Замуж за криминального авторитета - Ольга Джокер

Коля протягивает мне портмоне из кожи. Верчу его в руках и понимаю, что он точно не принадлежит Давиду. У мужа другого оттенка, хотя похожий.

- Почему я?

- Мне уже влетело за алкоголь. Не тот коньяк принёс, - пожимает плечами Коля. – Еще раз нарываться не хочу.

- Ты ничего оттуда не брал?

- Шутишь? Нет, конечно.

Открываю портмоне и натыкаюсь там на фотографию Евы и смешного черноволосого малыша. Вещь принадлежит Руслану, не так уж страшно. Хуже было бы, если бы портмоне принадлежало Цуканову. В таком случае вернуть его владельцу я бы не смогла.

- Хорошо, я верну, Коля.

- Спасибо, Кать! Мужчины на задней веранде.

Обычно она не предназначалась для посетителей, чаще там курили сотрудники ресторана. Веранда выходила не на центральную улицу, а во двор. Там было спокойно и тихо и можно было без лишних глаз поговорить.

Немного подумав, толкаю дверь на улицу. Глаза не сразу привыкают к темноте, потому что здесь даже фонари не горят, что странно.

- … Катю трогать больше не позволю.

Я сразу же узнаю голос Давида. Замечаю его, прижимаю портмоне к груди. Наверное, нужно вернуться в зал и ждать мужчин там. Возможно даже вернуть потерю Еве, чтобы она передала мужу. Но неведомые силы словно прибивают меня к земле.

- Она не знает, слово даю.

- А кто тогда знает? – спрашивает с насмешкой Цуканов. – Жалеешь ты жену, Давид. Может чё вспомнила бы.

- Нужно искать в другом его окружении, - подаёт голос Руслан. – Гадёныш не мог работать в одиночку и ни с кем не делиться. Возможно, у него была девушка или невеста. Спроси у Кати, а?

Я догадываюсь, что они разговаривают о моём брате. Несмотря на то, что слушать всё это мне неприятно, я отдаю себе отчёт в том, что Женька был неправ.

- Я, блядь, неясно выразился? Никто не станет допрашивать Катю! У меня всё, - бросает им Давид.

Непроизвольно улыбаюсь и в данный момент ощущаю себя самой счастливой на всем белом свете. За меня только брат мог стоять вот так горой.

Внезапно слышится шум мотора, и подержанная иномарка влетает во двор ресторана. Все происходит в считанные секунды. Автоматная очередь, мой крик. Я инстинктивно дергаюсь вперед, к Юсупову. Возможно, стоило бежать в зал, но я не смогла.

Увидев меня, Давид резко дергает за руку, валит на пол и накрывает моё тело своим. Почти не дышу, ощущая жар его кожи и сильно бьющееся сердце на себе. Обнимаю за плечи, глажу сквозь рубашку и бесшумно плачу.

Всё происходящее быстро заканчивается. Стрелявший, скорее всего, хотел напугать, а не убить. Автоматная очередь утихает, слышится браная ругань мужчин. Давид поднимается с пола, отряхивается и подает руку мне. Всё ещё дрожу от страха и холода, прижимая к себе чёртов портмоне. Смотрю в темноте на Юсупова, вижу, как он чётко отдаёт распоряжения по телефону и думаю о том, что было бы, если бы цель нападающего была – убить?

Спустя минуту во дворе показывается чёрный внедорожник Давида. Он подъезжает вплотную к веранде.

- Ты какого чёрта вышла сюда? – спрашивает меня Юсупов, ухватив за локоть.

Между его бровей залегла глубокая складка, Давид сильно хмурится. Он не злился, нет. Он обо мне волнуется.

- Прости, я портмоне пришла вернуть. Его Руслан выронил.

Будто не веря, Давид смотрит на кошелёк. Выхватывает у меня из рук, возвращает Руслану и тот быстрым шагом направляется в ВИП-комнату. Ему нужно забрать оттуда беременную супругу. Думаю, что он не скоро её куда-то с собой возьмет.

Спустя десять минут мы едем по городу в автомобиле Давида. Он постоянно звонит кому-то и не обращает на меня никакого внимания. Злой, серьезный, почти дикий. Мужчинам было важно узнать кто именно стрелял в них, чтобы отомстить и наказать.

- Иди к себе в комнату, - бросает Юсупов, когда мы заходим в дом.

Сильно хочется пить, но ослушаться его я не смею. Закрываюсь на замок, снимаю с себя платье и белье и направляюсь в душ. Меня всё ещё мелко трясет от происходящего. Почему-то о своей смерти я совершенно не думаю. Думаю о том, что было бы, если бы я лишилась Давида. За короткий срок он уже стал для меня родным и близким, а ещё любимым.

Обмотавшись полотенцем, выхожу из душа и слышу щелчок двери. Юсупов вернулся к себе в спальню.

Подхожу к шкафу, тянусь к полке с бельем и достаю оттуда самый откровенный и красивый комплект с кружевами. Немного помедлив, всё же надеваю его. Кручусь вокруг своей оси, будучи неуверенной в том, что делаю. Комплект сидит идеально. Белые стринги и полупрозрачный лиф. Поверх белья накидываю махровый халат – более соблазнительных вещей у меня нет, а расхаживать в одном комплекте по коридору особняка я побаиваюсь.

Дверь в комнату Юсупова оказывается незапертой. На всякий случай стучу и вхожу почти бесшумно. Давид разговаривает с кем-то по телефону. Окидывает меня удивленным взглядом, кивает на кресло, чтобы подождала.

Даже не думаю садиться. Развязываю полы халата, скидываю его с себя, под дьявольский и затянутый пороком взгляд Давида. Ему нравится то, что он видит. Его кадык дёргается, голос становится глухим и хриплым, а глаза бесстыже блуждают по моему телу. Спустя минуту Юсупов завершает разговор и бросает телефон на кровать.

- Что ты делаешь, Катя? – спрашивает меня обреченно и немного устало.

Шагаю к нему навстречу, молча обнимаю за спину и целую в шею. Его кожа невероятно горячая и пахнет парфюмом, ставшим теперь уже моим любимым.

Давид отстраняет меня на секунду. Молча сжимает за скулы, полощет взглядом почерневших глаз. Он уже не сможет остановиться, даже если захочет. Я сорвала стоп-кран, преградила путь назад.

- Я понимаю, что ты до сих пор воспринимаешь меня как маленькую девочку, но я уже выросла, Давид. И я… я хочу тебя, - произношу с вызовом.

Его губы больно впиваются в мои, я ощущаю приятные ласки языка и колючую щетину, задевающую