Путешествие в древний Вавилон - Эвелин Кленгель-Брандт

Глиняная модель простой лодки VI в. до н. э. Длина 20,2 см

Цена всех товаров, в том числе металлов, была скоро приведена в соответствие с принятой ценой серебра. Это соотношение в течение столетий менялось, так как цены существенно повысились[47]. Например, во времена Хаммурапи за 6 сиклей серебра можно было приобрести 1 сикль золота, в нововавилонское же время цена золота поднялась настолько, что за сикль золота надо было уплатить от 10 до 13 сиклей серебра. 1 сикль серебра давали за 120–140 сиклей меди, что свидетельствует о небольшой ценности этого металла. Железо во II тысячелетии до н. э. стоило дорого, и нужно было платить за сикль железа 8 сиклей серебра; в VI в. соотношение резко изменилось — за один сикль серебра можно было получить 125 сиклей железа. Стоимость серебра зависела также от его пробы, от того, насколько чистым оно являлось. Чтобы предупредить распространение низкопробного серебра, проверенные куски этого металла штемпелевали и пускали в оборот. Они были предшественниками чеканных монет.

По царскому приказу устанавливались твердые цены, которые соответствовали стоимости серебра. В интересах здоровой хозяйственной жизни цари постоянно стремились к тому, чтобы цены на основные продукты питания и орудия производства не поднимались слишком высоко. Однако фактические цены нередко расходились с официальными. Часто приказы правителей о ценах были не чем иным, как пропагандистскими акциями, которые должны были свидетельствовать о процветании страны. Цены, несмотря на некоторые усилия правителей, росли значительно быстрее, чем заработная плата.

Сколько должно было платить население за основные продукты питания? В середине III тысячелетия за сикль серебра можно было купить 300 сила, т. е. около 253 л зерна. Уже ко времени Хаммурапи покупатель приобретал за те же деньги только от 150 до 180 сила, несколько позднее — всего лишь 90 сила. При осаде города, когда начинался сильный голод, цены на зерно резко поднимались и на черном рынке им торговали по цене 20 сила за сикль серебра. В период правления Навуходоносора цены на зерно стабилизовались, но и тогда нужно было платить за 180 сила зерна 1 сикль серебра. За сикль серебра можно было купить в нововавилонское время 180 сила фиников или от 3 до 4 сила растительного масла. Растительное масло подорожало со времен Хаммурапи в три раза. Если крестьяне или пастухи хотели приобрести скот, то за него приходилось платить довольно дорого. За быка надо было отдать в среднем 20 сиклей серебра, за осла — 30 сиклей. Хороший осел стоил, впрочем, еще дороже и обычно обходился в 120 сиклей. Барана же можно было приобрести за полтора-два сикля. Ремесленные изделия были относительно дорогими, поскольку материал, например дерево или металл, нужно было ввозить. Так, деревянный плуг стоил 5 сиклей, дверь — при аренде дома ее нужно было принести с собой — от 1 до 2 сиклей. Одежду, которую носили простые люди, по возможности старались сшить в собственном хозяйстве. Материю же обычно покупали, а время от времени приобретали и готовое платье. Цена на него зависела от качества материи и от фасона. Так, например, за 6 сиклей можно было купить два платья и одну куртку, за головной убор надо было уплатить приблизительно 3 сикля.

Размеры заработков определить довольно трудно, так как большинству ремесленников, арендаторов и наемных работников платили продуктами и соглашения по этому поводу бывали весьма различными. Работников нанимали либо для определенной работы — например, сбора урожая, — либо на целый год. Они получали помимо ежедневного питания самое большее 6 сиклей серебра в год, а как правило, еще меньше. Родители, которые отдавали в услужение своих несовершеннолетних детей, должны были довольствоваться мизерными суммами. Находились предприниматели, которые нанимали большое число работников с тем, чтобы в нужный момент передать их другим работодателям за более высокую плату, причем разницу они клали себе в карман.

Гири нередко делались в форме утки с повернутой назад головой. Эта гиря — «настоящий талант», она весит 29,68 кг. I тысячелетие до н. э.

