Жемчужная маска - Дебора Мей

И ужаснее всего было то, что с каждым днем она любила его все сильнее и сильнее. Да и как могло быть иначе? Именно Уильям стал ее первой и единственной любовью. В мыслях и жизни Риты никогда не было других мужчин. Мэдокс, разумеется, знал об этом, и, скорее всего, это даже тешило его самолюбие. Только этим можно было объяснить последние события в спальне.

Стараясь не привлекать внимания, девушка частенько с любопытством наблюдала за Уильямом. Ей так хотелось узнать о нем как можно больше, ведь супруг никогда не рассказывал о своем прошлом и своей семье. Но единственное, что она смогла понять – этот джентльмен, славящийся в обществе высокомерными манерами, оказался в быту совершенно обычным человеком с самыми мирными увлечениями, главным из которых было чтение. В его библиотеке наряду с Диккенсом, Шекспиром и Теккереем было довольно много книг о путешествиях в дальние страны, исторических мемуаров, а также специфической военной и финансовой литературы.

Где-то в конце ноября в их дом постучался высокий темноволосый человек в военной форме и спросил Уильяма Мэдокса.

– Мой муж сейчас находится на службе. В городском банке, – слегка запинаясь на слове «муж», произнесла Рита.

Мужчина едва заметно улыбнулся, а в его зеленых глазах промелькнуло легкое удивление.

– Значит, я имею честь разговаривать с миссис Мэдокс? Должен сказать, меня радует, что вы не блондинка. Прошу прощения, но последний раз, когда я видел вашего супруга в госпитале, он очень страдал о своей бывшей невесте и даже угрожал застрелить ее мужа.

Риту слегка передернуло при напоминании о Лилиане Бронстон. Видимо, незнакомец сообразил, что сказал лишнее, потому что, сняв фуражку, слегка поклонился:

– Простите меня, – быстро сказал он. – Позвольте представиться – полковник Роберт Гривстон. Воевал на черном континенте, там и познакомился с вашим супругом. Нам пришлось вместе отражать атаки повстанцев и выходить из окружения. С полгода назад был ранен и доставлен обратно в родные края, здесь долго лечился. Неделю назад выписался из госпиталя и теперь собираюсь вернуться к исполнению своего воинского долга. Но перед этим мне захотелось повидать старого друга.

– Быть может, вы пройдете и подождете моего мужа в гостиной? Я могу предложить вам чай или кофе, – предложила, смущаясь, Рита. Дедушка Тео мало нуждался в общении с остальным миром, и ей редко доводилось принимать незнакомых гостей.

Полковник в ответ на приглашение широко улыбнулся:

– С удовольствием выпью кофе. Надеюсь, что вы пошлете посыльного с запиской Уильяму о моем приезде в ваш город?

– У нас есть телефон. Я немедленно позвоню в банк и попрошу передать мужу, что дома его ждет хороший знакомый.

– Отлично, – вновь улыбнулся гость.

Устроив полковника в гостиной, Рита отправилась на кухню, чтобы сообщить миссис Давс о неожиданном госте. Был уже полдень, и хозяйка радушно предложила накормить полковника обедом, но Гривстон скромно отказался, сославшись на то, что неплохо перекусил в привокзальном ресторане.

Спустя пару минут хлопотливая миссис Давс появилась в гостиной с блюдом пирожных и горячим кофейником.

– Хочу предложить вам несколько пирожных и свежеиспеченных булочек, – защебетала разговорчивая старушка. – Надеюсь, они покажутся вам съедобными.

– Зачем вы говорите глупости, миссис Мэри, – ласково покачала головой Рита. – Наш гость подумает невесть что. Знаете, господин полковник, наша милая хозяйка – настоящий мастер кулинарии, так что можете угощаться без всякой опаски. Если только и впрямь не хотите чего-нибудь более существенного.

– Спасибо за добрые слова, милочка, – просияла польщенная миссис Давс. – Я не стану вам мешать. Но если что понадобится, я буду в своей комнате. Можете обращаться за помощью без всякого стеснения.

Она ушла, и Рита, по-прежнему волнуясь, осторожно налила горячий кофе в тоненькие фарфоровые чашечки.

– Когда вы с Уильямом обвенчались? – поинтересовался гость.

– Почти два месяца назад.

– Понятно. Этот роскошный дом принадлежит вам?

– Нет, что вы… Здесь хозяйка – миссис Давс. Мы же снимаем лишь верхний этаж этого особняка, – пояснила Рита. Ее глаза были опущены, и поэтому она не заметила легкого удивления на лице своего собеседника. – Уильям считает, что нет никакой необходимости покупать целый дом.

– Вы давно знаете вашего мужа? – неожиданно прямо спросил Гривстон.

Рита удивленно взглянула на гостя. Его зеленые глаза внимательно изучали юную супругу своего приятеля. Неужели он сравнивает ее с Лилианой?

– Мы знаем, друг друга уже несколько лет, – на минуту задумавшись, стала рассказывать девушка. – Уильям был хорошим знакомым моего дедушки и нередко навещал нас в Грейслоу. Когда дедушка скоропостижно умер, я… сильно нуждалась в средствах. Уильям был так любезен, что тут же сделал мне предложение. И я приняла его, – решительно выпалила Рита и даже улыбнулась оттого, что впервые смогла честно объяснить причину своего замужества. – Теперь вы знаете, что нас с Уильямом связывает вовсе не сердечная привязанность.

Роберт внимательно смотрел на девушку, с трудом удерживаясь от следующих вопросов.

– Не думайте, что я посвящаю всех в подробности нашего брака. Извините, если вас что-либо оскорбило в этой истории, – словно защищаясь, Рита высоко вздернула подбородок. – Я сказала это потому, что вы… Вы смотрите на меня так, словно не можете понять, почему Уильям женился на такой простушке.

По лицу гостя было заметно, что он тронут ее искренностью.

– Вы напрасно извиняетесь. Мне и в голову не могло прийти, что вы – простушка. Я хорошо знаю своего друга и очень сомневаюсь, что Уильям Мэдокс женился только из жалости, – полковник, похоже, изучал хозяйку уже с нескрываемым интересом.

– Не только из жалости, – решительно ответила она. – Вы напомнили о его страсти к одной замужней особе, так что, поверьте, причин для женитьбы у вашего друга было более чем достаточно. Но… я не хочу обсуждать свое замужество с посторонним человеком.

– Понимаю, – улыбнулся он. – Вы и так слишком откровенны со мной, хотя не могу похвастаться, что имею честь быть вашим доверенным лицом. Не смущайтесь, ради бога… Мне доставляет удовольствие общение с вами. Вы удивительно открыты и искренни, несмотря на то, что мы с вами почти незнакомы.

– Искренность – моя беда, – прикусив губу от досады на свою несдержанность, призналась Рита. – Я совершенно не умею врать. Даже если это может обидеть кого-нибудь.

Полковник вдруг оглушительно расхохотался.

– Знаете ли, почему мы с вашим мужем сразу же стали друзьями? Он всегда говорил только то, что думал, и я тоже грешу этим.