Флаг над крепостью (СИ) - Васильев Андрей Александрович

Не в первый раз нам мешает отсутствие в этом мире боли. Она, как не крути, самый лучший аргумент в подобных вопросах, особенно если имеется хороший специалист по данному профилю. Из тех, у которых немые все рассказывают, пусть даже и при помощи языка жестов.

– Люди! – патетически заорал Расмус, протягивая руки навстречу мерно шагающим парням, причем жест этот выглядел очень и очень неестественно. Я бы ему не поверил – Не жгите наши дома! Одумайтесь! Вы же с нами вместе еще недавно… Как же так? Не чужие же мы друг другу!

Хоть текст более-менее запомнил, и на том спасибо. Не думаю, что подобное может пригодиться, тут судов и правозащитников нет в принципе, но, если что — глава поселения просил мира, ему в нем отказали. Пусть будет.

– Вот-вот — добавил Бубука, опасливо вертя головой — Разве же так можно?

– Можно – весело сообщил ему один из приближенных Черного Властелина на ходу – И нужно!

Марика ухнула совой, имелась у нее такая способность еще с того мира. У ее папаши в доме живая полярная сова жила. Великая редкость в нашем мире была, поголовье данных птиц еще в двадцать первом веке здорово сократилось, после моды на историю какого-то мальчугана-волшебника, у которого такая сова была то ли другом, то ли помощником. Ну, а в наше время их в живой природе вовсе не осталось. Хотя у нас там и живой природы как таковой почти не имелось…

Вот у нее Марика ухать и научилась, что здесь и сейчас оказалось более чем к месту. Какой-никакой, — а условный знак.

Что примечательно – эта парочка, что вышагивала по бокам колонны карателей, что-то заподозрила. Как видно, не водятся тут совы.

Вот только они запоздали, сигнал прозвучал, а следом за ним щелкнули, практически сдвоившись, выстрелы из «снайперок», и ветераны движения Тьмы синхронно истаяли в воздухе, оставив после себя одежду и оружие. Все-таки в этом мире выгоднее всего стрелять в голову, хорошая экономия патронов выходит. В корпус-то им не менее трех пришлось засадить.

Молодчики Темного Властелина не сразу осознали, что происходит, потому успели сделать два-три шага, прежде чем пришло понимание того, что командиров с ними больше нет. И дураков-селян, минуту назад несущих всякую чушь, впереди тоже не видать, что как раз было и неудивительно. Эти двое, заслышав уханье, сразу ничком на землю повалились, и сейчас спешно ползли к ближайшему подлеску.

Опомниться мы прихвостням Зла не дали, первый же залп скосил добрую половину неприятельского войска. Стоят кучно, никуда не бегут, сами себя подсвечивают. Чудо, а не мишени, так бы всякий раз воевать!

Встрепенулись потенциальные покойники только тогда, когда Азиз, не любящий палить из «детки» в положении «лежа», поднялся на ноги, и начал поливать огнем остатки окончательно деморализованных карателей. При этом он как всегда плотоядно улыбался, посверкивая белоснежными зубами.

Короче, зрелище еще то, на свежего человека данная картина не может не произвести впечатление. Сами посудите -- из кустов появляется эдакая двухметровая здоровенная черная фигура, да еще и с пулеметом в руках. Мало того – она в вас стреляет, и хочет убить!

В какой-то момент я даже испугался, что мои люди под шумок всех вражин перебьют, никто из них не уйдет в темноту, чтобы предстать перед Его Темнейшеством с докладом о непотребном поведении потенциальных жертв. Дескать, они вместо того чтобы умереть нечестно поступили, взяли, и нас поубивали, сволочи такие!

Но нет, обошлось, две тени темными сгустками, передвигаясь, как мне показалось, на четвереньках, скользнули за бугор. Все, выполнена поставленная стартовая задача, теперь поглядим, насколько мы правильно все рассчитали.

– Как мы их! – горделиво выпячивал грудь Бубука, расхаживая павлином среди кучек одежды, оставшихся на месте смерти карателей. Мало того – он еще и пистолет чей-то прихватил, прямо в кобуре, которую навесил на свой хлипенький тканый поясок – А вот не стой у нас на пути!

