Острова междумирья - Вадим Арчер

Оказывается, защита этого дома была настроена на Хирро. Пиртский маг пользовался таким доверием хозяина, что ему был разрешен вход за ограду в любое время дня и ночи.

– Да, – подтвердил Хирро догадку Зербинаса. – Мы могли бы сразу пойти сюда, но мне не хотелось беспокоить старика среди ночи.

Пока они шли от калитки к парадной лестнице особняка, им навстречу вышел хозяин, почувствовавший, что кто-то прошел сквозь его защиту. Это был маленький даже для асфрийца старичок, сухонький и легонький, выглядевший почти невесомым, так что у Зербинаса возникла невольная мысль – а не умеет ли он летать, как Фэр? Лысая голова старичка, над ушами и по затылку окруженная венчиком белых волос, больше всего напоминала почти облетевший одуванчик.

При виде посетителей лицо старичка расцвело солнечной улыбкой.

– Хирро, мальчик мой! – воскликнул он. – И с тобой гости!

– Да, учитель, – широко улыбнулся пиртянин. – И мы ужасно голодны.

– Как обычно, мой мальчик, как обычно… Ты, надеюсь, представишь мне своих друзей?

– Да, – спохватился Хирро. – Это Зербинас с Лирна, а это Фэриоль, но он не возражает, если его зовут просто Фэром.

– Какой славный малыш! – умилился Ринальф. – Это ваш сынок? – глянул он на Зербинаса.

– Нет, он с Паллимы, – ответил Зербинас.

– А где это? – с детским любопытством спросил старичок. – Никогда не слышал.

– Жаль, – сказал Хирро. – Мы надеялись, что вы это знаете, учитель. Дело в том, что он потерялся.

– Ребенок потерялся, какое несчастье, – огорченно покачал головой Ринальф. – Если вы пришли ко мне поэтому, я ничем не могу вам помочь. Оставьте малыша мне, я позабочусь о нем, пока вы ищете эту Паллиму.

– Я юноша, учитель Ринальф, – поправил его Фэр.

– Конечно, конечно, – закивал тот, принимая поправку. – Ты не обижайся на старика, для меня все вы – такая молодежь!

Он привел своих гостей в кухню. Это оказалось просторное помещение с огромной, на несколько котлов, плитой и разделочными столами. Вдоль стен тянулись ряды кухонных шкафов с банками и посудой. Было заметно, что плитой давно не пользовались, и Зербинас в недоумении гадал, на чем же готовит этот старичок, пока тот не подвел их к печурке в углу кухни.

– Ты мое правило знаешь, Хирро, – обратился он к пиртянину. – Я показываю, куда я положил новые припасы, а готовят здесь сами. И вы это тоже запомните, – обезоруживающе улыбнулся он Зербинасу с Фэром. – Я был вынужден ввести это правило, иначе я только и делал бы, что стряпал на ораву голодных бродяг. Располагайтесь как дома, а я пойду поищу вам что-нибудь из одежды – на вас просто смотреть страшно.

Он показал им, где и какие лежат продукты, и ушел.

– Кое-кто обещал нам хороший завтрак, – Зербинас насмешливо глянул на Хирро.

– А знаешь, я неплохо стряпаю, – хмыкнул тот в ответ. – Идем за дровами.

Вне сомнений, Хирро чувствовал себя в доме Ринальфа, как в своем собственном. Он не только знал, где находятся дрова, острый соус к яичнице с ветчиной и банка с корнем иги, но и где лежит постельное белье в комнатах, куда он вселил себя и Зербинаса с Фэром без малейшего содействия хозяина. Тот не сел с ними завтракать, сославшись на то, что не ест так рано по утрам, а только сказал, где его найти, когда они устроятся и приведут себя в порядок.

– Держу пари на собственную магию, что эта одежда не с хозяйского плеча, – сказал Зербинас, когда они с Хирро переодевались в принесенные Ринальфом куртки и штаны. – Признаться, я опасался, что наш гостеприимный хозяин даст нам одежду вдвое меньшего размера. У него здесь склад, что ли?

– И арсенал тоже, – усмехнулся Хирро. – Представь себе, у милейшего Ринальфа есть такое чудачество – держать в своем доме запас еды, одежды и даже оружия на случай, если к нему вдруг явятся какие-нибудь непоседы вроде нас с тобой и при том окажется, что у них несколько дней маковой росинки во рту не было, их одежда безнадежно испорчена небрежным обращением противника, а оружие сломано или брошено в спешке во время стратегического отступления. В некоторых обстоятельствах этому чудачеству просто цены нет.

– Я уже заметил, – согласился с этим утверждением Зербинас. – Интересно, однако, как он додумался до такого увлечения?

– Ну мало ли как… – уклончиво сказал пиртянин. – Старость, понимаешь…

– Понимаю… – иронически протянул Зербинас. – А почему ты зовешь его учителем? Ты чему-то учился у него?

– Да почти ничему, хотя он выучил меня разбираться в амулетах. У меня всегда были очень маленькие способности к артифакции. Просто у нас так принято обращаться к нему.

– У нас – это у непосед, о которых ты упоминал?

– Соображаешь, – одобрительно кивнул Хирро. – Ты уже оделся? Тогда идем к Ринальфу. Жаль, я хотел порадовать старика его амулетами, а вместо этого вынужден показывать ему эту гадость, которую мы по ошибке стянули у Гестарта. Парень, наверное, выдрал на себе все волосы, оплакивая свои злодейские игрушки, – с притворной жалостью вздохнул он.

– Надеюсь, ты не собираешься возвращать их ему?

– Обойдется. Говорят, страдание облагораживает, а Гестарту это никак не помешает, – пиртянин на мгновение задумался: – Хотя что я говорю – еще как помешает – но все равно пусть облагораживается, скотина!

Подтрунивая по пути над своей неудачной вылазкой, они явились в лабораторию Ринальфа. Тот заулыбался им навстречу и отложил заготовку, которой занимался до их прихода.

– Вижу, вы уже в полном порядке, – с удовлеворением отметил старый маг. – Если вы пришли ко мне не из-за этого юноши, – кивнул он на Фэра, – то, наверное, из-за тех образчиков темной магии, которые у тебя за пазухой, Хирро?

– Вы, как всегда, проницательны, учитель, – подтвердил пиртянин. – Но, по правде говоря, я думал, что это ваши амулеты, когда мы с Зербинасом изымали их у Гестарта.

– Ты никогда не будешь приличным артифактором, мой мальчик, – удрученно вздохнул Ринальф.

– Боюсь, что и приличным вором тоже, учитель. К тому же все происходило в такой спешке… можно сказать, в присутствии самого хозяина. Эти амулеты лежали под защитой, я и подумал, что они краденые.

Он выложил сверток перед Ринальфом. Старый маг развернул бумагу и начал разглядывать амулеты.

– Кто бы мог подумать, что Могриф Черный был таким мастером, – пробормотал он себе под нос. – Превосходно, превосходно…

Зербинас и Хирро переглянулись. По их понятиям, только тот, кто окончательно свихнулся на профессионализме, мог называть это превосходным. Старичок так увлекся изучением амулетов, что забыл обо всем, нашептывая аналитические заклинания, позволяющие уточнить состав и способ их изготовления. Фэр со скуки полез было посмотреть, что лежит во вместительных лабораторных шкафах старого мага, но своевременно был пойман Зербинасом за рукав.