульминацией этих усилий стало создание в 1930 году Коммунистической партии Вьетнама на тайном собрании, организованном Куоком в Гонконге.

Куок представлял себе партию как ленинскую организацию, придерживающуюся идеи, что национальное освобождение должно предшествовать установлению социализма. Но не все его товарищи по коммунистической партии были с этим согласны. В конце 1930 года Квок был смещен с поста лидера партии после того, как линия Коминтерна изменилась и стала подчеркивать примат социализма над национализмом. Следующие несколько лет он провел в своеобразном революционном лимбе, в конце концов оказавшись в Советском Союзе во время Большого сталинского террора 1936-38 годов, когда многие из его соратников по Коминтерну были посажены в тюрьму или убиты.

Оглядываясь назад, можно сказать, что разочарование Куока во французской «цивилизаторской миссии» и его последующее открытие марксизма-ленинизма стали ключевыми поворотными моментами в его революционной карьере. Тем не менее, его путь к сопротивлению и революции был далек от полного отказа от идеалов юности. Куок был преданным коммунистом, но он также был националистом, достигшим совершеннолетия в то время, когда патриотизм и сотрудничество с колониальным государством еще не казались взаимно несовместимыми, а смысл революции все еще определялся конфуцианскими терминами. В этом отношении у него было больше общего с его заклятым соперником Нго Динь Дьемом, чем впоследствии хотели признать его поклонники или критики.

ЧЕЛОВЕК ВЕРЫ

На первый взгляд, ранняя жизнь и карьера Нго Динь Дьема радикально отличается от карьеры Хо Ши Мина. В отличие от Хо, который покинул Вьетнам еще в юности и провел тридцать лет за границей, Дьем всю свою юность и молодость прожил на родине и впервые выехал за пределы Индокитая только в возрасте около сорока лет. Дьем также добился значительного успеха в качестве императорского мандарина — карьера, которая не удалась Хо. И если Хо стал социалистом и коммунистом, то Дьем был набожным католиком, ненавидевшим коммунизм и отвергавшим марксистскую идею классовой борьбы как движущей силы позитивных социальных перемен.

Однако при всех очевидных различиях у этих двух людей было много общего. Как и Хо, Дьем воспитывался в Центральном Вьетнаме под властью отца, который был конфуцианцем, патриотом и коллаборационистом. И хотя на какое-то время Дьему удалось сделать собственную карьеру в колониальной администрации, в конечном итоге он пришел к тому же выводу, что и Хо, относительно французов и их «цивилизаторской миссии». Самое главное, Дьем разделял интерес Хо к сочетанию вьетнамских ценностей и традиций с идеями и моделями, пришедшими из-за пределов Вьетнама. «Мы не собираемся возвращаться к стерильной копии мандаринового прошлого», — заметил он однажды. «Мы собираемся адаптировать лучшее из нашего наследия к современной ситуации».

Дьем был третьим сыном Нго Динь Кха, набожного католика и видного чиновника династии Нгуен. Кха, который провел свою юность, обучаясь у европейских миссионеров в католической семинарии в Малайе, был ярым сторонником «франко-аннамитской» системы образования. В 1890-х годах Кха помог основать Национальную академию — среднюю школу в Хюэ, в которой впоследствии учились Хо и Дьем. Примерно во время рождения Дьема в 1901 году Кха стал великим камергером императорского двора.

По внешним признакам Нго Динь Кха выглядел образцовым колониальным коллаборационистом. Но его сотрудничество не было основано на слепой вере во французов. При королевском дворе Кха возглавлял фракцию реформистски настроенных католиков, которые обвиняли Францию в нарушении гарантированных договором обещаний позволить императору Нгуен сохранить за собой некоторые административные полномочия. Колониальные чиновники не терпели подобной критики. В 1907 году они внезапно лишили действующего императора трона и отправили его в изгнание. Кха гневно подал в отставку в знак протеста против такого вопиющего пренебрежения суверенитетом Вьетнама. В ходе этого процесса он приобрел репутацию антифранцузского патриота. Вьетнамские поклонники Кха придумали пословицу в честь его действий: «Чтобы выслать короля, нужно избавиться от Кха».

С детства Дьем формировался под влиянием той же смеси колониального идеализма, религиозного самосознания и патриотических принципов, которая определила карьеру его отца. После окончания Национальной академии он ненадолго задумался