Верховная. По тропе из еловых веток - Лина Рейхарт

— Не знаю, заметила ли ты, — не удержался от колкости мужчина. — Но уже наступил сезон сбора урожая. Или ведьмам не страшны ни ветры, ни морозы?

— Если хотите согреть меня парой золотых монет, я не откажусь.

Лойд удивился. Наверное, в его окружении редко отвечали в таком тоне самому королю. Однако извиняться и забирать свои слова назад я не собиралась — да и, судя по энергетике, голову с плеч мне сносить никто не собирался. Решив больше не испытывать удачу, я закрыла дверь в карету прямо перед носом правителя Этразии.

Следовало поскорее натянуть на себя рубаху и броню рынды, чтобы не задерживать ни себя, ни остальных. Правда, без помощи Рунольва я бы вряд ли смогла это сделать. Но и тут не обошлось без накладок — крепление портупеи закончилось самым что ни на есть неуклюжим и болезненным падением из-за тряски кареты.

— Ваше Величество!

Лойд ворвался через секунду после того, как я упала на потертый диванчик. От колебаний его энергетики меня обдало холодом. Снаружи происходило что-то нехорошее. Едва не шипя от боли, я осторожно села и запрокинула голову. Воздуха катастрофически не хватало. Хотелось выйти, вдохнуть полной грудью влажный лесной воздух, выпустить на волю всех своих демонов криком. Однако вместо этого получилось лишь поджать под себя ноги и молить истинного Бога, чтобы те, кто пришел в этот лес, ушли отсюда как можно скорее.

Эту чудовищную энергетику было невозможно спутать с чем-то другим. Удушающая, хлесткая, опасная.

Мы с Лойдом переглянулись. Король поднес к губам указательный палец, на что я иронично скривила губы.

— Чей экипаж? — раздался снаружи властный женский голос. — Кому служите?

— Королевский арьергард, — ответил Эджилл.

— И что же королевский арьергард делает посреди Яжного леса?

— Исполняет указ короля.

Диалог продолжался. Несмотря на спокойный тон обеих сторон, я едва не сходила с ума от того, как искрился воздух. Сдержанность была напускной — и сэр Стенсен, и Оливия, Верховная ведьма боевых, желали перегрызть друг другу глотки.

— С каких пор мы должны отчитываться перед Церковью?

Женщина-рыцарь, которая передавала мне одежду, выступила вперед. Кажется, ее звали Равена. И Равена злилась гораздо сильнее Эджилла. Я ощущала лютую ненависть, смешанную еще с чем-то болезненным, скорбным. Создавалось впечатление, что мне уже доводилось различать нечто подобное. Сейчас это чувство как деготь капало с потолка и обволакивало все пространство. Нахмурившись, я посмотрела на Лойда. Он сидел с неестественно ровной спиной и скрещенными на груди руками. По непроницаемому лицу было невозможно прочесть, о чем он думал. Энергетика читалась как закрытая, холодная. Скорее всего, он просто старался абстрагироваться от проявления любых эмоций и тщательно контролировал себя.

— Яжный лес — нейтральная территория, — вставил слово Эджилл. — Идите, куда шли.

— Как смеет жалкий смертный мне указывать?!

— Мы ответили на ваш вопрос, уходите. Мы не нуждаемся в услугах инквизиции.

По моему виску сползла капелька пота. Я не знала, понимал ли Лойд, в какой ситуации мы оказались. Потому что начинало пахнуть жареным.

— Вы, видимо, не понимаете, с кем разговариваете!

— Очевидно, с церковной подстилкой! Все, на что ты годишься, это ублажать Святого своим грязным ртом!

Раздался лязг клинка — Равена достала меч из ножен. Ее энергетика окрасилась в алый, поглощая все вокруг, как пламя. Может, Лойд и не ощущал того, что ощущала я, но зато прекрасно все слышал. Спокойствие слезло с его лица — теперь я отчетливо видела то, что чувствовала. Нужно было вмешаться, как-то развернуть ситуацию в иное русло, пока наш план не превратился в руины на самом первом этапе его реализации. Но у Лойда были иные взгляд на этот счет.

— Зажми!

Он сунул мне в зубы кожаный ремешок, который я тут же сжала до хруста в челюстях. Сил и скорости хватило лишь на то, чтобы ухватить кожаную сумочку здоровой рукой, а потом позволить могучим рукам закинуть себя на широкое плечо.

Лойд с ноги выбил дверь кареты, устремляясь прочь от вооруженного конфликта собственных рыцарей с боевыми ведьмами. Короткий свист, обжигающий огонь, лизнувший мои волосы, чужие крики и всклоки магии — все эти смешалось в один сумасшедший калейдоскоп. Мыча, я кое-как потушила дымящиеся локоны и даже сумела выпустить в побежавшую за нами боевую ведьму ворох насекомых. Маленький одухотворенный предмет, крохотный металлический шарик, таился в моем браслете, и сейчас сыграл очень хорошую службу. На весь лес раздался девичий визг. Преследовательница упала в сухую осеннюю листву, пытаясь избавиться от жалящих ее лицо пчел.

Над ухом захихикал довольный Рунольв, болтающийся на передних прядках, как на канатиках.

— М!

Я едва не отпустила душу в объятия темного Бога, когда Лойд оступился. В той части леса, где мы оказались, почва была неровной. Король, возможно, этого не знал. За нами гнались еще двое, но мы быстро исчезли из их поля зрения, скатившись вниз по склону. Я мысленно подготовилась к новым травмам. Правда, ни их, ни сильной боли не последовало. Лойд укрыл меня своим тяжелым плащом, и мы оба оказались под его защитой. Да и падение нельзя было назвать таковым, скорее, крутым спуском, который помог нам значительно оторваться. Мужчина потихоньку выбивался из сил с дополнительной отнюдь нелегкой ношей. Он пробежал еще несколько метров, резко подавшись в сторону. В вырытую и укрытую листьями и палками землянку. Должно быть, ее сделал для себя какой-то зверь, однако сейчас она оказалась пуста. Юркнув туда, мы притаились.

Ремешок в моих зубах был едва ли не прокушен насквозь. Или мне просто так казалось.

Шум погони и крики стихли далеко не сразу. Боевые ведьмы сновали туда-сюда в тщетных поисках. Я молилась истинному, чтобы ни одна из них не дружила с землей и, на наше счастье, Бог меня услышал. Ведьмы старались раздобыть информацию через воздух, но ничего этим не добились. Напряженные плечи чуть расслабились, когда их шаги стали отдаляться, а энергетика выровнялась.

Тепло чужого тела и замкнутое пространство заставляли нервничать. Почему моя жизнь становилась настолько странной? Постоянные поручения Клемента и без того добавляли в нее пряностей, как в некогда пресный рис, а король, получается, и вовсе пришел с огромной перечницей.

— … Лея!

Я вздрогнула, расслышав свое имя. Землянка сменилась небольшим островком перед обрывом над рекой. Дышалось легче. Лойд вытащил нас обоих, но, судя по всему, пока он это делал, я потеряла сознание. Об этом свидетельствовали темными пятна перед глазами и невидимые затычки в ушах. Хотелось размять плечи, сесть удобнее, держать, в конце концов, налитую свинцом голову прямо.

— Наконец-то, — вздохнул король, присаживаясь