Горячий Май - Айрин Лакс

своим бокалом по моему и осушил его в два счёта. Подтолкнул мой бокал к губам, заставив выпить, и вновь наполнил бокалы.

— Ты хочешь меня опоить и напиться сам?

— У меня была жутко трудная неделя…

— Она началась совсем недавно, — улыбнулась я.

— Для тебя — да, а мой папаша решил сделать из меня ишака, — усмехнулся Тоха, потерев переносицу. — Работы — вагон и маленькая тележка.

Антон отошёл к полке и взял небольшую бархатную коробочку. Парень отошёл к дивану, хлопнув по колену.

— Иди ко мне, Ника.

Я послушно забралась на колени Антона.

— Открывай, — попросил он, вручи мне коробочку.

— Что там?

— Не знаю.

— То есть это не от тебя?..

— От меня. Но открой и поймёшь.

Глава 26

Бархатная коробочка раскрылась легко. Внутри лежала золотая серёжка в виде замысловатого цветка.

— Серёжка? Одна? — удивилась я.

— Надо очень хорошо поискать, чтобы найти ещё одну. Но сначала наденем тебе эту.

Крупные пальцы Антона на удивление легко справлялись с крохотными застёжками.

— Тебе очень идёт, — довольно сказал Антон и притянул меня к себе, целуя.

Его горячий язык нежно прошёлся по кромке моих губ, немного надавил, заставляя приоткрыть ротик.

— Вкусна-а-ая, — прошептал Антон и обхватил моё лицо ладонями, усиливая напор поцелуя.

Я таяла под его поцелуем, чувствуя себя мороженым, находящимся на открытом солнце. Дышать спокойно становилось труднее с каждой минутой. Мы целовались так долго, что даже губы припухли и начало звенеть в ушах.

Мои пальцы нащупали пуговицы на рубашке парня, и я принялась их расстёгивать одну за другой. От кожи Антона шло тепло. Смуглая мускулистая грудь с завитками тёмных волос манила. Хотелось прикоснуться к ней пальцами, губами и языком…

Я извивалась на коленях Антона, жадно лаская мускулистое тело. Я расстёгивала одну пуговку за другой и целовала каждый обнажающийся сантиметр его мускулистого тела.

— Какая ты сегодня горячая! Скучала по мне, сладкая?

— Очень, — простонала я, чувствуя, как возбуждаюсь всё сильнее и сильнее.

Антон нарочно медлил. Его пальцы и ладони словно случайно гладили бёдра и грудь, ложились на талию и легонько сжимали попку, всего на мгновение коснулись лобка под платьем, но дальше простого поглаживания дело не пошло.

Я уже была близка к тому, чтобы схватить его руку и засунуть себе в трусики: так сильно хотелось его… Горячего, знакомого, но медлящего.

Антон прикусил мою верхнюю губу, пососав её немного, и отстранил меня со словами.

— Ищи вторую серёжку, киса. Я буду тебя направлять.

Я закатила глаза, но Антон был настроен поиграть. Я поддалась на его условия, играя в «холодно-горячо».

— Очень-очень горячо, — сказал он, когда я остановилась у полок с фотографиями. На одной из них покоилась вторая коробочка.

— Ты настоящий следопыт, — похвалил меня Антон. — И ещё одна коробочка.

— Ещё искать?

— Ищи, кисонька. Тебе понравится то, что ты найдёшь.

На этот раз поиски затянулись. Мне никак не удавалось найти коробочку.

— Помогу тебе, киса. Похоже, что я тебя просто запутал, — улыбнулся Антон и, как ни в чём не бывало, подошёл ко мне.

— Вот здесь, киса…

Антон резко сел. Последнюю коробочку он спрятал на самой нижней полке шкафа и сейчас подал её мне.

— А здесь… Опять серёжка? В нос? Или в пупок?

Я открыла. Не угадала. Красивый кулон в виде кошечки на изящной цепочке.

