Международный терроризм и ЦРУ: Документы, свидетельства, факты - Виталий Сырокомский

Следует сказать, что некоторые сотрудники американской миссии не скрывали своих симпатий к партии «Новая сила» и «Красным буйволам» и даже открыто выступали в их защиту. В декабре 1975 года произошел такой случай. Молодого капитана сухопутных войск, который служил офицером охраны при специальной комиссии палаты представителей по розыску пропавших без вести во время ее нахождения в Бангкоке, случайно спросили о «Красных буйволах». Он с явным удовольствием сообщил, что руководители «Красных буйволов» говорили ему об убийстве 100 таиландских коммунистов, планируемом до 20 марта (последний срок вывода американских войск).

За несколько недель до переворота высокопоставленный государственный деятель Таиланда Сени Прамот поведал одному иностранному гостю, что обе организации финансируются ЦРУ. Он, правда, не сообщил никаких подробностей о способе финансирования, но в августе 1975 года стало известно, что Управление операций по внутренней безопасности имеет тайный годовой бюджет около 500 миллионов бат (25 миллионов долларов)[41]. ЦРУ уже давно финансирует деятельность этого управления, и вполне вероятно, что средства ЦРУ предназначались для создания правых полувоенных группировок.

Когда полковника Судсая, начальника отдела Управления операций по внутренней безопасности, спросили о поддержке ЦРУ, он ответил: «Иногда я удивляюсь, почему они не поддерживают нас, ведь мы делаем то, что должно им нравиться».

Разумеется, Центральному разведывательному управлению деятельность Судсая была по душе. Поэтому оно и платило ему не скупясь. Удивляться приходится в данном случае разве что бесцеремонности платного провокатора, который, получив солидный куш, продолжает жаловаться на бедность.

…Тайная война ЦРУ против народов Юго — Восточной Азии продолжается. Какие новые разоблачения преступной деятельности Лэнгли принесет завтрашний день?

ПО СЦЕНАРИЮ ВАШИНГТОНА

Уже несколько десятилетий Латинская Америка находится в перекрестье прицелов профессиональных убийц из Лэнгли. Преступная деятельность американских спецслужб против народов Латинской Америки связана с тем, что страны этого континента с давних пор являются объектом особого внимания со стороны американского монополистического капитала, получающего колоссальные прибыли от нещадного разграбления их природных богатств и жестокой эксплуатации трудящихся.

Считая Латинскую Америку своей вотчиной, американские монополии присваивают одну пятую часть валового национального продукта этого региона и одну треть его доходов от экспорта. Из года в год расширяются прямые капиталовложения США в экономику латиноамериканских стран. В 1973 году они, по некоторым данным, составляли 16,4 миллиарда долларов, в 1975 году достигли астрономической цифры — 22,2 миллиарда долларов и в настоящее время неуклонно продолжают расти.

Стараясь сохранить за собой прочные позиции в Латинской Америке, Соединенные Штаты не гнушаются никакими средствами для установления и поддержания на континенте такого порядка, который в максимальной степени обеспечивал бы интересы монополий, создавал бы неограниченные возможности для расширения экономической экспансии США. Опыт показывает, что оптимальной формой государственного устройства в Латинской Америке, с точки зрения Вашингтона, являются марионеточные диктаторские режимы, послушно плывущие в фарватере глобальной стратегии США и опирающиеся на созданные с помощью американского патрона мощные репрессивные аппараты в виде армии и тайной полиции. Не ограничиваясь всесторонней поддержкой уже существующих в ряде стран Латинской Америки диктаторских режимов, вашингтонские стратеги ни на секунду не выпускают из поля зрения национально — освободительные движения в регионе, против которых США используют весь имеющийся у них арсенал средств — от экономического давления, шантажа, помощи реакционным силам оружием и советниками до проведения тайных операций руками наемников и агентов ЦРУ и прямой вооруженной интервенции.

Наиболее значительной подрывной операцией ЦРУ в Латинской Америке, несомненно, было его активное участие в разработке и осуществлении военно — фашистского переворота в Чили. Уже после переворота, разоблачая истинные цели Соединенных Штатов, выдающийся общественный и политический деятель Чили Орландо Летельер писал:

«После визита в Чили, в ходе которого Уильям Саймон (бывший министр финансов США. — Ред.)

