Подожди! Как отложить решение до последнего момента и… победить - Фрэнк Партной

Но «тонкий срез» почти никогда не занимает двух секунд. В самом деле, ведь даже в заголовках ведущих статей на эту тему не упоминаются две секунды. Революционная статья Амбади и Розенталя называется «Полминуты». Исследование семейных пар на материале видеозаписей, проведенное Джоном Готтманом и его соавторами (в «Озарении» оно называется «самым тонким срезом») озаглавлено «Прогнозирование вероятности развода среди молодоженов по первым трем минутам обсуждения супружеских конфликтов». Речь о минутах, не о секундах.

Ни в одном из этих исследований не утверждалось, что оптимальный «тонкий срез» составляет интервал, близкий к двум секундам. Напротив, Амбади и Розенталь обнаружили, что, хотя ученики, посмотревшие три двухсекундных видеоролика (всего шесть секунд) об учителе, довольно близко подошли в своей оценке к оценкам людей, которые ходили на занятия весь семестр, ученики, которые смотрели десятисекундные видео, показали лучшие результаты. Позже Амбади и остальные соавторы определили «тонкий срез» как «любой отрезок динамической информации длиной менее пяти минут».[129]

Возможно, самыми известными практиками «тонкой нарезки» являются Джон и Джули Готтман, соучредители Института исследования отношений Готтмана, о котором реклама сообщает: «Мы можем быстро получить огромное количество информации о паре, анализируя очень „тонкий срез“ данных, собранных за один короткий сеанс исследования»[130]. В своей книге Гладуэлл восхищается умением Джона Готтмана быстро оценивать ситуацию в супружеской паре и, опираясь на его работу, заключает, что «чаще бывает прав именно „тонкий срез“, а не долгий и тщательный анализ».[131]

Но мы не знаем, какие результаты дали бы изыскания Готтманов, если бы они рассматривали двухсекундные срезы, потому что в фокусе их внимания был интервал в 180 раз длиннее. Более того, хотя сам Джон Готтман умеет молниеносно выносить вердикт супружеским парам, он рекомендует собирать информацию в течение более длительного периода времени: не двух секунд, а двух дней.[132]

Итак, насколько тонким должен быть «тонкий срез»? Вряд ли две секунды. Если нужно решить, опасен ли незнакомец, наши мозг и тело запрограммированы реагировать очень быстро, за несколько миллисекунд. Мы успеваем рассмотреть расу, пол и возраст за доли секунды. С определением сексуальной ориентации сложнее, но если мы ее видим, то видим сразу же: когда студентам показали фото человека и спросили о его ориентации, они отвечали с примерно одинаковой точностью и через сто миллисекунд, и за более долгие интервалы[133]. Для подобных выводов требуется гораздо меньше времени, чем две секунды.

Но в иных случаях нам нужно куда больше, чем две секунды. Если нас просят описать незнакомца как дружелюбного или опасного, мы лучше справимся, если нам дадут больше времени. Чтобы точно оценить степень общительности человека, требуется по меньшей мере минута, а лучше – пять[134]. То же верно в отношении более сложных свойств личности, таких как невротизм или широта взглядов[135]. Для таких выводов впечатлений первых двух секунд недостаточно. Нужно больше времени.

Для основной массы решений «тонкий срез» можно представить в виде «кривой приобретения навыка». Поначалу она круто идет вверх (период, когда мы быстро собираем информацию о том, что наблюдаем), а затем становится более пологой (пока мы обрабатываем эту информацию). Хотя некоторые считают, что «тонкие срезы» приводят к поспешным выводам, на самом деле это больше ускорение, чем рывок. Скорее похоже на то, как автомобиль взбирается на холм, чем на то, как зажигается лампочка. Иногда мы справляемся достаточно хорошо и за несколько секунд, но обычно, если медлим с минуту или дольше, то действуем успешнее. Все зависит от сложности оценки – крутизны холма. Чаще всего сделать «тонкий срез» вовсе не так просто, как щелкнуть выключателем.

Рассматривая решения, которые занимают, по крайней мере, несколько секунд, мы увидим, что умение собирать и обрабатывать информацию может сильно меняться в разные временные интервалы. Исследования феномена «тонкого среза» демонстрируют, что мы умеем действовать быстро, но также, что даже небольшая прибавка времени часто помогает принять более удачное решение. Кому-то «тонкий срез» покажется слишком тонким, да и две секунды – вовсе не магическое число. Толщина среза должна зависеть лишь от того, что именно мы нарезаем.

Кроме того, «тонкий срез» может подвести на любой скорости. Нам хотелось бы верить, что мы отлично разбираемся в людях – так же отлично, как пожарный Гэри Клейн разбирается в пожарах. Мы восхищаемся тем, как бессознательное помогает нам восполнить пробелы в том, что мы видим. Но хотя автоматическая обработка данных очень важна, в ней таится и опасность. Мы запрограммированы делать выводы, которых нам, возможно, совсем не хотелось бы делать.

Психологи, в частности Пол Экман, доказали, что лицо человека – источник огромного количества мгновенной и надежной информации. Определенные выражения лица непосредственно связываются с определенными базовыми эмоциями. Многие из этих простых выражений универсальны и не зависят от культурных различий. Большинство людей могут распознать гнев, отвращение, страх, радость, грусть и удивление моментально, не задумываясь, просто взглянув на лицо. Мы мгновенно выдаем биологическую реакцию на эти выражения, и наше первое впечатление довольно точно схватывает базовые эмоции.[136]

Наша способность читать по лицам поистине чудесна. Кроме пола, расы и возраста, мы также распознаем и менее очевидные свойства. Эксперименты показывают, что люди довольно точно отличают демократов от республиканцев, просто взглянув на них. По выражению лица мы можем отличить хорошего продавца от плохого. Мы даже способны сделать выводы об организации, посмотрев на фотографии ее членов. Можем определить наиболее успешные юридические фирмы по фотографиям их руководителей, сделанным десятилетия назад – еще до того, как они стали изучать юриспруденцию[137]. Мы можем предсказать, какие компании получат самые высокие доходы, по фотографиям их директоров.[138]

Но, рассматривая «тонкие срезы» лиц, можно и обмануться. Рефлекторная реакция на мимику способна ввести в заблуждение. Мы выбираем товары или варианты жилья, которые связываем со счастливыми лицами; вот почему хорошие продавцы и агенты недвижимости всегда улыбаются. На печальные или злые лица мы испытываем противоположную реакцию, даже если они предлагают желаемый продукт более высокого качества. Некоторые эксперты способны точно определить, когда кто-то лжет, но большинство людей этого не могут.

Нам кажется, часто совершенно ошибочно, что люди с физически привлекательными лицами более надежны, умны, чувствительны, добры, скромны, дружелюбны, альтруистичны и отзывчивы, да и просто они кажутся нам более счастливыми[139]. Привлекательные политики набирают больше голосов[140]. Привлекательным сотрудникам лучше платят, их быстрее и чаще повышают по службе[141]. Привлекательные адвокаты запрашивают больше за свои услуги[142]. Привлекательные официантки получают больше чаевых[143]. Существует множество научной литературы о сексуальных сигналах, намеренных и случайных, но если вы бывали в баре хотя бы раз или учились в старших классах, вы, вероятно, и так примерно представляете себе суть[144]. Лица (и тела), которые мы находим сексуально привлекательными, искажают наше суждение.