Зов Крови(СИ) - Алексей Фирсов

– Когда мы ударим на север, эта пехота вернется и навалиться на наш правый фланг, юноша!

– Если мы уничтожим мост, они не успеют навести новый и прийти на помощь к своей коннице.

– Каким образом вы предполагаете уничтожить мост, коннетабль?

– В нашем распоряжении есть несколько барк. Набиваем одну из них порохом и смолой и ночью загоняем под пролет моста. Останется только поджечь порох!

– Смело!– похвалил граф Моран-У вас есть добровольцы на эту барку?

– Конечно, граф, такие люди имеются!

– Каковы силы противника с севера?

Ответил Фостер.

– Две тысячи рыцарей и люди их копий, всего не более двадцати тысяч. Ими командует граф Честширский. Конница что стояла у замка Сэвидж ушла на север, преследуя гарнизон замка и не вернулась до сих пор.

– Граф Честширский? Что о нем известно?

– Ему двадцать лет, ваше величество, он конюший короля Руперта. Новый фаворит, надо полагать!

– Отлично, как командир он ничем себя не проявил!

– Но он приехал и противник зашевелился. Они выкопали рвы и насыпали валы. Сейчас стоят осадные башни.

– Они им уже не потребуются, сьеры! Если мы конечно поторопимся!

Наш военный совет был прерван появлением человека, которого я не ждал.

Барон Хэрри Эльсинер вошел в комнату и весьма элегантно приветствовал нас поклоном.

– Ваше величество, сьеры, я прибыл с тысячей копий в ваше распоряжение!

Он был очень доволен произведенным эффектом. Под элегантной накидкой с гербами тускло светился черненый панцирь.

Под утро грохот разрыва и яркая вспышка известили об уничтожении моста через Дойл.

Едва рассвело, городские ворота на севере отворились, и пехота колоннами начала выходить в поле и строиться в квадраты. Бомбардиры выкатили бомбарды на руках впереди строя, все десять штук. Каждую бомбарду сопровождали по десять воинов с алебардами и двуручными мечами. Гремели барабаны, пищали флейты, развевались знамена. Было весело и немного страшно...Центр занял полк князя Фрусберга, а по обе стороны мои вновь сформированные полки. Над квадратами пехоты возвышался лес пик. Восходящее солнце сверкало на наконечниках.

Кавалерия-два моих реджимента и люди Хэрри выстроились на правом фланге.

Пока мои люди выстраивались в боевой порядок, граф Моран сбил заслон противника на мосту через Дач и конфланцы потоком полились на луг, занимая позиции на нашем левом фланге. Впереди арбалетчики, позади алебардисты и пикенеры.

У графа Честширского было два пути-встать на валах за частоколом в оборону или вывести людей нам навстречу и атаковать.

Он выбрал второй вариант.

В лагере противника давно ревели трубы. Пехота открыла проходы в частоколе и блестящая река латников с поднятыми копьями устремилась на луг, выстраиваясь в две шеренги для атаки. Их было много. Стальные реки казались бесконечными.

Цепи арбалетчиков, прикрываясь большими щитами, выдвинулись к нам навстречу.

Своих арбалетчиков без щитов я разместил среди воинов с пиками. Первые два ряда пехоты были в полных доспехах и шлемах саладах. В задних рядах воины несли заступы и кирки, чтобы засыпать ров и разрушать частокол и вал.

Мы с коннетаблем Жассом вместе с сотней конных горцев охраны находились рядом с кавалерией. Дуган держал развернутым стяг с драконом. На мне полный доспех черненой стали и шлем без забрала. Мой конь Малыш нес на себе немалую броню. Его голова, грудь и круп защищала стальные пластины.

Всей баталией командовал Фрусберг, так было решено на военном совете. Именно он настоял на том, чтобы выдвинуть бомбарды на колесных лафетах вперед и поставить перед строем.

Зарокотали барабаны-это был условный сигнал.

Бомбарды ударили почти одновременно. Мой конь всхрапнул и попятился. Грохот бомбард лошадям не нравился...

Густые белые клубы вонючего дыма заволокли поле перед моими людьми и скрыли бомбарды, суетящихся бомбардиров и шеренги противника...

– В этом дыму они наваляться на нас незаметно, государь!

Жасс был озабочен и теребил свою вновь отращенную бородку.

– Не успеют, Семюель, их лошади тоже бояться грохота бомбард!

Бомбарды ударили еще раз. Густой дым поднялся еще выше.

Затрубили трубы, барабаны забили походный ритм _ на три шага пять ударов.

Донеслись крики офицеров:

– Пикенеры-вперед!

Квадраты пехоты, опустив пики, двинулись прямо в дым.

Бомбарды выпалили в третий раз.

Моя пехота исчезла из виду, словно канула в тумане.

Я оглянулся. Конница была со мной, а впереди пустота и клубы дыма. Оставалось только ждать-что появиться из этой глухой белой пелены.

Звон стали, крики, треск аркебузных выстрелов, ржанье лошадей– сообщили о том, что битва вступила в решающую фазу.

Через медленно рассеивающийся дым постепенно проявились бомбарды и их команды, посматривающие вперед. Больше они не стреляли-ведь впереди теперь спины своих.

Томительное ожидание продлилось недолго.

Из рассеивающихся дымовых клубов появился всадник и понесся к нам. По цветастым одеждам и большому берету было ясно, что тевтонец.

Молодой офицер подлетел на разгоряченном фыркающем коне ко мне совсем близко. Конь косил глазом, так что было видно белок.

Адъютант князя Фрусберга, отрапортовал запинаясь:

– Oberst berichtet ...wir haben.... den Gegner zerbrochen und ...sind auf die Wдlle hinausgegangen! Ihre Majestдt... ist der Weg frei! Die Feinde laufen!Оберст докладывает-мы сломали противника и вышли на валы! Ваше величество путь свободен! Враги бегут!

Я повернулся к Жассу, Эльсинеру и Гринвуду что прислушивались к непонятной для них речи. А у меня на груди висел под камзолом талисман Греты.

– Он докладывает-конница врага опрокинута и бежит! Вперед сьерры, теперь ваша очередь!

Я проехал мимо бомбард сопровождаемый сотней горцев. Вся конница во главе с Жассом устремилась вперед к проходам через рвы.

Арбалетчики Руперта скошенные картечью лежали густо, там, где их настигла смерть.

Два следующих залпа ядрами видимо ударили прямо в шеренги латников и внесли смятение в их ряды. Забрызганные кровью, изувеченные люди и кони валялись здесь во множестве. Своих пехотинцев убитых и раненых я встретил немного. Бомбарды сыграли главную роль в сегодняшней баталии. Браво, Мадзини!

В моей голове прокрутился реестр: каждая из этих бомбард потребовала 1500 фунтов металла на изготовление и 200 дукатов литейщикам. Лафет и прочие детали здесь в Лонгфорде обошлись в 300 талеров на каждую. Я потратил уйму денег и не напрасно!

Когда я въехал на вал, дым от выстрелов полностью рассеялся.

Толпа пехоты громила и грабила лагерь кавалерии короля Руперта. Да, здесь было чем заняться. Бароны и рыцари привезли на войну многое: палатки, ковры, посуду, девок, вино, провиант и даже охотничьих собак.