обсуждал вопросы нарушения прав человека военным правительством, он поздравил Пиночета с установлением «экономической свободы» для чилийского народа. Это чрезвычайно удобная концепция социальной системы, в которой «экономическая свобода» и политический террор сосуществуют, не мешая друг другу… Однако вполне логично ожидать, что те, кто вводит неограниченную «экономическую свободу», должны были бы нести ответственность за то, что такая политика неразрывно связана с массовыми репрессиями, голодом, безработицей и ужесточением политики полицейского государства»[42].

4 сентября 1970 года на президентских выборах в Чили победу одержал кандидат блока Народного единства Сальвадор Альенде. Приход к власти правительства коалиции левых партий явился ярким примером возможности успешного завоевания политической власти демократическим путем.

«Победа чилийского народа в 1970 году, — отмечали чилийские коммунисты, — явилась кульминацией напряженного периода массовых сражений на всех фронтах социальной борьбы. Эта победа стала возможной благодаря тому, что народное движение сплотилось на основе политической линии, определившей характер чилийской революции. Были точно указаны основные противники: империализм, монополистическая и помещичья олигархия. Это было направление главного удара. Рабочий класс создал социально — политический фронт — Народное единство… С этого народное движение начало преобразования чилийского общества в обстановке острой схватки за власть с прежними господствующими классами»[43].

Стоит ли говорить о том, что победа блока народных сил и начавшиеся в Чили прогрессивные преобразования вызвали настоящий шок в политических кругах США, которые на протяжении многих лет прилагали активные усилия для сохранения в стране устраивавшего их порядка. Еще в 1958 году Белый дом начал выделять солидные денежные суммы для поддержки правых сил на президентских выборах. Лишь за одиннадцать лет, с 1962 по 1973 год, «комитет 40» утвердил ассигнования с целью создания в Чили выгодной США политической конъюнктуры на сумму не менее 11 миллионов долларов[44]. По другим сведениям, эта сумма составляла 28 миллионов долларов[45]. Для этих же целей в 1964 году в Сантьяго было основано региональное отделение ЦРУ.

15 сентября 1970 года в Белом доме встретились президент Ричард Никсон, помощник президента по национальной безопасности Генри Киссинджер, директор ЦРУ Ричард Хелмс и министр юстиции Джон Митчелл. Руководитель ЦРУ конспективно записал содержание бесед и инструкций президента:

«У нас может быть один шанс против десяти, но тем не менее нужно спасти Чили. Стоимость операции в данном случае не имеет значения. Связанный с этим риск во внимание не принимать. Посольству держаться в стороне. Ассигновать 10 миллионов долларов наличными, а в случае необходимости и больше. Работать круглосуточно. Выделить лучших агентов. Срочно составить план операции… 48 часов — на разработку стратегии»[46].

В тайной войне Соединенных Штатов против правительства Народного единства, продолжавшейся с ноября 1970 до сентября 1973 года, можно выделить два этапа. Стратегическая установка Вашингтона на свержение правительства Альенде в течение всего этого времени оставалась неизменной; менялась лишь тактика действий американских спецслужб. На первом этапе, длившемся до выборов в чилийский парламент в марте 1973 года, руководители Лэнгли делали ставку на организацию экономического саботажа, международной изоляции и блокады Чили, на создание в стране социально — экономического и политического хаоса, проведение отдельных террористических актов и диверсий, использование изощренных методов психологической и пропагандистской войны. После выборов, когда бессмысленность попыток вызвать такими методами «естественное» падение правительства стала очевидной, ЦРУ перенесло центр тяжести на развязывание террора, провоцирование вооруженных инцидентов, диверсий на транспорте и в области энергоснабжения, покушений на жизнь руководящих деятелей Народного единства, на консолидацию и объединение контрреволюционных сил.

Бывший чилийский дипломат и общественный деятель, член Левой христианской партии Армандо Урибе в своей «Черной книге американского вмешательства в Чили» указывал, что, принимая решение о свержении правительства С. Альенде, Белый дом руководствовался двумя мотивами: политическим, который определялся задачами глобальной политики США в мире (неприемлемость для них успеха чилийского опыта мирного перехода к социализму и необходимость дать урок тем странам Латинской Америки и Европы, в первую очередь Франции и Италии, где такой опыт мог быть в той или иной форме повторен), и экономическим, связанным с размерами и формами компенсации американским компаниям, имущество которых подверглось национализации[47].