Неоновые блики - Олег Трувинс

– Этого не может быть!

Продавщица недовольно покачала головой, закинула в рот новую порцию семечек и, мелко-мелко работая челюстью, дотянулась до стопки с «Н-бургским вестником».

– На, шам шмотри…, – она протянула Петру газету.

Он взял газету и увидел напечатанную в верхнем левом углу дату – 12 ноября 2011 года.

– Я же ее вчера…, – растерянно начал он, но запнулся и задал новый вопрос:

– А вы не знаете, когда она была напечатана?

– Тьфу, тьфу, тьфу, – быстро сплюнула шелуху продавщица, и уверенно ответила, – ночью, конечно!

– И вчера ее, значит, еще не было? – не унимался Петр, не понимая, как он мог вчера вечером увидеть сегодняшнюю газету.

– Так! Молодой человек! Отойдите от киоска! Не мешайте работать, – разозлилась продавщица, подумав, что Петр над ней издевается.

Пребывающий в полной растерянности, Петр послушно кивнул, выпрямился, и побрел по переулку в сторону гостиницы.

– Эй ты, в шарфе! А ну-ка стой! – заорала вдруг продавщица, каким-то невероятным образом умудрившись высунуть свою крупную голову в маленькое окошко киоска.

Петр остановился и растерянно обернулся.

– А ну верни газету! Хулиганье!

– С виду, вроде, интеллигент. Шарф, вон, нацепил… А все туда же…, – укоризненно выговаривала она Петру, когда тот вернулся и расплатился за «Н-бургский вестник», который он машинально унес с собой.

– Да я случайно… Задумался просто… Извините…, – расстроенно бормотал Петр.

– Знаю я вас… Ишь ты. Задумался он…, – обиженно произнесла продавщица и добавила, – меньше думай – меньше будет проблем!

«Может быть, показалось?..» – растерянно размышлял Петр, шагая к своей гостинице, – «хотя… Фотография, вроде бы, та же. Название статьи тоже очень похоже… Ладно… Будем думать, что показалось…»

Уже через пять минут Петр подходил к гостинице. Погруженный в воспоминания о сегодняшнем утре, очень уж богатом на события, он не особо обращал внимание на все, что творилось вокруг него. И только перед тем, как открыть дверь гостиницы, он вдруг осознал, что на улице темно почти так же, как сегодня ранним утром и вчера вечером. Он тряхнул головой, машинально посмотрел в небо и с непонятной тревогой увидел все те же плотные и очень низкие тучи, которые висели над городом и вчера. Сильный ветер, гулявший по городу со вчерашнего вечера, по непонятным причинам так и не развеял их за все это время.

Больше всего Петра заинтересовала одна хорошо заметная, выпуклая к земле тучка, которая зависла прямо над Центральной улицей и своими четкими краями сильно выделялась среди остальных. Она имела вытянутую овальную форму, и на ней виднелись несколько затемнений. По периметру от нее отходили едва заметные отростки, теряющиеся в бесформенной массе остальных туч.

Петр удивленно покачал головой и прошел в гостиницу. Алла Степановна дремала, сидя в своем кресле и крепко удерживая в руке пульт от телевизора.

Сильно уставший от своих утренних похождений, Петр поднялся в номер. Он кинул обе газеты на журнальный столик, разулся, скинул пальто, свитер, и с облегчением упал на кровать. Настенные часы показывали всего десять двадцать. До встречи с Катей оставалось больше трех часов. Вспомнив о Кате, Петр встал с кровати и подошел к окну. Напротив гостиницы, через дорогу, он увидел зеленоватую неоновую вывеску «Кофейня». Именно там и должна была состояться их встреча. Он отошел от окна, включил чайник и взял из холодильника остатки колбасы и хлеба. Немного перекусив, он приготовил себе чай, поставил горячую кружку на журнальный столик и снова прилег на кровать, развернув федеральную газету. Прочитав ее полностью, отложил в сторону.

Взялся за вторую – «Н-бургский вестник», с улыбающимся трактористом на первой странице. Стараясь не вспоминать, как накануне он убегал от очень похожей газеты, Петр с интересом прочитал все местные новости и добрался до последней страницы. Откинув и эту газету, он присел, взял кружку и задумчиво отпил чай.

Внезапно Петр поставил кружку обратно на столик, да так быстро, что умудрился пролить почти половину чая. Он снова схватил «Н-бургский вестник» и внимательно вгляделся в нижний левый угол последней страницы, который был полностью занят рубрикой «Криминальные новости». То, что его так сильно заинтересовало, напечатано очень мелким шрифтом. Это был коротенький отчет о расследовании, проведенном по поводу несчастного случая на улице Центральная, в результате которого погибла Вероника Иванова:

«… в процессе предварительного расследования, проведенного н-бургскими следователями, совместно с московскими криминалистами, причин для возбуждения уголовного дела выявлено не было. Все конструкции, на котором держался рекламный щит, выполнены в строгом соответствии с требованиями, предписанными для подобных сооружений. Металл креплений не имеет брака, каких либо дефектов и следов внешнего воздействия.

Редакция газеты приносит свои искренние соболезнования родным и близким погибшей»

Пребывая в полном недоумении, Петр машинально перевернул газету, словно надеялся, что где-нибудь на других страницах он обязательно найдет продолжение этой короткой заметки, из которой он так и не понял, почему, все-таки, на Веронику упал этот треклятый щит.

Покрутив газету так и сяк, и, естественно, не обнаружив никакого продолжения, он снова перечитал заметку, после чего, взбешенный, с силой бросил газету в сторону. Плавно покружившись спиралью, она взмахнула обеими половинками и мягко приземлилась на кровать, насмешливо уставившись на него веселыми глазами тракториста. Петр сжал кулаки. Он абсолютно ничего не понимал и из-за этого был страшно раздражен.

«Да почему же он упал?! Что же здесь происходит, в этом темном городишке?! Почему же никто не видит такой очевидной вещи – этот чертов щит не мог так просто упасть! Неужели это непонятно?!», – бились в его голове вопросы, на которые он не мог дать ни одного вразумительного ответа.

Его взгляд упал на тракториста, весело улыбающегося со страницы газеты.

– Смеешься надо мной?! – не выдержав этой издевательской ухмылки, Петр схватил газету и с наслаждением разорвал ее на мелкие клочки.

– Это тебе за вчера и за сегодня… И, на всякий случай, за завтра…, – он победно посмотрел на усыпанный газетными клочками пол и почувствовал, что ему стало гораздо легче.

Он снова подумал о своей ответственности перед Вероникой. О том, что, конечно же, несмотря на родство, Вероника была для него абсолютно незнакомым человеком. Он даже не имел ни малейшего представления о ее внешности, ведь за все то время, которое он провел в Н-бурге, он не увидел ни одной ее фотографии… И конечно же, он мог бы, завершив все дела, преспокойно улететь домой и навсегда забыть и Веронику и этот маленький Н-бург, вместе со всеми его жителями и странными тучками. Но Петр понимал и другое – раз он приходится погибшей при очень странных обстоятельствах Веронике единственным родственником, то именно он и должен расставить все точки над i в этом деле. К этой минуте он уже прекрасно осознавал, что в этом нелепом несчастном случае, убившем Веронику, существует какая-то загадка. Теперь, когда он сложил вместе некоторые эпизоды общения с Катей, странные слова кладбищенского работника, и подслушанный им в автобусе разговор бабушек, он понял, что местные жители относятся к Веронике, мягко говоря, неприязненно. И, судя по всему, связывают с ней нечто страшное, и, кажется, не совсем объяснимое…