— Давай я надену.

Антон застегнул цепочку на моей шее.

— Нравится?

— Да.

— Поцелуешь меня?

Я не стала отвечать, просто обхватила Антона за торс и жадно приникла к его губам. Горячие мужские пальцы сомкнулись на талии, сминая её, а потом переместились ниже, сжимая попку.

— А-а-ах…

Чёрт! Я застонала, теснее прижавшись к крепкому телу Антона. Тот удовлетворённо рыкнул и спустил трусики по бёдрам. Тонкая ткань скользнула вниз, к щиколоткам.

— Мне очень понравилось играть с тобой в «холодно-горячо»…

Антон нащупал застёжку-молнию на спине и расстегнул её, спустив платье по плечам до талии. Парень оттянул кружево бюстгальтера вниз и прижался губами к соскам, целуя их по очереди. Тело заныло, внизу живота начало разгораться пламя желания.

— Умница. Так сладко дрожишь. А тебе понравилось играть в эту игру?

Антон не дал ответить — начал целовать губы глубоко и жадно. Одна горячая ладонь лежала на моём бедре. Пальцы второй руки погладили трепещущие складки и обвели лоно по кругу, поднявшись к клитору. Он начал пульсировать ещё сильнее и стал разгорячённым под пальцами Антона.

— Понравилось? — спросил Антон, усиливая нажим пальцев.

— Да… — простонала я, начиная подмахивать бёдрами.

— Мне тоже. Хочу, чтобы стало ещё горячее…

Антон вновь начал похищать воздух их моих губ. Его поцелуй стал жутко сексуальным, до дрожи в коленях и головокружения.

Послышался лёгкий шорох сзади. К моей спине прижалось мужское тело. А сильные пальцы легли на грудь, собственнически начав играть с твёрдыми сосками.

— Очень-очень горячо, Вероника…

Это был голос Мая. Не сказать, что я сильно удивилась. Но всё же оторвалась от губ Антона.

— Тоша-а-а? — спросила я. Голос был севшим и прозвучал как-то жалобно.

— Всё нормально, киса. Я не против. Хочу тебя, кисонька.

— И я тебя тоже… Очень сильно хочу, — вторил Май голосу Антона.

Его пальцы безжалостно выкручивали соски. Ноющая боль и многократно усилившееся возбуждение мешали здраво мыслить. Контраст между парнями был силён…

Май жёстко играл с моей грудью, но в то же время наклонился, чтобы нежно целовать шею, пуская в ход язык. Антон вновь набросился на мои губы, трахая рот своим языком, и очень уверенно растирал мой клитор.

Язык и губы Антона гасили мои стоны. Нужно было вырваться из ловушки мужчин, решивших играть по своим правилам. Но их прикосновения были горячими и заставляли меня пылать, лишали воли…

Май и Антон крепко держали меня зажатой между своими телами. Я чувствовала эрекцию двух мужчин, слышала их дыхание, становящееся всё тяжелее и тяжелее. Я понимала, что вырваться будет очень сложно.

И скорее всего, меньше чем через минуту я просто не захочу это делать…

Глава 27

— Ш-ш-ш-ш… Спокойно, Ника, всё хорошо. Расслабься, — шёпот Мая в ухо, когда я попыталась вырваться. — Тебе же нравится? Нравится чувствовать себя желанной, да?

Я всхлипнула, простонав. Ощущения были непередаваемо острые. Но неправильные. Так неправильно было возбуждаться, когда две пары мужских рук сновали по моему телу, поглаживая, дразня, покоряя. Клитор нещадно пульсировал, разгорячённый и увеличившийся.

— Сладкая моя девочка… — улыбнулся Антон, обведя меня горящим взглядом. — Просто попробуй. Дай себя приласкать. И если не понравится, мы больше никогда не вернёмся к этой теме.

— Никогда? — спросила я, чувствуя,