Десять дней в ноябре - Герцель Давыдов

Ее очень утомило напряжение, сопровождавшее эту

премьеру, и было необходимо побыть одной.

Майнц, Германия, 4 ноября 1939 года

Лея жила в браке с Гарри уже десять лет. Их отно-

шения стали еще крепче и теплее в 1933 году, когда

ровно через девять месяцев после посещения сина-

гоги, у них появились дети. С рождением близняшек

Моники и Хелен, которым 5 ноября 1939 года должно

исполниться шесть лет, жизнь Гарри и Леи стала еще

прекрасней, несмотря на то, что ситуация в Германия

с приходом к власти нацистов в 1933 году ухудшилась.

Видя все происходящее, они дали им немецкие имена,

чтобы в детском саду, а затем в школе и университете

девочкам не приходилось сталкиваться с антисемит-

скими проявлениями.

– Мама, мама, когда придет папа? Мы хотим по-

казать ему наши новые платья! – дергая халат жен-

щины, готовившей ужин к приходу мужа и периодиче-

ски беспокойно поглядывавшей в окно, задорно про-

кричали маленькие белокурые девочки, похожие друг

на друга как две капли воды.

– Скоро. Вы уже прибрались у себя в комнате?

– Нет, я завтра все уберу, – ответила Моника, она

была на час старше сестры.

Нравом близняшки весьма отличались. Старшая,

Моника, обладала более крепким характером и больше

любила отца, тогда как младшая, Хелен, всегда хотела

угодить матери, была к ней очень привязана и посто-

янно старалась находиться рядом с Леей.

– Я уже все прибрала и даже стихотворения выу-

чила, – тихо сказала Хелен, нежно держа свободную

от готовки мамину руку.

– Умница, Хелен. Моника, а ты хоть стихотво-

рения успела выучить? Фрау Ивон предупреждала,

что завтра будет всех спрашивать, и тех, кто не расска-

жет, на следующий год не примут в первый класс.

– Не пойду завтра в детский сад. У меня день

рождения, и я останусь дома. – Моника скрестила

руки и топнула ногой, как делают все капризные дети.

– А я пойду. Завтра мы будем петь и рассказывать

стишки, – смотря на Лею, сказала Хелен.

– Ну вот иди и рассказывай, а я останусь дома

или поеду с папой на работу.

Лея, готовя ужин и понимая, что Моника вот-вот

повысит голос на сестру, сказала:

– Зачем мешать папе на работе и все время отвле-

кать его? Завтра вместе пойдете в детский сад, а уже

потом вернетесь, и мы будем вас поздравлять. Я обя-

зательно спрошу у фрау Ивон, как ты себя вела. Она

часто жалуется, говорит, что ты шумишь и обижаешь

других детей.

– Передай нашей фрау Ивон, что она – большая

ябеда, – сказала Моника.

– Моника, папа же учил, что так нельзя говорить

про взрослых. Фрау Ивон хорошая воспитательница,

– нежно произнесла Хелен.

– Буду говорить, буду говорить! Наша

воспитательница – ябеда!

Закончив мыть посуду, вытирая руки, Лея повер-

нулась лицом к дочерям и нежно произнесла:

– Моника, я не перестаю удивляться: вы же с Хе-

лен близняшки. Как вы можете ругаться и быть такими

разными?

– Мы не близняшки. Я старше на час, а зна-

чит, главнее. А твоя Хелен такая же, как фрау Ивон,

– ябеда.

– Моника, сейчас же прекрати! Иди в комнату

и приберись, чтобы к папиному приходу все было сде-

лано, – строгим тоном проговорила Лея. – А ты, Хе-

лен, помоги: вы ведь сестры.

– Хорошо, мама, – ответила Хелен, и девочки

отправились в комнату, чтобы собрать игрушки с пола

и разложить их по местам к приходу папы.

Они уже практически закончили, когда раздался

звонок. Лея сняла фартук, убрала ужин с плиты и по-

шла к двери. Она тепло поприветствовала мужа и, за-

бирая у него пальто, спросила:

– Гарри, почему ты так поздно? Я уже начала

сильно волноваться…

– Я ведь просил не беспокоиться. Сегодня я при-

нимал после обеда. Было много пациентов. Не мог же

оставить все и уйти, – рассудительно ответил Гарри,

снимая обувь.

– Перенес бы прием на завтра… – недовольно

сказала Лея. – Сколько раз просила тебя возвращать-

ся домой пораньше. Сейчас рано темнеет, и как только

наступают сумерки, я считаю минуты до твоего прихо-

да. Несмотря на то, что после тех ужасных еврейских

погромов минуло около года, я все еще не могу прийти

в себя после этого.

– События Хрустальной ночи уже в прошлом,

и вряд ли они повторятся в таком масштабе, – заметил

Гарри. – Кроме того, я известный в этом городе врач,

меня многие знают и относятся ко мне с уважением.

– Ты думаешь, этой толпе будет интересно, врач

ты или пианист? Для них это не играет никакой роли…

Я волнуюсь, когда ты едешь на работу, а еще боль-

ше боюсь, когда ты возвращаешься ночью. Кто знает,

что им может прийти в голову…

Их беседу прервали две светловолосые девоч-

ки, выбежавшие из комнаты, они тоже обняли папу:

одна – за левую ногу, а вторая – за правую.

– Папа, что ты купил нам?

– Сегодня – ничего, когда я возвращался домой,

все магазины уже закрылись.

– Ты что, забыл, что у нас завтра день рождения?

Гарри засмеялся.

– Я все помню. Завтра вы получите свои подарки.

– Моника, Хелен, дайте папе снять пиджак и гал-

стук, – обратилась к детям Лея. – Идите уже вымой-

те руки и садитесь за стол.

Девочки отошли в сторону и наблюдали за отцом

с обиженным видом.

– Мы же скучали по папе и хотим с ним

поговорить.

– Вымойте руки и садитесь за стол, – повторила

Лея.– Мама, мы можем показать папе новые платья?

– Я купила эти платья, чтобы вы пошли завтра

в детский сад нарядными. А сейчас мы садимся ужи-

нать, и вы можете испачкать их или помять.

– Мы не хотим есть. Мы хотим, чтобы папа уви-

дел наши платья…

– Завтра вы сможете носить их целый день. Сна-

чала – в детский сад, потом – дома, а вечером —

на дне рождения, в присутствии дедушки и бабушки.

– А во сколько приедут завтра дедушка и бабушка?

– Папа завтра встретит их на вокзале в шесть ве-

чера, и сразу привезет к нам.

– Не хочу ждать до завтрашнего вечера. Можно

нам надеть их хотя бы на минутку и показать папе, ка-

кие мы в них красивые? – спросила Моника.

Лея посмотрела на Гарри, который не чаял души

в близняшках и был готов и в этот раз присоединить-

ся к просьбе дочерей, одобрительно кивнула. Девочки

побежали в комнату надевать новые платья. Тем вре-

менем Гарри вымыл руки и сел за стол.

– Я так боюсь за тебя, – произнесла Лея, приса-

живаясь рядом с мужем.

– Не нужно волноваться, – успокоил Гарри жену.

– Я сегодня много работал, чтобы мы смогли позво-

лить себе купить девочкам торт на именины. Ты же