Большая книга ужасов – 15 - Александр Белогоров

Глава 10

Кладбищенские прогулки

Весь вечер Антон провел над срисованной страницей, стараясь разгадать ее тайну. И в конце концов ему стало казаться, что он начал понимать, что к чему. В растениях, разумеется, никакой тайны не было. Именно их и следовало собрать. Но вот другие знаки… Безуспешно ломая голову над этой загадкой, Антон вдруг взглянул на календарь. Луна там обозначалась похожими значками. И тогда он все понял. Рисунки указывали, в какой день какую траву надо срывать. Вот это растение в новолуние. А вот это – когда луна в третьей четверти. Разгадка этого своеобразного ребуса стала даже увлекать его. Если бы еще только над ним дамокловым мечом не висела кара за неправильное решение! Оставалось только понять, что означают солнце с землей. Но после луны догадаться было не так уж сложно. Конечно же, это просто положение солнца над горизонтом. Здесь восход, а там закат. Антон с удовлетворением отметил, что, если он понял все правильно, по ночам ничего собирать не придется. Хотя, если вспомнить последнюю дневную прогулку, то и в ней приятного было мало. Мальчик, тщательно сверяясь с календарем, составил себе план сбора. Работа предстояла немаленькая; занятыми оказались почти все дни. Но теперь он хотя бы знал, что от него требуется.

Гораздо хуже дело обстояло с поисками неизвестной вещи в доме. Антон был почти уверен, что речь идет о том самом полуразрушенном здании, но адрес стоял совершенно другой. Мальчик внимательно изучил карту города, но нужной улицы так и не нашел. Уж не придется ли искать в других городах? Но «хозяин памятника» ни о чем таком не говорил. Хотя от него всего можно ожидать: сплошные загадки. Нет чтобы объяснить по-человечески! Ну как прикажешь искать нужный дом: ездить по городам и спрашивать: «У вас случайно нет улицы графа Воронцова?» И тут до Антона дошло: ну конечно, так улица называлась раньше! Разве могли после революции оставить такое название? А потом назад так и не переименовали. Уж какой там граф! Антон отыскал в шкафу какую-то книжку по краеведению, купленную когда-то неизвестно зачем. Из нее он узнал, что бывшая улица графа Воронцова последние лет восемьдесят называется улицей 1905 года. Теперь все встало на свои места. Антон точно не помнил, на какой улице находились развалины, но район совпадал.

Вечером Антон с удовлетворением отметил, что знак на груди утратил свой рубиновый цвет и стал прежних размеров. Это было своеобразным подтверждением того, что он все делает правильно, как и сказал ему «хозяин памятника». Оставалось надеяться, что его отметина вскоре исчезнет совсем. Но мальчик осознавал, что это вряд ли случится раньше, чем он выполнит все задания. Мысли о ночном походе на кладбище, который предстоит в конце, он старательно гнал от себя прочь. Сейчас, как ни странно, он, можно сказать, вошел в азарт. Ему даже было интересно, что же скрывается в развалинах.

Но начинать он все-таки решил с трав. Это было гораздо легче, чем обследовать руины. Конечно, на кладбище идти было тоже не очень приятно, но Антону почему-то казалось, что теперь, когда он приступил к выполнению этого безумного поручения, ему там ничего не грозит. К тому же кладбище большое, и вовсе не обязательно идти к черному памятнику; можно поискать нужные растения прямо около входа. Плохо было то, что поиски, если верить расшифровке, следовало начинать уже завтра утром. Мальчик понял, что черный человек торопил его не зря. Еще немного, и пришлось бы ждать следующего лунного цикла, а можно ли это делать, Антон не знал. Вероятно, «хозяин памятника» приурочивал свои действия к какой-то дате.

Антон проснулся рано, еще до рассвета. Его поднял символ на груди, дав знать о себе легким покалыванием. Но в этот раз он сделал это очень деликатно, если не сказать нежно. Теперь нужно было выйти из дома. Конечно, родители удивились бы ранним (а потом и поздним) отлучкам сына. Но Антон придумал нужную отговорку еще вчера вечером, когда огорошил маму и папу сообщением, что собирается заниматься спортом и теперь намерен совершать утреннюю и вечернюю пробежки. Конечно, был небольшой риск, что ему захотят составить компанию, но он был минимален. Мама никогда в жизни спортом не занималась, а папа прихрамывал после зимнего перелома ноги, и бегать ему было еще рановато. Против такой неожиданной инициативы Антона родители возражать не стали, а даже, наоборот, порадовались. Так что путь был свободен. Мальчик надел спортивный костюм и кроссовки и выскользнул из дома.

Путь до кладбища был неблизкий, поэтому Антону волей-неволей пришлось пробежаться, чтобы не затратить совсем уж много времени. Как ни странно, бег по еще пустынным, только просыпающимся улицам даже понравился мальчику, и он подумал, что стоит иногда совершать такие прогулки даже тогда, когда никто к этому не вынуждает. Так что до места назначения он добрался в значительно лучшем настроении и гораздо более бодрым, чем после пробуждения.

При входе на кладбище Антон испытывал вполне понятный трепет. Особенно когда на память приходили прежние визиты сюда. Но все было тихо, мирно и спокойно, словно он пришел на прогулку в какой-нибудь парк. Мальчик быстро нашел нужное растение и попутно заметил несколько других, которые ему должны были понадобиться позже. Ему даже пришла в голову мысль сорвать их сразу, чтобы не ходить десять раз. Он еще мог понять, что человеку понадобились определенные растения (к примеру, для какого-нибудь отвара). Но то, что их следовало собирать в определенное время, казалось ему просто блажью.

Едва Антон наклонился над «внеурочным» цветком, как его иероглиф тут же дал знать о себе резким уколом. «Ладно, ладно, в другой раз!» – проворчал мальчик. Почувствовал он себя при этом очень неуютно. В то, что загадочный знак действует самостоятельно, как разумное существо, Антон, разумеется, не верил. «Неужели за мной постоянно кто-то следит?» – подумал мальчик. Он внимательно огляделся по сторонам, но никого подозрительного не увидел. Конечно, здесь было где спрятаться, но ведь то же самое случалось с ним и дома, и на улице. Уж дома он бы разглядел постороннего человека. Правда, вокруг часто крутилась сова, но не могла же она так воздействовать на него; птица была, в лучшем случае, в состоянии напугать своим криком или неожиданным появлением.

Оставались два варианта. Первый: ему под кожу вшит какой-то электронный приборчик. Предположение было крайне неприятным: слишком мощный разряд запросто мог бы его убить. Но тогда за ним должны постоянно следить, чтобы знать, когда приводить эту штуку в действие. И потом, не может же прибор, пусть даже самый продвинутый, читать мысли! Вариант номер два: он стал жертвой очень сильного гипнотизера. Тогда становились понятны реакции на нарушение запретов, и никакие мысли читать не требовалось. Вот только зачем он понадобился гипнотизеру? Неужели для таких идиотских поручений?! Конечно, Антон знал, что опытный гипнотизер может на своих сеансах заставить добровольцев делать всякие глупости. Например, отмахиваться от роя пчел, существующих только в их воображении. Но то добровольцы и специальный сеанс! Неужели он оказался подопытным кроликом у какого-то нечестного гипнотизера, который проводит над ним свои эксперименты без его согласия?!