– Одесситу надо будет этого комика подарить – хмыкнул Жека, осматривая трофейное оружие, состоявшее большей частью из все тех же затрапезных автоматов неизвестной нам марки – Один другого стоит. Они будут друг друга высмеивать, а для нас покой и воля наступят.

Бубука, услышавший эту фразу, притих, как видно задумавшись над словом «подарить».

– Себе все заберете? – печально спросил у меня Расмус, глядя на то, как мои бойцы вешают оружие на плечи – Да?

– Вряд ли – отмахнулся я – Разве что для коллекции какой прихватим, как подарок для одного приятеля.

– Как-то так – подтвердил Жека – Нам такого добра не надо. Нет, вот эти два ничего, которые ближникам Властелина принадлежали, но остальные «убитые» в хлам. Твоим бедолагам сойдут, они все равно в белый свет что в копейку палят наверняка, а нам подобное ни к чему.

Расмус приободрился, поскольку вся эта затея, сначала казавшаяся ему безнадежной, против ожиданий начала приносить прибыль. Пара минут страха, пережитого пять минут назад, того несомненно стоила.

– А что дальше? – спросил он у меня – Снова в засаду полезете?

– Не-а – похлопал его по плечу я – Повторяться в таких вопросах нельзя, это к добру не приведет. Мы по-другому поступим, сделаем то, что от нас не ждут. Точнее – от вас. Это ведь вы отряд бойцов нового темного порядка прикончили, про нас тут никто не в курсе.

– Ну да – почесал в затылке Расмус – Ох, Властелин разозлится.

– И очень хорошо – одобрил его слова я – Злость врага наш первый помощник. К утру, я так думаю, они придут, чтобы с концами раздавить вас, как очаг сопротивления. Не все, разумеется, тот же Властелин вряд ли сюда припрется, но подавляющее большинство своего воинства точно пришлет. Это нам и нужно.

– Убежали – вынырнул из темноты Джебе, и довольно хохотнул – Только пятки сверкали. С такой скоростью они до своей базы очень скоро доберутся.

– Ну, а мы пойдем в поселение – подытожил я – Надо диспозицию и там прикинуть. Ну, и еще одно дельце провернуть, если уж помогать новым друзьям – то по полной. Да, Джебе, слушай, вот еще что. На берег сгоняй, Майка сюда приведи, а то ведь он там так до сих пор и торчит. Это не дело. Да и лишний ствол не помешает. Спинным мозгом чую, что утром все будет обстоять маленько посерьезней, чем сейчас.

Само собой, в селении никто не спал. Вот тоже странно – все тут в курсе, что их придут убивать, но делать при этом никто ничего не собирается. Я не знаю… В лес бы хоть убежали, кто их там ночью искать будет? Ну, не хочешь ты защищать себя с оружием в руках – ладно, могу это понять и принять, не все способны воевать, у нас тоже пацифистов в крепости хватает. Хотя, ради правды, остается таких все меньше и меньше, полоумные флористки и поэты, призывающие жить и дышать красотою нового мира, а не войной, частенько встречавшиеся во времена становления, практически исчезли. Люди начали осознавать, что непротивление злу насилием пока не прокатывает, тут или ты, или тебя. Доброта к любому ближнему хороша только тогда, когда все зоны интересов надежно и окончательно разграничены, а до того оружие куда более веский аргумент в споре, чем хорошо поставленная речь.

Но это наши соображать начали, а местные просто торчали у стен и ворот, тревожно переговаривались, и тупо ждали того момента, когда придут злые люди с автоматическим оружием, и укажут каждому на их новое стойло. Если бы нашей выгоды в этом предприятии не имелось, я для эдаких обалдуев и пальцем бы не шевельнул, врать не стану. Но дело есть дело, потому придется заканчивать то, что задумано. Не для них, для себя.

– Не самая плохая диспозиция – сообщил мне десятью минутами позже Жека, шустро обежавший поселок по периметру – Долгой осады ей не выдержать, ясное дело, но для наших целей сгодится. Нет, подпалить могут успеть, особенно если есть чем, но это, насколько понимаю, для нас не очень принципиально?

– То есть совершенно – подтвердил я – Руки у местных есть, вокруг лес, отстроятся по новой, если что. Или шалаши себе поставят.