Сказания пыльных миров. Том 1. Горняк - Ярослав Кожедуб

этого минерала добывают железо). Рудники Игнац выкупил совсем недавно, рабочих рук не хватает, а денег после покупки не хватает ещё больше. Гномы даже за такую неквалифицированную работу запрашивают огромные деньги, орки вне лесов находиться не любят, да и в горном деле не сильны, других рас вблизи особо не сыскать — вот Игнац и сделал ход конем, услышав про орочий поход за рабами и быстро приехав за дешевой рабочей силой.

Помимо меня, гном (так же, за бесценок) выкупил Фестуса и еще добрую половину подростков из нашей партии. Попытался поторговаться за какого-то мужика с относительно прокачанной профессией горняка и спокойно отдал его конкуренту, стоило цене перевалить за десяток золотых. Переплачивать Игнац явно не собирался.

В итоге почти два десятка бедолаг моего возраста, включая меня, передали покупателю и сгрузили в странного вида крытую телегу. Сам гном с большей частью слуг ехал вслед за нами на втором экипаже. Мы было настроились снова на долгую дорогу — как-никак, гномьих гор даже на горизонте еще видно не было. Но нет. Дорога заняла буквально пару дней. Минимум привалов, перекусы на ходу и движение до поздней ночи. Тренировки пришлось прервать, возможностей для них в тесноте поездки не было ровным счетом никаких. Да и не очень-то хотелось — мы нехило так вымотались за последние недели...

Под ночь мы, не снижая скорости, подъехали к орочьей столице. Ну, по крайней мере, мне так показалось по масштабам. Правда, на развилке у ворот мы почему-то не поехали в город, а свернули вправо, на другую дорогу, не менее, а то и более широкую. Десять минут — и мы в чистом поле. Лишь пара строений белеет известковыми стенами во тьме ночного леса.

Слуги, явно не впервые, соскочили с козел и быстро завели обе наших повозки на платформу рядом со строениями. Спустя пару секунд из темноты вынырнула еще тройка гномов. Не наших, чужих. Серьезные, все в доспехах, один держит руку на мече, двое стоят с взведенными арбалетами. Ну хоть стрелы не на нас направлены, а в землю. Но на нас им вообще было плевать, они отправились разговаривать с Игнацем.

— Арген вадонэс! Кар ми гарац арген? («Доброй ночи! Куда путь держите?» — гном., ветвь Марбатта)

— Вадонэс арген! Гар’ра, берз ди хаш, бегарес керт. Крэгентал кибуц ди га стому мер Марбатта? Акан мар. («Взаимно! Я неделю назад здесь проезжал, возвращаюсь обратно. Сколько сейчас стоит телепорт до подножья Марбатта? Точка номер четыре.» — гном., ветвь Марбатта)

Гном с мечом молча достал из-за пазухи медную табличку и показал Игнацу, сопроводив парой слов, которые я не услышал.

— Марлова?! («Сорок?!» (в данном случае имеется в виду сорок золотых — прим. авт.)- гном., ветвь Марбатта)

Кажется, гному совершенно не понравилось то, что он увидел, потому что дальнейшие переговоры затянулись еще минут на десять. Игнац яростно о чём-то спорил. Его собеседники спокойно возражали, периодически махая табличкой перед его носом. В конце концов, наш гном сдался и, бормоча под нос яростные ругательства, передал своим довольным собратьям бодро позвякивающий мешочек. Те в ответ спустились с платформы, махнули рукой, подавая знак непонятно кому, и камень под нами засветился белым светом. Секунда, другая — и белоснежное сияние поглотило нас всех.

***

Телепорт. Пожалуй, самое чудесное, что я видел за всю свою жизнь в плане магии. И при этом такое... обыденное. Как я позже узнал (если не брать вымершие расы вроде тех же нагов) — среди гномов наибольшая концентрация магов со склонностью к стихии Пространства. Так что неудивительно, что именно гномы познакомили меня с телепортацией. Тем не менее, даже эта «наибольшая» концентрация — это в лучшем случае один маг на несколько тысяч, так что и у гномов такие мастера ценятся неимоверно. Про другие расы и говорить нечего.

После перемещения мы оказались практически в самом сердце гномьих земель, в окружении гор и снега (в основном он был заметно выше, но и здесь, в долине, местами виднелись небольшие белые кучи). Свет, излучаемый платформой снизу — точь-в-точь как та, с которой мы отправились — быстро померк. Сама платформа находилась в небольшом углублении, явно рукотворном, выдолбленном в скале. Полноценной пещерой это назвать было сложно, но снег сюда не заметал и, видимо, это было единственной причиной, ради чего углубление вообще было сделано. Чуть левее виднелся свет из окон: местная сторожка с охранниками телепорта. Она была сделана куда более изящно — обычный дом, но будто вырезанный прямо в скале. Или, скорее, выплавленный. Хотя насчет последнего не уверен, в темноте точно сказать было сложно. К этому домику быстро сходил Игнац, пробыл там буквально пару минут, вернулся и буркнул «Поехали».

Дальнейший путь занял у нас буквально минут сорок, и я успел увидеть и почувствовать еще одно чудо. Это чудо магическим не было... вроде, но менее поразительным от того не становилось. Дороги. Гномьи дороги. Если сравнивать их с людскими, то это будто ты всю жизнь ел подгнившую репу (в лучшем случае — свежую репу), а потом, вдруг, однажды попробовал сладкий персик. В полном шоке и тишине мы ехали по гладкой (каменной?) поверхности, впервые в жизни не чувствуя, как нас подбрасывает на ухабах и рытвинах. И впервые в жизни развив довольно-таки серьезную скорость — гномьи лошадки тоже заметно приободрились на родных дорогах, пусть и знатно вымотались за последние дни. Несмотря на тесноту, в повозке пришлось сбиваться еще плотнее, уж слишком на такой скорости задувал холодный ветер сквозь щели.

Так и ехали, грея друг друга своим теплом и не говоря ни слова. Гномы не выглядели злыми или кровожадными, особенно по сравнению с орками. Но они были... непонятными. Демонстрировали поразительную силу и могущество своей магией и обрывками обычной жизни, которую мы успели увидеть. А непонятное всегда страшит. Так что неудивительно, что вчерашние подростки, зачастую не видевшие в жизни ничего за пределами своей деревни, были в легкой прострации. Мне было, с одной стороны, проще — отцовская библиотека и его рассказы открыли для меня внешний мир и его чудеса заранее, пусть частично и немного искаженно. С другой стороны... хоть я и не был в столице Левариса или в других империях, но то, что