Верховная. По тропе из еловых веток - Лина Рейхарт

Я нечленораздельно промычала «какое досадное упущение» и дернула рукой, натыкаясь на что-то мокрое. Оказалось, рядом со здоровой ладонью лежал покусанный слюнявый ремешок.

— Н-не… — «поездка» вызвала подкатывающую к горлу тошноту. — Не зовите меня этим именем.

— Полное имя разглашать опасно, сокращение нет, — возразил Лойд.

Что-то внутри меня взбунтовалось, однако с губ не слетело ни одного протеста. В целом, мужчина был прав, просто… Это казалось чем-то чересчур интимным — позволять ему звать меня так, как уже никто не звал. Даже Клемент. Тот скорее привечал прозвища, чем интерпретации имени.

— Почему вы прятались? — пытаясь отдышаться, поинтересовалась я. — Там наверняка весь ваш арьергард полег! Разве слово короля не могло бы их спасти?

Я с трудом могла рассмотреть его лицо. Точеный, сосредоточенный профиль был напряжен. Под кожей ходили желваки. Едва заметно, даже эстетично. А энергетика переливалась непонятными красками — то ли Лойд чувствовал вину, то ли сочувствие, то ли и вовсе раздражение. В моем текущем состоянии это было сложно понять.

— Ты ведь понимаешь, что не могло, — тихо сказал мужчина. — В любом случае, Святой не должен знать о моих передвижениях за пределами дворца.

— Он следит за вами?

Темные глаза вцепились в мои, как когти хищной птицы:

— Он следит за всеми, — Лойд позволил себе мимолетную усмешку краешком губ. — Я говорил об этом только с одним человеком, но, думаю, ты сможешь понять и не станешь распространяться. В любом случае, за такие слухи положена казнь.

Я невесело улыбнулась:

— От пяти лет заточения сразу к плахе? Прогрессивно, однако, проходит наша с вами вторая встреча.

Мужчина прикрыл глаза, на этот раз улыбаясь чуть искреннее и дольше. Это невольно заворожило: видеть такие эмоции у сурового правителя целого королевства оказалось приятно. Все-таки, он был красавцем, а я, как ворона, любила все блестящее и красивое.

— Мне интересно, что об этом скажет бытовая ведьма.

— Постараюсь вас удивить.

— Постарайся, Лея.

Меня снова прошибло, но я постаралась не придавать этому значения. Лойд говорил это специально, дразнился, как мальчишка, который не мог прямо сказать о своих чувствах или только осознавал их. Кто бы мог подумать, что даже монархи могли этим болеть.

Король начал рассказ. Зашел издалека, с истории про появление ведьм в Этразии и конфликт с империей Бейншир. Затем плавно повернул к разделению власти между монархом, дворянством и Церковью.

— Плетутся интриги, — хмуро подметил мужчина. — Церковь и дворянство душат власть короля, рано или поздно надеясь окончательно ее упразднить. Для этого Кристиан Фонберг так часто посещает дворец — взять меня измором и забрать права на бытовых ведьм, а еще… проверить, покидаю ли я свои владения.

Я подтянула к себе колени. Рука и бог почти успокоились после всего произошедшего, но общая усталость никуда не подевалась. Ласковое солнце гладило своими лучиками по голове, убаюкивая. Хотелось ему поддаться, закрыть глаза и забыть обо всем. Просто перестать бежать в этом огромном бесконечно вращающемся колесе, где прямо сейчас нас было уже двое.

— Он что-то скрывает, — прошептала я. — И боится, что вы можете узнать. Простите за сравнение, Лойд, просто… не кажется вам это абсурдным? Вы как узник в собственном дворце, куда периодически по своему желанию приезжает смотритель.

Верно говорили — птица в золотой клетке. Только сейчас казалось, будто клетка и вовсе была не золотой.

— Ты права, — на удивление мягко сказал мужчина. — Дерзко, но за правдивость простительно. Налаживая внутреннюю политику и воспитывая принцессу, я многое упустил.

— Не берите на себя слишком многое, думаю, все началось задолго до вас. По крайней мере, это не вы наделили Церковь властью.

Король поднялся, протягивая мне руку:

— Не я. Но я тот, кто должен возродить Этразию времен первых королей, когда ведьмы жили бок о бок с простыми людьми.

— Почему?..

— Я не обязан отчитываться.

С губ слетело недовольное фырчанье. Что ж, резонно, только все равно обидно.

Прикусив изнутри губу, я глянула на его руку с легким скепсисом. Было решено подчеркнуть, что я встану сама после пары глотков припасенного в сумочке отвара, но Лойд понял этот взгляд по-своему. Присел, протискивая одну руку под моими коленями, а вторую располагая на моей спине. А потом с легкостью поднялся под мой тихий писк. Надо же, до чего дошел прогресс… Познакомились накануне, а сегодня он уже на руках таскает.

— Что за глупое выражение лица, — тут же осадил Лойд. — Половину пути сама идти будешь, если Эджилл не нагонит нас к полудню.

Я прикрыла руками рот, чтобы не рассмеяться. Говорил строго, а энергетика виляла, как собачий хвост. Мужчина искренне, по-настоящему за меня переживал. С одной стороны, это было странно. Только вчера тоже самое испытывал по отношению ко мне старый лучший друг Клемент, а теперь почти незнакомый человек. Прославленный тиран, закованный в церковные кандалы подобно бытовым ведьмам. Да уж, жизнь становилась все интереснее.

11. Чужие демоны

Джерте, междулесье, вечер

«Влюбленности — это то, что не поддается контролю. Человеческие чувства не дрессированный зверь, чтобы им приказывать».

Мы шли целый день. Я слезла с рук короля, как только местность стала неровной. Он даже истинно по-джентльменски предлагал перебраться к нему на спину, но получил вполне логичный отказ. Думаю, и сам понимал — предложение звучало абсурдно. Однако отрицать, что его забота теплилась приятным следом на душе, не получалось. Наверное, всему виной был маленький диссонанс, вызванный столкновением нарисованной в воображении каждого жителя Этразии фигуры тирана с его реальным поведением. В дамских романах часто описывали настоящего зверя, который становился ласковым котом для той единственной. Меня всегда смешили подобные сюжеты. Тот, кто жесток к другим, вряд ли будет столь любезен с очередной кисейной барышней.

Особенно, если в ней нет ничего выдающегося. Имя хоть какую-то тайну в своей личности, можно надеяться разве что на временное снисхождение.

Я подняла взгляд на спину Лойда. Он шел чуть впереди, внимательно прислушиваясь к звукам леса и периодически оборачиваясь назад. Проверить, не сгинула ли его спутница без шороха и писка. Но, к счастью, относительно здоровые ноги несли только вперед.

Спустя несколько часов смешанный Яжный лес уступил место хвойному Чарому лесу. Стало холоднее. В воздух при каждом выдохе ртом вырывалось густое облачко пара. Ближе к вечеру исчезло и солнце.

Ходить пешком на дальние расстояния явно не входило в мои планы, вот только жаловаться на такое стечение обстоятельств было некому. Инквизиционные отряды бродили, где им заблагорассудится. Наделенные властью церкви,