Бесстрашная - Робин Грейди

Она не могла дождаться, когда наступит среда, и была уверена, что Алекс чувствует то же самое.

И Либби, и Алекс усердно трудились в понедельник и вторник. Она сказала ему, что предпочла бы не думать о близости на протяжении этих трудных дней. Они больше не обсуждали фотографии, и он ничего не сказал по поводу того, доставали ли его журналисты. Она так и не заставила себя открыть Интернет и поискать там информацию об их отношениях и еще попросила Пэйтон не посвящать ее в новые сплетни.

Когда настала среда, Либби начала тестирование плеча Алекса. Она подошла к осмотру без тени предубеждения. Внимательно вглядывалась в возможные признаки слабости или боли, но он не проявил ни малейшего намека на усталость. После того, что произошло с ним в пятницу, в это сложно было поверить.

Конечно, лечащий врач их команды захочет провести свой собственный тест. Но, очевидно, его Алекс тоже пройдет. Видимо, в конечном итоге Алекс Вульф окажется на гоночном треке в Китае. Остается надеяться, что он снова войдет в топ лидеров, и ее репутация не пострадает. Конечно, в этом случае они не попадут на свадьбу его брата, но у нее было предчувствие, что неожиданное возвращение старшего из наследников клана повлечет за собой не одно семейное воссоединение в ближайшем будущем. Либби надеялась, что они продолжат встречаться с Алексом. И это означает конец ее скрытной жизни. Она вновь окажется под прицелом бессердечных папарацци. Но… это цена, которую она была готова заплатить.

Алекс надел рубашку.

– Ну, док, что скажете?

Стоя рядом с ним перед зеркалом, она скрестила руки и приподняла подбородок.

– Я должна сказать, что исходя из увиденного сегодня и учитывая прогресс…

Он перестал застегиваться и почти закричал:

– Красный свет или зеленый?!

Она улыбнулась:

– Зеленый. По моему мнению, твое плечо достаточно окрепло для того, чтобы позволить тебе принять участие в профессиональных гонках.

Алекс пронзил воздух ударом кулака. Хорошо, что ему хватило ума сделать это левой рукой. Затем притянул Либби к себе и поцеловал с такой страстью, что ее сердце чуть не вырвалось из груди. Отстранившись от ее губ, он улыбнулся, глядя ей в глаза, и рассмеялся таким непринужденным, счастливым смехом, что Либби не удержалась и засмеялась в ответ. Она приняла правильное решение. Теперь остается ждать, когда гонка в Китае принесет ему победу, он позвонит ей, и они обсудят, где и как отпразднуют это событие. Мир может думать что угодно об их союзе, но она знает, что Алекс никогда не воспользуется ее чувствами и не позволит себе злоупотребить ее доверием, чтобы получить желаемое.

– Мне надо позвонить менеджеру команды. Я должен пройти тест-драйв и подписать кучу документов.

– Конечно, я буду собираться.

Алекс вопросительно посмотрел на нее:

– Тебе надо написать письмо? Подписать какой-то документ?

– Я свяжусь с твоим ассистентом, когда вернусь в офис.

Он смотрел на нее, но теперь уже ей казалось, что он вряд ли ее видит. В его голове рождались образы толпы, радостно скандирующей на треке в выходные. Все его существо наполняло предвкушение азарта и вызова, которые он испытает, снова оказавшись за рулем болида и делая то, для чего был рожден. Гонять и выигрывать. Он был очень взволнован и имел на это полное право.

Словно прочитав ее мысли, Алекс положил телефон, подошел к ней, взял за предплечья и заговорил тоном, который она не слышала раньше:

– Мы можем отпраздновать событие на следующей неделе. А пока… ты можешь улететь сегодня вечером?

– В Китай?

– Предварительные заезды начинаются завтра.

Либби никак не могла осознать значение его предложения. Она считала, что он запрыгнет в собственный самолет с одной только мыслью – надо победить, и оставит ее позади. Но он хочет, чтобы она сопровождала его?

– Но… я… У меня назначены консультации.

– Значит, я не смогу тебя убедить. Я вернусь во вторник, и мы пойдем куда-нибудь…

Либби кивнула, поцеловала его на прощание и пошла к дверям.

– Отлично. До встречи.

– Я провожу.

– Не надо.

Но Алекс все же пошел за ней. Не зная, стоит ли поцеловать его вновь, она пробормотала: «Удачи» – и сделала решительный шаг во двор, но он схватил ее за локоть, чтобы удержать.

– Еще один поцелуй, и я отпущу тебя.

