После развода. Я смогу (наверное) (СИ) - Алиса Верди

такая? — спрашивает у меня Женя — симпатичная кудрявая девушка, работающая продавцом-консультантом.

— Какая? — рявкаю я.

— Эм… да нет, ничего, — тушуется она.

Что она хотела сказать? Какая я? Похожая на мегеру? Или она про то, что я накрасилась?

В другой день я бы непременно остановилась и поболтала с ней, выяснив, что же она хотела сказать, но точно не сегодня.

Я яростно тру пол, витая в своих мыслях и злясь на весь мир.

На бывшего мужа, маму, Верочку, Арсена, его мерзкого сыночка и даже Саньку! Хоть и понимаю, что вины дочери тут никакой нет, но все равно злюсь и ревную.

Они все меня бесят! Такое впечатление, что они задались целью меня довести!

Когда почти заканчиваю с торговым залом, вдруг вижу, как по чистой блестящей и еще мокрой плитке пола ступают дорогие ботинки, оставляя за собой грязные следы — на улице жуткая слякоть.

Да ё-моё!

Нет, ничего удивительного тут нет. Магазин еще открыт, хоть в это позднее время посетителей уже мало. Так что, нужно просто снова вымыть пол там, где этот человек прошел, и все.

Я мочу швабру, отжимаю и снова мою пол, когда посетитель отходит в сторону. Там уже сухо, а основную грязь от тут оставил, так что…

Вижу, как ботинки возвращаются и вновь проходят по только что вымытому полу.

Ну конечно, ходи тут, топай!

Но не буду же я ему ничего говорить, правда? Я всего лишь уборщица, и моя задача — мыть пол.

Вздохнув, вновь вытираю за ним.

Он опять разворачивается и буквально топчется по вымытому!

Да он, блин, издевается!

С трудом разгибаю болезненно затекшую в согнутом положении спину, поднимаю глаза и застываю с открытым ртом.

Ох, блин!

Арсен!

Он стоит на чисто-вымытом мокром полу и, сложив руки на груди, свысока взирает на меня.

Какого хрена?

Ох, а может, он меня вспомнил? И приехал сюда, чтобы сказать мне об этом?

Сердце ухает и проваливается. Адреналин вскипает в венах. К лицу бросается кровь, заливая щеки.

Ну что за реакция! Взрослая ведь женщина!

Однако на его лице нет никаких признаков узнавания. Есть лишь насмешливое превосходство.

Нет, он точно меня не вспомнил. Он бы тогда как-то показал. Смысл ему скрывать? Скорее всего, он тут из-за нашего разговора.

И вновь тот факт, что он меня не узнал, вонзается в сердце раскаленной спицей.

Ну, во-первых, с тех пор прошло четырнадцать лет, и, конечно, я сильно изменилась внешне. Я изменила прическу и цвет волос, и… да и все!

Вес примерно тот же, фигура практически такая же. Я следила за собой и ходила на фитнес. Никакой пластики я не делала, филеров в лицо не колола.

Ну, да, старше выгляжу, это понятно, но не сказала бы, что изменения настолько колоссальные, что меня нельзя узнать.

Так что, дело не в том, что не узнал, а в том, что забыл. Просто стер из памяти ненужную информацию, чтобы не засорять ей мозг. Жаль, я так не могу.

— Вы преследуете меня? — осторожно спрашиваю я.

— Ну да, как увидел вчера ваш элегантный костюм с Винни-Пухом и угвазданные кроссовки, так сразу одержимость и накрыла, теперь сталкерю, — кивает он с серьезным видом.

Боги, ну за что мне это?

— Похоже на то!

— Не льстите себе.

Сволочь!

— Что вам от меня надо?

— Мне? От вас? — он пренебрежительно хмыкает.

Ой, да ладно! Я на это не куплюсь!

— Вам! От меня! — я упираю руки в бока и с вызовом смотрю на него.

— Ничего, — пожимает он плечами, не сводя с меня пронзительного взгляда.

— Зачем тогда вы приехали в магазин, в котором я работаю?

— Я должен отчитываться перед вами в своих действиях? — недоверчиво поднимает он бровь.

— Слушайте, вы ведете себя странно. Поэтому да, я хочу, чтобы вы ответили на вопрос.

Ну а что? Пусть объяснит, зачем пришел!

Он качает головой.

— С какой стати?

— Ну… — я теряюсь, — вы ведь приехали не для того, чтобы полюбоваться, как я мою полы, верно?

— То, зачем я приехал, вас не касается.

Да блин! Как же не касается? В жизни не поверю, что он приехал сюда, чтобы купить фен или кофемашину! Слишком подозрительное совпадение.

Он ведь неспроста спросил меня, в каком магазине я работаю. И хотя это целая сеть, и их несколько по городу, но в нашем районе только этот, так что логично, что он приехал именно сюда.

Но почему просто не ответить? Впрочем, “просто” — это не про него. У него вечно какие-то многоходовочки.

— Значит, вам нечего мне сказать? — уточняю я.

— Абсолютно.

— Вы пришли, чтобы что-то купить?

— Нет, — качает он головой и шаркает ногой по полу, размазывая грязь по светлой, вымытой до блеска, мраморной плитке.

Как же бесит!

— Тогда уходите и не мешайте мне работать! — выхожу я из себя.

— Вы меня выгоняете? — поднимает он бровь. — Вот это клиентоориентированность!

— Вы сами сказали, что не собираетесь ничего покупать. Значит, вы не клиент.

— А может, я посмотреть зашел? И завтра бы купил? А вы только что лишили магазин потенциальной прибыли, потому что никто не захочет тут что-то покупать после такого хамства.

Вот блин!

Ну да, да! Он прав!

Но я уверена, что он не собирался ничего покупать, и просто докапывается до меня. Ведь это же ясно!

— Пойдете пожалуетесь на меня управляющему? — хмыкаю я.

— Да нет, зачем такие сложности? — фыркает он. — Сам справлюсь. Вы уволены.

— В смысле? — открываю рот я.

— В прямом. Я вас только что уволил. Это мой магазин.

Глава 20

Ну звиздец!

Я закрываю глаза, пытаясь справиться с приступом ярости. Он ведь специально меня провоцировал, да? А я повелась. Ладно, ну держись!

Ужасно хочется взять ведро с грязной водой и… Нет, это перебор, нужно держать себя в руках, я же взрослая женщина!

Я бросаю швабру, в которую вцепилась нервными пальцами, на пол. Она падает с громким стуком, и продавцы в другом конце зала настороженно и с любопытством поглядывают на нас, но не подходят.

Упираю руки в бока и с вызовом смотрю на мужчину передо мной.

— Отлично! Мне как раз не слишком нравилась эта работа! Вот только теперь история, которую