Сова Аскира (ЛП) - Швартц Ричард

Когда Дезина впервые вошла в Совью башню, она была ещё маленькой девочкой, и буквально переполнена эмоциями из-за возложенных на неё ожиданий. Истван и постоялый двор «Сломанный Клинок» были далеко, а ей нужно было столькому научиться, что верховный комендант назначил её учителем даже Орикеса. Таким образом между старшим штаб-полковником и маленькой девочкой возникла дружба, основанная на общем увлечении старыми книгами и текстами и на любопытстве о создании мира.

Поэтому неудивительно, что двое охранников у двери в комнату штаб-полковника даже не моргнули от удивления, когда молодая маэстра промчалась по коридору и без дальнейших церемоний постучала в тяжёлую дверь. Просто ей было немного сложно скрыть нетерпение, но потом, спустя несколько мгновений, изумлённый Орикес, щетина которого была тщательно намылена, наконец-то открыл ей дверь.

Короткими, лаконичными фразами она описала, как нашла мёртвого камердинера, о чём сообщил ей штаб-лейтенант Сантер и что она сама смогла выяснить об умершем. Потом рассказала полковнику другие сведения о том, что мёртвый человек был агентом принца Тамина, который пытался внедриться в Белое Пламя и смог передать ей в руки одну из скульптур.

То, что эта часть отчёта была неточной в отношении источника информации, не ускользнуло от штаб-полковника, как и маленький волчок, который вертелся на его столе с завтраком. Но он предпочёл не задавать вопросов ни о том, ни о другом.

Он слишком хорошо знал Ласку. На протяжении веков Дезина была единственной, перед кем открылись ворота Совьей башни. Для Орикеса, который считал личную преданность важнейшей чертой характера, всё было очень просто. Имперский город получил Сову… за свою долгую историю город переживал кое-что и похуже умного маленького вора, который всегда мог заставить смеяться слишком серьёзную маленькую девочку.

Если бы было необходимо, штаб-полковник мог бы даже закрыть глаза ради Ласки. Только Ласка в самом деле был настолько искусен, что его не разу не поймали. За одним исключением. Когда он слишком внимательно изучал пол за троном Вечного правителя и, вероятно, не слишком обращал внимание на стражников… Тогда он придумал отговорку, что хотел срисовать сложный узор для Дезины. И именно это он и сделал… доказав некоторое мастерство. Дезина, даже не покраснев, подтвердила эту историю, но у Орикеса до сегодняшнего дня всё ещё были сомнения.

Прежде всего потому, что Ласка даже не объяснил, как ему вообще удалось войти в тронный зал… вряд ли существовало место, которое охранялось лучше, чем это.

С тех пор, с рисунком Ласки в кармане, Орикес сам часто вставал на колени перед этим запутанным узором… как и многое другое, что оставил после себя Вечный правитель, это переплетение из золота, серебра, кварца и чёрного обсидиана было загадкой. Иногда Орикес даже ловил себя на мысли, что случилось бы, если бы Ласке позволили продолжить.

А если коротко, то у штаб-полковника были свои догадки относительно того, кто мог быть тем вором, передавшим Сове мешочек агента молодого принца Тамина, будущего правителя Алдана и самого важного союзника имперского города. А что касается волчка… он знал, что если сейчас спросит её, она даст ему подробный ответ. Он даже уже знал её первые слова: на самом деле всё просто… Ну, только у полковника уже сейчас, перед первой перекличкой, хватало головной боли, и он не хотел напрягать свою старую голову.

Он потёр виски пальцами, окинул взглядом стоящую перед ним молодую женщину и вздохнул. Не прошло ещё и недели с тех пор, как она сдала экзамен на третий уровень знаний и таким образом получила право носить эту мантию, и уже всё изменилось.

— Что вы, собственно, думаете о посланнике принца, этом Таркане фон Фрайзе? — спросил он.

— Я ещё не знаю, — ответила Дезина, изучая украденное яблоко, прежде чем сунуть его в рукав. — Он знает больше о камердинере, чем рассказал нам… но история с волчьей головой и то, что несчастный был убит наездником душ, удивила его. Он не притворялся.