Он сжал ее в объятиях, но Либби вдруг вспомнила откровенные снимки на прошлой неделе и ужасные вопросы журналистов и увернулась.

– Не стоит. – Либби осмотрелась по сторонам. – В кустах могут быть папарацци.

Улыбаясь, он сделал шаг вперед. Но вдруг она оступилась, чувствуя, что без поддержки в один миг окажется на земле. И в тот момент, когда он подхватил ее левой рукой, и она снова обрела устойчивость, Либби заметила, что его правая рука, обхватившая ближайшую колонну патио, ослабленно сползает вниз, а его выразительное лицо искажается гримасой боли. Увидев ее удивление, он взял себя в руки и слегка покрутил плечами.

– О боже, Алекс, тебе больно.

Отрицательно помахав рукой, он изобразил нечто более похожее на оскал, чем на улыбку:

– Все отлично.

– Пожалуйста, Алекс, позволь взглянуть.

Он поймал ее за руку:

– Ты собиралась писать письмо.

– Сильно болит?

– Ничуточки.

Она внимательно вгляделась в его остекленевшие глаза и, пытаясь побороть горечь и сожаление, выдохнула приговор:

– Мне жаль… – Он не мог себе представить, как хорошо она понимает его чувства. – Но думаю…

Его глаза сузились, ноздри раздулись, вена начала пульсировать на горле.

– Тебе нужны доказательства?

Он сжал правую руку в кулак и поднял ее до талии. Чувствуя смертельный холод внутри, Либби поняла, что выше рука не пойдет.

– Мы сделаем еще одну томографию.

– Хватит с меня чертовых тестов! Я готов к соревнованиям!

– Мне жаль, Алекс. – Она знала – ему кажется, что он теряет в этот момент все. – Но я считаю, ты пока не готов. Мы справимся, хорошо? Когда твой следующий заезд, после Китая? Через две недели? Если немного постараться…

– Прямо сейчас мне надо позвонить, – перебил он ее. – Прошу прощения, мне надо идти.

Он отвернулся и зашел в дом, громко хлопнув дверью у Либби перед носом.

В час дня Эли приехал в офис Либби.

Он оказался высоким привлекательным мужчиной с великолепными манерами. И на сто один процент преданный Алексу Вульфу. Либби задумалась над тем, случалось ли Алексу Вульфу злоупотребить его доверием, как это случилось с ней.

– У меня для вас письмо от Алекса. Я решил передать его вам лично.

«Либби,

Спасибо тебе за все твои старания. После длительных обсуждений моей ситуации с менеджером команды и лечащим врачом было принято решение поменять подход к восстановительному лечению. Я благодарю тебя за твой профессионализм и за потраченное время. Я свяжусь с тобой после того, как снова окажусь за рулем.

Искренне твой,

Алекс Вульф».

Чувствуя себя так, словно в ее руках находится бомба замедленного действия, Либби опустила письмо на стол.

– Он… разочарован, – объяснил Эли, словно это могло оправдать Алекса.

– Я тоже.

Для выполнения грязной работы он прибег к помощи Эли. Наверное, подобное случалось не первый раз.

– Вы должны понимать… гонки – это жизнь Алекса. Он никогда не стал бы чемпионом, если бы не был так сконцентрирован на желании выиграть.

Либби все еще не могла переварить холодный тон этой короткой записки. Как он посмел так с ней поступить? Три дня назад они были вместе: смеялись, гоняли на болиде, занимались любовью, рассказывали о самом сокровенном!

Сдерживая обиду и непонимание, она произнесла:

– Передайте мистеру Вульфу, что я ожидала от него большего… но не стоило. Надеюсь, я не смутила вас, Эли.

Алекс думает только о себе, о своей карьере, и он не остановится ни перед чем для достижения своих целей.

Эли слегка помялся, глядя в пол. Затем сделал глубокий вдох и, поворачиваясь к дверям, сказал:

– Удачи, Либби.

Либби все еще сидела не шевелясь, когда вошла Пэйтон, плотно прикрыв за собой дверь.

– Хочешь поговорить об этом?

– Я была полной дурой, – призналась Либби. – Я сделала именно то, чего обещала себе не делать никогда. Завела роман с клиентом, и не просто клиентом.

Она вспомнила, как Алекс попытался поцеловать ее. В то утро случилось непредвиденное: несчастный случай, подобный его аварии на треке и ее падению с доски. Но это ничего не меняло.

Ей следовало не отступать от намеченного изначально плана. Ей не следовало выходить за рамки профессиональных отношений, независимо от соблазна.