Прежде всего вейла - kelokelo

И потому, когда отец протянул ему новенький «Нимбус-2001» перед отправлением в Хогвартс, мальчик знал, что отец его работой остался доволен, пусть достижения по ЗоТИ и подкачали. И слова, сопровождавшие этот подарок, тоже подтверждали довольство отца:

- Кажется, команда Слизерина в этом году обзавелась новыми метлами...

Стоило только услышать это, и Драко, позабыв обо всем, радостно повис на шее у отца. Сообщническая улыбка, осветившая лицо Малфоя-старшего, согрела сердце младшему.

* * *

К разочарованию Драко, мальчик не смог вернуться в Мэнор на Рождество, но неприятности в Хогвартсе добавили работы и Люциусу, как члену Попечительского совета школы. Кроме того, мальчик был уверен, что его отец сейчас активно разыскивает причину, по которой его атакующие чары оказались слишком слабыми.

Несмотря ни на что у Люциуса было за что зацепиться в своих исследованиях, касающихся Драко. В том самом видении его второй партнер назвал его сына вейлой-целителем. Так что оставалось только подтвердить, что в результате его брака с Нарциссой действительно родился такой вейла. Обдумывая информацию, полученную из разнообразных источников, можно было сделать вывод, что у Драко оказалось слишком мало шансов родиться вейлой. Зачатый волшебницей, не имеющей на самом деле связи с вейлой, в лучшем случае он должен был стать полувейлой, но вопреки всему он оказался вейлой-целителем.

На основании своих изысканий Люциус сделал для своего сына список того, что ему необходимо знать о себе. В данный список входили следующие пункты:

- неспособность сотворить ранящие заклинания, за исключением применяемых для защиты партнера;.

- врожденное умение исцелять раны, нанесенные другим людям;.

- возможность единовременно накладывать множество исцеляющих заклинаний, при необходимости изобретая новые;.

- невероятные способности к зельеварению, особенно касаемо зелий, предназначенных для исцеления.

Все это Люциус сразу же рассказал сыну. И только одно не было сказано - то, что пока что не касалось Драко вплотную - у сына, так же как и у него, должен был появиться партнер, а не подруга, причем доминирующий в их связи. Но пока Драко не проявлял интереса к сексуальной тематике, потому можно было не торопиться. А Люциус не собирался давить на него, решив, что сын взрослеет так, как нужно его природе. Так что незачем ускорять ход событий!

Для Люциуса очень неприятно было получить в качестве рождественского подарка вопиллер от Северуса. Когда открытый в большой тайне конверт начал речь, Люциус вжался в кресло, на несколько мгновений проникнувшись сочувствием к несчастным ученикам, коим приходилось терпеть разозленного Северуса в подземельях Хогвартса. Послание было кратким, но не оставляло ни малейшего сомнения в отношении чувств, испытываемых партнером Малфоя.

- Мой дражайший Люциус, - тихим льдом звенел голос Северуса, - если у тебя в Мэноре случайно где-нибудь завалились еще какие вещи, вроде твоего проклятого дневника, советую тебе поскорее избавиться от них, пока я не прибрал их себе. Твоя мания поставить Уизли в затруднительное положение для меня стала костью в горле, потому что я догадываюсь, где угнездился источник неприятностей. Вот только оный оказался в единственном помещении, куда у меня никогда не было доступа. Ты понимаешь, что я хочу сказать тебе? И вот еще, даже не думай, что я смогу покинуть Хогвартс хотя бы на несколько часов, - Дамблдор навязал преподавателям очередное милое занятие - контроль за учениками. Мы же с тобой так счастливы из-за этого, согласен?

Люциус вздохнул. Судя по всему, он явно недооценил возможное воздействие этого дневника. Но что же это за такое влияние? И о какой Тайной комнате, про которую даже не упомянул Северус, пошли слухи?

Манера речи, использованная Северусом в вопиллере, показывала, в какой тот ярости.

Его партнер действительно беспокоился. Хоть он и пытался это отрицать, но слишком близко к сердцу принимал свой долг преподавателя, изо всех сил стараясь, чтобы эти олухи и недоумки, как он любил называть своих учеников, были в Хогвартсе в безопасности. Отсюда и проистекала его необыкновенная суровость, когда он застигал детей за попытками проникновений в опасные места, например, если кого тянуло в Запретный Лес. А еще Люциус знал, что именно на профессора Снейпа Дамблдор возложил обязанность следить за Поттером, казалось, просто притягивающим все возможные неприятности.

После четвертого нападения на учеников в начале мая, Люциус подтолкнул прочих членов Попечительского совета Хогвартса к отстранению Дамблдора от должности, надеясь, что после назначения МакГонагалл на его место, Северус станет заместителем директора, а это позволит ему получить доступ в башню Гриффиндора и изъять проклятый дневник. Вот только совет не полностью последовал его пожеланиям. Зато он не возражал против решения отправить Хагрида в Азкабан, не собираясь прямо или косвенно отстаивать протеже Дамблдора.

Двадцать четвертого мая Люциуса неожиданно разбудил Северус, воспользовавшись двусторонним зеркалом, предназначенным только для них двоих.

- Для тебя тут пахнет жареным, Люциус. Тебя вызывают в кабинет Дамблдора. Дневник был уничтожен, но не директором, а Поттером...

«Не слишком хорошее известие... Но, все-таки этот артефакт уничтожили. Впрочем, почему «уничтожили»?» - подумал Люциус, направляясь в Хогвартс.

Только лишь войдя в кабинет директора, Люциус понял, что сейчас ему придется иметь дело не с добродушным старичком, почти выжившим из ума, которого Дамблдор часто изображал, а с магом, равным силой Темному Лорду. Но все равно он, не смутившись, выдержал тяжелый взгляд голубых глаз, которым его наградили, и даже позволил себе улыбнуться, перед началом разговора.

- Дамблдор! А я полагал, что рекомендации совета в отношении вас вполне понятны! Вы же пренебрегли его решением!

- Совет пересмотрел свою точку зрения, поскольку виновник нападений уже известен, мистер Малфой.

- Да? И кто же повинен в этих инцидентах?

- Это, - отозвался Дамблдор, поднимая ту самую книжицу, от которой Люциус так хотел избавиться.

Малфой состроил удивленно-насмешливую мину и поинтересовался:

- Вы хотите сказать, что во всем виновата эта... гадость? Что она способна окаменить призрака? Учеников? Может писать на стенах?

- Не стоит играть словами, мистер Малфой. Дневник Тома Реддла оказался в силах подчинить разум одной из учащихся. Нет, позвольте мне договорить. Я не знаю, с какой целью вы подложили этот дневник в котел Джинни Уизли, но с вашей стороны непростительно подвергать жизнь детей опасности! Я больше не позволю ничего подобного!