София и тайны гарема - Энн Чемберлен

Сразу собравшись, Сафия не придумала ничего лучшего, чем пробормотать:

— Прошу прощения, госпожа.

Скромно, даже почтительно склонив головку набок, она не ждала ответа. Но уверенность в прочности ее нынешнего положения придала ей достаточно смелости, и дочь Баффо не упустила случая уколоть соперницу:

— Извините, но, боюсь, я не слушала. Вы что-то сказали?

Нур Бану презрительно фыркнула, в ее обсидиановых глазах вспыхнул гнев. Но Сафия заметила и другое: Нур Бану переполнена какими-то новостями и буквально сгорает от нетерпения выложить то, что узнала, причем новости эти явно таковы, что она даже забыла о привычной осторожности. И Сафия тихонько порадовалась про себя.

— Я сказала, дерзкая девчонка, что очень скоро мы будем иметь удовольствие отправиться в поездку по морю.

— Да, мой принц тоже обещал мне это.

— Это благодаря отцу моего принца, а вовсе не твоего! Сколько дней уже прошло, а живот твой как был, так и остается плоским. Так что нет у тебя никакого принца!

— И жизнь, и смерть наша — все в руках Аллаха, — смиренно пробормотала Сафия.

— Это верно. На все воля Аллаха. И все же есть кое-что такое, что мы способны сделать и сами — с его помощью, конечно. Например, обещание, которое я выпросила у моего сына. Он дал мне слово, что никогда не сделает тебя своей женой. Да, да, ты не ослышалась — он дал мне слово и сдержит его, потому что любит свою мать!

— Вы и раньше пугали меня этим, госпожа, но кому, как не мне, знать, как часто люди нарушают свои клятвы. Есть соблазны, перед которыми невозможно устоять.

— Эту клятву он не нарушит. Мой сын не женится на тебе, раз ты бесплодна.

— Ах вот как, госпожа? Ну, а я поклялась, что никогда не подарю ему сына, прежде чем не стану его законной женой!

— Ты безумна! Разве может султан взять в жены бесплодную женщину?! Ввергнуть государство в смуту?! Отсутствие наследника — это война, голод, кровь и нищета! Даже Хуррем-султан доказала свою плодовитость, подарив Сулейману несколько прекрасных, здоровых сыновей и дочь, прежде чем он сделал ее своей законной женой.

— Да, да, помню. Я уже слышала все это, и не раз. Но мне кажется, что сегодня вы пришли сюда не для того, госпожа, чтобы снова повторить свои угрозы, не так ли? — промурлыкала Сафия, чувствуя за спиной молчаливую поддержку остальных женщин, которым и до этого много раз случалось быть свидетельницами подобных стычек. — Насколько я помню, вы говорили что-то о поездке по морю?

— Да. Только на этот раз туда отправится весь гарем, а не одна эгоистичная, самовлюбленная девчонка.

— Чудесные новости, госпожа, — сдержанно буркнула Сафия, решив сделать вид, что смягчилась. Здравый смысл подсказывал ей, что лучше на время изобразить смирение. — Значит, часть пути до Кутахии мы проделаем морем?

— Кто сказал, что в Кутахию? Нет, речь идет не о Кутахии. Это ты когда-то так нахально требовала, чтобы тебя отвезли в Кутахию. Благодарю Аллаха, что у нашего господина и повелителя Сулеймана хватило ума указать тебе твое место.

Сафия и ухом не повела. Ей и в голову не пришло бы скрыть от Нур Бану тот факт, что она и пальцем о палец не ударила, чтобы собраться в дорогу.

— Стало быть, вы пришли сказать своим девушкам, что им больше не нужно укладывать вещи? Или я чего-то не поняла? Уж не хотите ли вы сказать, что всем нам придется остаться в Константинополе и торчать здесь все лето? Сидеть в городе в летнюю жару?!

В голосе Нур Бану зазвенело нескрываемое торжество.

— Нет! Мы уедем отсюда на все лето. Могу обрадовать вас: большую часть пути мы будем путешествовать морем.

При этих словах по комнате пронесся приглушенный шепот восторга и удивления. Сафия улыбнулась про себя. Раньше никто из обитательниц гарема и подумать бы не смел так явно выразить свою радость. Стало быть, она все-таки добилась своей цели — ей удалось заставить Нур Бану приоткрыть свои карты!

«Осторожно! — одернула себя Сафия. — Не показывай ей своего торжества! Один неосторожный шаг, и ты выдашь себя!»

И хотя внутри у девушки все пело от радости, Сафия улыбнулась Нур Бану самой кроткой из тех улыбок, что имелись в ее арсенале. Выждав несколько минут, чтобы ликование, воцарившееся в комнате после слов Нур Бану, несколько улеглось, и убедившись, что обитательницы гарема вновь чинно расселись по коврам, дочь Баффо решила, что пришло время привести в исполнение свой план. А для этого ей нужна была тишина. Она хотела, чтобы ни одно слово из того, что она сейчас вытянет из Нур Бану, не ускользнуло от внимания остальных женщин.

— И куда же мы тогда отправляемся, госпожа?

— В Магнезию.

Известие это обрушилось на девушек, словно меч, которым могучий воин отражает ответный удар, и головы всех, кто находился в комнате, покорно склонились, будто ветки дерева, когда налетевший порыв ветра гнет их к земле.

— В Магнезию?!

— Морем!

— Ой, а ты помнишь?…

— Какое это тогда было счастье!

— Это было еще до меня, но…

— Я слышала об этом столько чудесных рассказов!

— Что ни делает Аллах, все к лучшему.

— Ох, какие замечательные вести!

Сафия молча ждала, пока взрыв радости, вызванный новостью, немного уляжется. Что ж, пусть упиваются счастьем. Миг ее торжества недалек. Потом все они будут благодарить ее, Сафию, напрочь забыв о той, перед кем раболепствуют сейчас.

Воспользовавшись воцарившейся паузой, она вновь вернулась к разговору:

— О, госпожа, новости и впрямь чудесные. По меньшей мере… молю Аллаха о том, чтобы так и было на самом деле.

— На что это ты намекаешь? — Нур Бану грузно повернулась к девушке, и в ее черных глазах блеснул огонек.

— Да нет, ни на что… Надеюсь, Аллах будет милостив к нам. Но ваш господин и повелитель Селим… он ведь не может оставить свои обязанности, не так ли? Я-то думала, мы поедем в Кутахию, чтобы присоединиться к нему — ведь наш господин и повелитель султан доверил ему пост сандджак-бея — губернатора этой провинции. А поскольку мне хорошо известно, что долг каждой жены — быть рядом со своим мужем, а вы никогда не позволите себе пренебречь долгом, то я и решила…

Опасный огонек в глазах Нур Бану разгорался все ярче, но Сафия уже не могла остановиться.

— Всем нам известно, что Селим… ммм, как бы это сказать? Словом, он иной раз позволяет себе слегка пренебречь возложенными на него обязанностями, поддавшись соблазну… Нет, простите меня, госпожа. Не гневайтесь. Я немного забылась.

— Так оно и есть, девчонка, — злобно прошипела Нур Бану. — И я поставлю тебя на место. Так вот, Селим больше уже не сандджак-бей!