Лавина любви - Ноэль Бейтс

Готовая продолжить разговор о перспективах работы, Джинджер так и замерла на пороге с полуоткрытым ртом. Улыбка на ее лице медленно угасала.

Какого черта он здесь делает? Что понадобилось Мэтту Грегори в доме ее отца? Почему он расселся в кресле, да еще пьет виски?

Джинджер закрыла глаза и помотала головой, словно пытаясь отогнать наваждение. Сгинь, пропади! Открыв глаза, она увидела, что привидение не пропало, а поднесло бокал к губам. Очевидно, он чувствует себя здесь вполне комфортно.

В доме моего отца!

— По-моему, ты знаешь этого парня, — послышался откуда-то сзади голос отца.

Ей пришлось смириться с тем, что Мэтт не наваждение. По какой-то неизвестной ей причине Мэтт Грегори бросил хижину, за которой присматривал, и следом за ней отправился в Нью-Йорк! Выглядит подозрительно довольным собой и не замечает, как в ней нарастает паника.

— Что тебе принести, дорогая? — спросил отец.

— Воды! — проговорила Джинджер, стараясь овладеть собой. Она прокашлялась. — Или лучше бокал белого вина, папа. Спасибо.

— Значит, мы снова встретились. — Мэтт неотступно следил, как она медленно, ощупью движется от двери к дивану, и улыбался. Потом на правах старого знакомого подмигнул ей и дружески поднял бокал.

Джинджер почувствовала, что ей не хватает воздуху.

— Глядя на тебя, можно подумать, что ты сильно взволнована, — заметил отец, передавая ей бокал с вином.

— У меня просто нет слов. — Ей удалось овладеть собой. Она отпила большой глоток вина, в надежде что алкоголь излечит ее от оцепенения.

— Что-то ты побледнела, — холодно заметил Мэтт. Аккуратно поставил бокал на полированный журнальный столик, сложил руки на коленях и сосредоточил на ней все свое внимание.

— У нее был тяжелый день, — вмешался отец. — Ничего удивительного в том, что бедная девочка белая как полотно. Вбила себе в голову, что хочет пойти работать.

— Папа, я ничего не вбила себе в голову. Просто раздумываю о работе. — Уголком глаза она следила за Мэттом. Тот смотрел на нее с непроницаемым видом. Наверное, еле сдерживается, чтобы не ухмыльнуться, в бешенстве подумала Джинджер.

— Должно быть, краткое пребывание в твоей хижине пошло ей на пользу.

Как это — в его хижине? Джинджер открыла было рот, чтобы просветить отца на сей счет, но, прежде чем она произнесла хоть слово, Мэтт мягко вступил в разговор и с подкупающей искренностью начал рассказывать ее отцу о том, что пребывание в изоляции иногда действительно идет на пользу — дает возможность подумать над тем, что тебе нужно от жизни, верно оценить будущее.

А отец-то хорош! Соглашается, кивает, принимая наглую ложь за чистую монету!

— Так каким ветром тебя сюда занесло? — вмешалась она в философский монолог о пользе изоляции.

— Мои речи тебе, наверное, наскучили? — со скрытой усмешкой поинтересовался Мэтт.

— Вовсе нет. Я просто интересуюсь, что ты делаешь здесь, хотя должен быть в Швейцарии. То есть…

— Значит, работу пока найти не удалось? Конкуренция в твоей области очень высока.

— Я уже это знаю, — отрезала Джинджер. — Два часа кряду надменный кадровик мне только об этом и говорил, — продолжила она, не обращая внимания на возмущенное покашливание отца, очевидно намеревавшегося напомнить дочери о правилах приличия. — И не нужно читать мне проповедь о невозможности найти работу в перенасыщенной кадрами отрасли. Кроме того, ты так и не ответил на мой вопрос.

Интересно, что думает о нем отец? До сих пор он выказывал до странности мало интереса к сведениям о ее спасителе. Видимо, папа' решил, что он исключительно приятный человек. Под словами «приятный человек» подразумевался добродушный мужчина средних лет, глава большого семейства.

Что отец думает об удивительно красивом мужчине, который сидит в кресле напротив? Может, за то время, пока он здесь, Мэтту удалось так втереться в доверие к отцу, что тот решил, что задавать ему вопросы бессмысленно? Черт знает что! Кажется, Мэтт и впрямь способен очаровать любого.

— На самом деле я приехал для того, чтобы тебе помочь. — Мэтт широко улыбнулся.

Джинджер лихорадочно соображала, что он имеет в виду. Но тут Мэтт положил на столик чемодан, который, как она заметила еще раньше, стоял на полу рядом с креслом.

— Наверное, мне нужно оставить вас наедине, молодые люди, чтобы вы могли обсудить все детали будущего соглашения. — Отец встал.

Джинджер еле сдерживалась, чтобы не закричать. Почему отец уходит?

— Все, о чем мы будем говорить, мы можем сказать в твоем присутствии! — крикнула она. Перспектива остаться наедине с Мэттом ужасала ее. Она решила: Мэтт использовал ее, чтобы втереться в доверие к отцу. Она почувствовала, как в душе ее нарастает неприязнь к нему.

Неужели он явился сюда, чтобы помочь ей? Как, интересно, он собирается помогать? Может, спросит, по-прежнему ли она не возражает против секса без последствий? Ну и выдержка у него, однако! Нагло явиться прямо к ней домой, умаслить отца и убедить его, что он действительно намерен ей помочь! Джинджер едва не расхохоталась, но ей удалось сдержаться.

— Мэтт приехал к тебе не просто так, а по делу, — вмешался отец. — Ну а мне надо сделать несколько деловых звонков. К сожалению, в дизайне интерьеров я ничего не смыслю. — Он кивнул Мэтту. — Моя малышка, наверное, уже доложила тебе об этом!

— Малышка? — Мэтт оторвался от своего чемоданчика. В руках у него была папка с какими-то листами.

Джинджер, которая наблюдала за его действиями с полуоткрытым ртом, стиснула зубы.

— А чемодан тебе зачем?

— Джинджер. — укоризненно воскликнул отец. — Придется тебе напомнить о правилах вежливости и гостеприимства!

Джинджер с сожалением посмотрела на отца. Хорошо бы папа умел читать ее мысли! Он тогда узнал бы: какую красивую сказочку ни сочинил бы Мэтт Грегори, он солгал!

— О, я умею ладить с вашей дочерью, — холодно ответил Мэтт.

Уловив в его словах двойной смысл, Джинджер почувствовала, как кровь бросилась ей в лицо.

— Ну, молодой человек, а как насчет обеда, когда вы покончите с делами?

Джинджер едва не поперхнулась от возмущения. Однако, прежде чем она вымолвила хоть слово, Мэтт уже кивнул в знак согласия и даже присовокупил: мол, если бы он знал, захватил бы с собой бутылку хорошего вина.

— Мы не нарушим твоих планов? — Отец, стоя на пороге, обернулся и окинул их взглядом.

Джинджер ощетинилась. Как посмел этот нахал обмануть ее обожаемого доверчивого папочку?

— Нет таких планов, которые нельзя было бы нарушить, — вежливо ответил Мэтт.