— Меня она тоже удивила! — сказал Орикес, откладывая полотенце. — Но суть моего вопроса не в этом. Я слышал, что баронет фон Фрайзе — щеголь и повеса, от которого не застрахована ни одна юбка.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Он делает вид, — сказала она. — Но думаю, он скрывает нечто большее. — Она посмотрела на него, когда он потянулся за чистой рубашкой. — По пути в порт он хотел защитить меня… и был абсолютно искреннем.

— И он был бы на это способен, — заметил полковник. — Он два раза подряд выиграл турнир в искусстве владения мечом.

— Правда? — удивлённо спросила Дезина. — Он не похож на человека, который прилагает все усилия, чтобы подготовиться к такому турниру!

Орикес вздохнул.

— Он щеголь и дворянин, но в то же время соблазнитель, разбивающий сердца женщинам. Он знает, как вести себя при дворе, но в то же время напивается в публичных домах. А между одним запоем и следующим выигрывает один из самых сложных в королевствах турниров.

— Каким нужно обладать мастерством, чтобы выиграть турнир? — полюбопытствовала Дезина.

— Большим, — сообщил ей полковник. — Должно быть, он один из двадцати лучших фехтовальщиков в королевствах.

— Он так же хорош, как и я? — озорно спросила Дезина. Полковник посмотрел на неё и засмеялся. — Вы не в счёт. Вы жульничаете в бою… без вашей магии это было бы неравное сражение, которое вы проиграли бы ещё до того, как он начал. — Он задумчиво посмотрел на неё. — Я не видел его в действии. Но учитывая то, что я знаю об этих турнирах… да, Дезина, даже с вашей магией вам будет сложно победить его.

— У старых Сов была поговорка: если тебе нужен меч, то ты уже проиграл, — ухмыльнулась Дезина.

— Для такой позиции они разработали на удивление большое количество упражнений с мечом.

— Да, но я постепенно начинаю понимать, что меч нужен скорее для того, чтобы фокусировать магию, — объяснила Дезина. — Но это сейчас неважно. Одно можно сказать наверняка: такого мастерства не разовьёшь, если бухаешь, распутничаешь и веселишься ночами напролёт, — задумчиво добавила Дезина. — Как вы уже сказали, я жульничаю во время боя… и всё же я сама уже не знаю, сколько часов провела на тренировочной площадке, чтобы в конечном итоге, со своими синяками, бежать к вам за утешением! — Она нахмурилась. — Чемпион Быков… он смог бы победить баронета?

— Возможно.

— Вы знаете, сколько часов в день он тренируется?

— Более шести часов. Каждый день.

— Значит у баронета и впрямь было мало времени на бухло и шлюх, — Она посмотрела на Орикеса и тихо засмеялась. — Пока мы были у Иствана, и Ласка раздавал бесплатно его лучшее вино, баронет почти не выпил и глотка!

— Пьяница, который совсем не пьяница, — заметил Орикес и тихо засмеялся. — Думаю, принц Тамин знает, кого к нам послал. Наш баронет фон Фрайзе вовсе не пьяница, не пьёт и не распутничает. Мне просто интересно, было ли разумно его присутствие, когда Ласка рассказал вам всё это.

— А я разве упоминала Ласку? — спросила Дезина как можно более невинно. Полковник весело покачал головой.

— В этом не было необходимости.

— Мне казалось это разумным, — заметила Дезина. — Но тогда я ещё не знала, о чём сообщит нам Ласка.

— Алдан — наш союзник, — вздохнул Орикес. — Это было правильное решение, мне просто интересно, к чему теперь всё это приведёт. — Он нахмурился. — У вас есть какое-нибудь соображения о том, как эти скульптуры могут нам навредить?

Дезина покачала головой.

— Я не знаю. Пока не знаю. Мне кажется, что я уже когда-то читала об этих волчьих головах… только не могу вспомнить где. — Она огорчённо покачала головой. — Учитывая, сколько книг я уже прочитала… иногда мне кажется, что это чересчур для моего бедного мозга!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Не вините себя, — тихо, но твёрдо ответил штаб-полковник. — Вы уже сейчас сделали для имперского города больше, чем многие другие.

— Но мне так не кажется, — озабоченно ответила Дезина.