Венец. Эпизод третий (СИ) - Останин Виталий Сергеевич

— Кот? — позвал я, остановившись у закрытой двери. — Ты тут?

Когда ответа не последовало, я тихонько толкнул дверь.

— Я вхожу. Если ты не одета, дай знать.

Но внутри никого не оказалось. Спустившись вниз, я принялся искать ее там. Уже через минуту беспокойство стало расти.

— Кэйтлин видел кто?

— Вроде, во двор вышла, — рассеянно сообщил Ноб, не отрывая глаз от экрана.

У нашего арендованного домика был крохотный садик, где в тени деревьев стояла очень удобная лавочка. Кэйт ее буквально оккупировала: чуть только выпадала свободная минутка, бежала туда с книжкой. Но все равно надо проверить, не там ли она. А то чувство какое-то тревожное…

— Антон, слушай, я тут интересную такую информацию нашел по окружению Немировского, — окликнул меня гном, когда я уже подошел ко входной двери. — Смотри, какой тип! Давний его друг, наследник крупного состояния. Психические расстройства, длительное лечение в профильных заведениях, выписан год назад, осел тут в окрестностях Керчи.

— Интересно, — внутри, однако, ничего не отозвалось. — А ты видел, как она выходила?

— Кто? — увлеченный находкой Ноб не сразу понял, о ком я спрашиваю.

— Кэйт.

— А! Да, видел. Сказала, что пошла принимать солнечные ванны.

Против ожидания слова гнома меня не успокоили. Я вышел во двор, обогнул дом и оказался в садике. Там никого не было.

— Ее там нет, — сказал я, возвращаясь в дом. — И в комнате нет. Кот!

Последнее я проорал на весь особняк. Все его обитатели тут же уставились на меня с недоуменными взглядами.

— Я не могу найти Кэйтлин, — пояснил я. Чувство тревоги внутри уже просто визжало, и я не собирался его успокаивать. Случилось что-то плохое.

Никто, что характерно, не стал укорять меня в паникерстве. Исчезновение сотрудницы Секции после сегодняшней стрельбы по машине следователя само по себе плохо, а пропажа необученного мага-человека — вообще опасно.

Шар’Амалайя молча поднялась в свою комнату и меньше чем через минуту вернулась с небольшой пластиковой коробкой — в похожих клерки обеды на службу носят. Поставила ее на журнальный стол, аккуратно сняла красную крышку и извлекла на свет футляр толщиной с карандаш, но вполовину короче. Разломила его, достала ватную палочку и начала еле слышно что-то над ней шептать.

Образец ДНК Кэйтлин! Черт, хорошо! Умно со стороны начальницы приберечь его на всякий случай! Вот что значит жизненный опыт — я о таком до пропажи Кэйтлин и не думал даже.

Палочка окуталась сиянием, вспыхнула ослепительным белым пламенем, но эльфка продолжала держать ее в руке, казалось, не испытывая никаких неудобств. Глаза ее тоже светились, но не белым, а синим огнем.

— Ноб, карту города, — чужим голосом приказала Шар’Амалайя. Звучал он хрипло, как у простуженной вороны.

Гном, не задавая лишних вопросов, тут же запустил поисковик на странице, после чего подскочил к креслу с эльфкой и передвинул его к компьютеру, будто оно ничего не весило. Впрочем, я уже имел возможность убедиться в недюжинной физической силе гномов — как-то Ноб плечом снес дверь в квартиру вместе с косяком и частью стены.

Шар’Амалайя тут же вытянула руку в сторону монитора, двигая пальцами и заставляя открывшуюся карту двигаться по ее приказу. Сперва изображение отдалилось, показывая очертания городских кварталов, потом сместилось ближе к окраине, где стало укрупняться, пока в центре экрана не оказалась крыша дома.

И сразу погасли глаза эльфки, а ватная палочка осыпалась пеплом между пальцев.

— Тут, — уже нормальным голосом сказала она. — Здание, похоже, экранировали, но не слишком умело. Ее похитили.

