Тени Предтеч - Виктор Алексеевич Козырев

— Турист хренов, — раздалось ворчание Мишани.

— Нет Сань. Незачем. Палатки сделаны на основе инопланетных технологий, то есть с утеплителями, а еду разогреть мы и без костра сможем.

Костин смущённо замолчал. Забавно, но если вернёмся с этой планеты живыми, парня можно будет считать ветераном.

— Всё готово, — вынес вердикт Филиппов. — Удобно-то как получилось. Двухместные, аккурат по два человека в каждую. Саня, ты со мной

Мишаня криво ухмыльнулся, занимая одну палатку с Костиным.

— А как же… — растерялся молодой боец, озираясь по сторонам, стараясь не глядеть на меня с Полиной.

— Каком кверху, — фыркнул я. — А тебе Мишань я это припомню. Служить мы будем долго, до самой демобилизации, так что ты даже спать стоя научишься. Как слон индейский.

Филиппов фыркнул и проворчал что-то вроде, что он не доброволец и не останется до конца войны.

Полина Новикова, увлечённая готовкой, а вернее, разогревом остатков спасённой из капсул еды, не обратила внимания на наши разговоры. Она готовила, если этот процесс, можно было так назвать, на небольшой переносной плитке, нашего, советского производства, только немного усовершенствованной инопланетными технологиями. Там был установлен энергоёмкий аккумулятор, которого хватало на месяц автономной работы.

— Идите есть, — сказала она, мягко улыбнувшись.

Мне бы насторожиться таким перепадам настроения у девушки, но тогда я порадовался, посчитав, что девчонку попустило.

— Через час стемнеет, — сообщил я, сверившись с приборами. — Тогда так. Первым дежурю я. Потом Филиппов, следом Костин, под утро Новикова.

— Да не стесняйся ты так, — криво ухмыльнулся Мишаня. — Ставь своё и Новиковой дежурство рядом, здесь все свои, мы всё понимаем, даже уши заткнём.

Вот какая муха его укусила, раз он опять намекал на прозвище Полины на базе? Ему хочется, чтобы её опять накрыло, как после высадки? Однако девчонка не смутилась, а фыркнув, а встала, повела бёдрами и скрылась в той палатке, которая предназначалась мне и ей. Она явно окончательно пришла в себя, что не могло не радовать.

— Ефрейтор Филиппов, держите себя в руках и не выделывайтесь, — бросил я, проигнорировав намёки Мишани.

Новикова вылезла из палатки.

— Вот эту банку тушёнки, надо съесть сегодня, а то, мне кажется, она повредилась, — весело сообщила девушка.

— Если бы только банка, — вздохнул Мишаня.

— Насчёт дежурства всё понятно? — спросил я, слегка злясь, то ли на них, то ли на Полину, то ли на себя. — Темно будет семь часов, дежурим по два часа, как раз выспимся и со свежими силами, дойдём до цели.

Ефрейтор и рядовой как-то странно посмотрели на меня, но промолчали.

Теперь, спустя много лет, можно, признаться, в первую очередь самому себе. Ложбина выглядела настолько мирной и безопасной, что мы все расслабили. Хотя я поначалу старался держать себя в руках, но у меня ничего не вышло.

— Как поняли? — спросил я.

— Так точно, товарищ сержант, приказ поняли! — хором отозвались все трое.

Мне показалось или Полина «повысила» меня до лейтенанта? В хоре голосов было не различить, что именно она сказала.

— Тогда ужинать, — улыбнулся я.

Мы потянулись к ложкам и консервным банкам. Много еды, при падении спусковых аппаратов пришло в негодность, но учитывая, что запас брали на неделю трём десяткам бойцов, а выжило всего четверо, голодная смерть нам не грозила.

Сначала мы, не спеша, поели, чуть-чуть поговорили, о том о сём. А потом рядовой Костин, додумался спросить про наше участие в рейде на Арсу.

— Ты по адресу, молодой, — хлопнул его по плечу Мишаня. — Мы тебе расскажем, то, чего ты не услышишь ни на одном политзанятии от отцов-командиров.

— Не увлекайся, — буркнул я.

Дальнейший разговор мне стал попросту неинтересен. Во-первых, я и сам там участвовал, а во-вторых, Филиппов рассказывал эту историю уже столько раз, безбожно приукрашивая наше участие, что мне стало просто скучно. Я уже хотел немножко вздремнуть, перед дежурством, но тут Полина меня толкнула под руку.

— Мне тоже неинтересно, — призналась она. — Ведь я там тоже была, только во вспомогательных частях и нас увели первыми.

— Повезло тебе, — сказал я. — А мы попали, как кур в ощип.

— Не знала, что ты участвовал в рейде на Арсу, — задумчиво произнесла она. — Ты мне этого никогда не говорил.

Я немного стушевался. Надо сказать, у меня никогда не было с Полиной Новиковой дружеских отношений. Да, она отдавала мне часть своего сигаретного довольствия, а за это могла на меня положиться, я бы её прикрыл, да и прикрывал и помогал, когда надо. Вот, учебники подогнал. Общались иногда, безусловно. По службе приходилось взаимодействовать, хотя она и не была моей подчинённой. Но, у девушки свои интересы, а у меня свои. Никогда не откровенничали друг с другом.

— А на Нотри был? — спросила она, увидев, как я задумался.

— Оба раза, — ответил я. — А ты?

— И я тоже, — засмеялась она. — Ефрейтора получила, аккурат после второй операции. За грамотно организованное отступление.

Опаньки. Так вот оно что. Значит, девчонка-то обстрелянная, а хотя да, чему я удивляюсь?