Песнь ножен - Ким Хантер

— Похоже на то. Удивляюсь, как тебя не засадили в тюрьму… или не сделали чего похуже. Но я пришел с серьезным делом.

— Что может быть более серьезным, нежели утрата юности? — захныкал старик. — Ты только глянь! Мои ноги изуродованы ревматизмом, а глаза — катарактой! А член?! Кто согласится пойти в постель с мужчиной, у которого между ног болтается кусок гнилой веревки?

— Я погляжу, У тебя все мысли только об одном. Теперь понятно, почему Спэгг так часто приходит к тебе за советом. Но у меня и вправду есть важное дело…

— Всели в мое сердце радость, наполнив ладони золотом.

Кристобель протянул руку, и Солдат дал ему тяжелый кошель, полный монет.

Надеюсь, старик, твои услуги того стоят. Иначе берегись.

— Не сомневайся. А эти деньги я потрачу, — сказал старикан, посмеиваясь. — Потрачу на развратных женщин с алыми губами и тугими бедрами…

Солдат тяжко вздохнул. Он сомневался, что этот старый распутник может сказать ему что-нибудь ценное. Однако, когда вопрос был задан, жрец призвал служку и повелел принести ему медную чашу, наполненную углями жаровню, волшебный жезл и прочие чародейские инструменты, затем сверился с астролябией, выясняя направление ветра, поставил на огонь чашу, опустил в нее магические снадобья и перемешал их жезлом. В скором времени из чаши повалил зеленый дым, и жрец принялся вглядываться в его клубы, читая послания бога.

Старый Кристобель поднял глаза и сказал Солдату:

— Тег говорит, что твою жену можно вылечить. Память вернется к ней, а безумие уйдет навсегда. Но ты должен добыть три предмета. Они таковы: серебряное вместилище песни вечного пленника; золотое нерожденное дитя в чужом доме и нефритовая вдова, пожравшая мужа и за то не покаранная. Все это ты обретешь в Неведомых Землях. Добыв эти предметы, ты должен возложить их на алтарь Тега.

Сперва слова жреца разозлили Солдата.

— Что за загадки? Как я найду предметы, если не понимаю, что они собой представляют?

— Именно так. Ты должен разгадать эти загадки — и лишь потом сможешь разыскать вещицы. Или ты хочешь, чтобы тебе преподнесли исцеление на блюдечке? Нет, рыцарь. Заслужи награду, используя свой ум, благородство и отвагу. Иди вперед. Ищи среди тайных путей. Не страшись опасностей. Используй доброту души и живость ума, дабы выяснить правду. А когда обретешь сокровища — возвращайся ко мне, и я верну твоей жене утраченную память…

— Но где же мне их искать?

— Иди по белой дороге.

Солдат озадаченно посмотрел на жреца.

— А что, в Неведомых Землях есть дороги?

— Твоя дорога проложена богами, — улыбнулся старик. — Она будет появляться и исчезать. Не проворонь ее…

— Ничего не понимаю, — пробурчал Солдат.

— Ты хочешь исцелить жену? Если нет — сиди дома.

— Дозволено ли мне взять с собой какого-нибудь спутника?

— Возьми птицу. Ворона. Он высоко летает и видит множество вещей, недоступных нашему взгляду.

— Разумно. Мне это в голову не пришло.

— А зря. Отправляйся в путь, воин. А я тем временем встряхну твоим кошельком и погляжу, жива ли еще моя старая мошонка.

— Ты распутник, жрец!

— Да. Что с того? — сказал старик и плотоядно захихикал.

Солдат вернулся во Дворец Диких Цветов и передал жене свой разговор со жрецом.

— Муж мой, — сказала Лайана, заключив его в объятия, — не нужно тебе отправляться в этот опасный поход. Старик послал тебя в жуткое место. Неведомые Земли полны опасностей и ловушек. Даже самые обыденные вещи приобретают там странный облик. Местным жителям нельзя доверять, и ты не найдешь среди них друзей. Там полно дикой магии, бесконтрольной и хаотичной. Я боюсь за тебя. Я согласна провести остаток своих дней без памяти, лишь бы не отпускать тебя в этот унылый, безлюдный край, где не действуют обычные правила, где глупцы уничтожили науку и философию, где жестокие создания творят такие ужасные вещи, что и во сне не приснится… Оставайся в безопасности, рядом со мной. Лучше синица в руках…

Солдат вздохнул:

— Я должен ехать, милая Лайана, ибо я знаю, как мучает тебя недуг. Всю жизнь ты страдала: сначала тебя терзало безумие, теперь исчезла память. Мы должны сделать все, что в наших силах, дабы восстановить ее. Лишь тогда я поверю, что ты и вправду меня любишь. Ты должна вспомнить, кем я был, когда мы встретились впервые. Я обязан поведать тебе ужасную историю моего прошлого — всю, без утайки. И ты решишь, достоин ли я провести остаток своих дней, деля с тобой ложе, часы бодрствования, да и всю жизнь… Ты — королева, ты имеешь на это право.

— Что за чушь! — воскликнула Лайана. — Я люблю тебя. Пусть я утратила память, но сердце мне не лжет.

— Зэмерканду нужна здоровая королева, дабы поднять его с колен и возродить былое величие славного города.

Они спорили всю ночь, и, в конце концов, Солдат победил. Он горячо отстаивал свою позицию, ибо неведомая сила влекла его в далекий край проклятых и проклинаемых. Сердцем он чувствовал, что сумеет выяснить нечто новое о себе и о своей жене. И, разумеется, он был рыцарем, а для рыцаря жизнь пуста и бессмысленна, если нет в ней места подвигам и дальним странствиям — на поиски Святого Грааля, Чудесного Меча или иной Великой Истины.

Болотистые, гористые, неизведанные края как нельзя лучше подходили для рыцарей, отправляющихся в поход. Рыцарь всегда ищет подвигов, и если долг призывает его, он обязан идти. Поутру он собирается в путь. Снарядить рыцаря в дорогу — не столь уж простое дело. На рассвете во дворе оруженосец облачает его в доспехи и подает оружие — торжественно, в строго установленном порядке. Затем рыцарь прощается с дамой сердца и получает от нее предмет благосклонности — шелковый шарф или бархатную перчатку. После этого рыцарю подводят боевого коня. Копыта стучат по булыжникам двора, подковы рассыпают искры. Седло лежит на спине коня; его покрывает овечья шкура — такая же мягкая и чистая, как первая белая роза весны. В полдень рыцарь уже в дороге. Он скачет к своей цели, стремясь преодолеть все преграды и привезти домой желанный предмет…

Итак, в полдень третьего дня Солдат отправился в дорогу. Он был облачен в доспехи, а на плече у него восседал ворон. Половина города высыпала на стены, чтобы лицезреть отъезд супруга королевы. И друзья, и враги провожали его взглядами, пока рыцарь не исчез из виду.

Солдат направился на северо-запад, к Кермерскому проходу, что лежит за Фальюмом и рекой Скалаш. Здесь он войдет в область болот, окаймленных двумя исполинскими горными кряжами. За ними начинаются Неведомые Земли. Вначале проход будет широк: не менее полумили от кряжа до кряжа. Затем он начнет сужаться, и по другую сторону болот в нем будет не более ярда ширины. Проход выглядит так, словно каменный клин вынули из тела горы, заполнив освобожденное пространство вязкой почвой болота.