Едва она это сказала, я понял, что чего-то подобного и ожидал. Не могла Кэйтлин просто так взять и пропасть. Она же понимает, что за ней по-прежнему гоняются Вивисекторы, пуганая уже. Не они ли ее выкрали, кстати? Только… как можно похитить человека из дома, в котором квартируют три мага, закрытого весьма надежной защитой — гном на артефакты не поскупился. Конечно, на Вивисекторов работают и нелюди, среди которых наверняка найдется специалист по обходу защитных магических систем, но ему все равно нужно время на подготовку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Да и само проникновение… Его же не было! Гном, как раз в этот момент изучающий записи с камер видеонаблюдения, смотрел на картинку, где девушка спокойно вышла из дома и беззаботно зашагала по улице. А метров через тридцать села в такси.

Она сама ушла!

Понимание этого резануло, и я одновременно с гномом и орком сделал единственный возможный вывод:

— Венец.

Дальше разрозненные факты сами составились в правильной последовательности, и произошедшие события я уже словно с листа читал. Когда Годрох рассказывал, что ему известно о древнем артефакте, он упоминал, что для работы ему нужна кровь. Совсем немного, микроскопическая капля, но через нее владелец венца получал полную власть над жертвой. И убийца добыл этот компонент, придя к нам под видом посыльного. Принес конверт, чтобы отвлечь внимание, а сам уколол Кэйтлин хитроумно заложенной в бумаги заточенной скрепкой. Обычной канцелярской скрепкой — Шар’Амалайя не почувствовала магического воздействия, проверив ранку на руке девушки. Потом, отойдя на безопасное расстояние, преступник активировал венец, нанес на него кровь Кэйтлин и приказал ей выйти из дома.

Он был здесь! Тот, за кем мы гоняемся, вместе с запретным артефактом. Скорее всего, сам, вряд ли бы он доверил венец кому-то из подручных. Псих он или нет, а нервы у него будто стальные тросы. И наглость через край переливается.

— Действуем спокойно, — произнесла Шар’Амалайя. — Место, куда увезли Кэйтлин, локализовано. Уверена, прямо сейчас ей ничего не грозит.

«Но зачем убийце вообще ее похищать? — подумал тем временем я. Вопрос озвучивать не стал, не к месту это было — дебаты устраивать. — Чем она его привлекла, чтобы идти на такой риск? Кэйт даже не его тип, все ее сходство с жертвами — это внешняя привлекательность!»

Я прикрыл глаза и еще раз прогнал перед глазами известные мне факты. Нападение шпаны, первое упоминание Горына, стрельба в Яме, похищение девушки. Это только то, что случилось за два неполных дня с момента нашего приезда в город. А до этого — восемь убийств, к пяти из которых косвенно причастны люди местного преступного авторитета, и применение запретной магии.

Не сходится!

Если верна версия Кэйт про то, что у нас два отдельных подозреваемых, то все равно не сходится. Убийца мог натравить на меня шпану — превентивно. Запаниковал или вроде того. Но ему совершенно незачем похищать девушку, тем более так нагло и демонстративно. Каким бы он ни был психом, он должен понимать, что прятаться долго не получится. Не после того, как он щелкнул Секцию по носу.

Значит, действует он расчетливо и с пониманием последствий. И работает не сам по себе, а… а может такое быть, что убийца вообще не псих? Что, если венец у конкурентов Немировского, и все происходящее — это попытка подставить его? Шпана, убийство Мохова, даже… черт, даже убийство девушек!

Все это промелькнуло у меня в голове настолько быстро, что для всех окружающих я, кажется, даже из разговора не выпадал. Для меня же прошло не меньше нескольких минут субъективного времени, поэтому я не сразу понял, о чем говорит Шар’Амалайя.

— Но нужно сперва разведать местность. Антон, отправь Василича посмотреть, что там и как.

— А?

— Василича, говорю, надо отправить, чтобы он посмотрел, что там с домом. Охрана, наличие защитных артефактов, количество разумных и их статус.

— Ага, — несколько рассеянно отозвался я. И приказал ему явиться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Домовой зашуршал за камином примерно через полторы минуты, после того, как я его призвал – видимо, далеко в своих поисках забрался. Вышел на середину комнаты, как всегда серьезный, и замер с вопросом в глазах.

— Кэйтлин похитили, — сказал ему я. — Вот адрес дома, где ее держат. Отправляйся туда, разведай, что и как.

— Аккуратнее, — посоветовала эльфка. — Дом экранируют от поиска, я не удивлюсь, если там и защитные артефакты будут.