Положение работающего населения было весьма тяжелым, несмотря на царские распоряжения о твердых ценах и заработной плате; в жизни они не были строго определенными. Богатство концентрировалось в руках немногих крупных предпринимателей, которые диктовали и заработную плату и цены. Некоторые банкирские дома, переходившие по наследству от поколения к поколению, например «Эгиби и сыновья» в Вавилоне и «Мурашу и сыновья»[48] в Ниппуре, играли весьма важную роль в хозяйственной жизни. Они не только ссужали деньги в кредит, не только покупали и продавали земельные участки, а также сельскохозяйственные продукты, но и затевали различные темные аферы и спекуляции. Представители дома Эгиби даже поставляли рабынь в публичные дома. Эти банкирские семьи, в которых браки заключались по расчету, все более разветвлялись и усиливали свою власть.

Неплатежеспособность широких кругов населения вела к развитию широкой кредитной системы, что, в свою очередь, приводило к усилению эксплуатации. Установленный уровень процента — 20 при ссудах деньгами и 33 при ссудах зерном — часто превышался, и путем ловких манипуляций ростовщики обделывали свои делишки. Когда крестьянин был вынужден в начале года (т. е. осенью) взять в долг зерно, то стоимость этого зерна исчислялась в деньгах по существовавшей в этот момент цене. Вернуть же долг нужно было сразу же после сбора урожая, т. е. в то время, когда зерно продавалось по более низкой цене. Таким образом, крестьянин вынужден был отдать в покрытие одолженной суммы гораздо больше зерна, чем он в свое время получил от кредитора[49]. Так кредитор помимо обусловленного процента получал за счет разницы в цене на зерно еще дополнительный доход. В обеспечение долга получавший ссуду предоставлял свой земельный участок, свой дом, членов своей семьи или, если таковые у него имелись, рабов.

В Кодексе Хаммурапи, как это было, впрочем, и в шумерское время, предусматривалось, что все сделки по купле и продаже должны быть по возможности оформлены письменными документами, чтобы стать правомочными. Так, в параграфе 7 Кодекса говорится: «Если человек купит из руки сына человека или из руки раба человека без свидетелей и договора или возьмет на хранение либо серебро, либо золото, либо раба, либо рабыню, либо вола, либо овцу, либо осла, либо что бы то ни было, то этот человек — вор, его должно убить». Хотя часто можно было довольствоваться присутствием при сделке свидетеля, все же в общем было предпочтительнее составить глиняную табличку. Таким образом, в случае претензий по поводу условий торговой сделки или качества товара можно было представить письменное доказательство. При заключении крупных сделок, например продаже недвижимости, рабов или скота, письменные документы были безусловно необходимы. Они звучали примерно так: «Застроенный домовый участок в шесть cap рядом с воротами Иштар внутри Борсиппы был куплен Надином, сыном Набу-аха-иддина, потомком Кидин-Нана, за три мины белого серебра у Набу-этира, сына Набу-лишира, потомка Нинурта-ушалима, куплен за полную цену, которая была запрошена… Он (продавец) доволен, (участники сделки) в расчете, он (покупатель) не имеет претензий… Они не должны более предъявлять друг к другу претензий. Тот, кто попытается истребовать означенный земельный участок, должен возместить полученное серебро в двенадцатикратном размере. При подписании документа (присутствовали): (далее идут имена шести свидетелей). Борсиппа, 21 айара, 13 год правления Набу-кудурри-уцура (Навуходоносора), царя Вавилона. Ноготь пальца руки Набу-этира вместо его печати. Он измерит участок и тогда в соответствии с документом будет (заплачено) больше или меньше серебра»[50]. Покупатель должен был кроме внесения платы за участок одарить подарками продавца и свидетелей, а также оплатить положенный сбор за оформление сделки.

Для погребения служили покрытые глазурью глиняные саркофаги, напоминающие по форме туфлю. Конец I тысячелетия до н. э. Длина 1,91 м

Среди покупателей, приобретавших земельные участки, часто были ремесленники, достигшие богатства и почета. Ремесло наряду с сельским хозяйством и торговлей играло важную роль в вавилонской экономике. Ремесленники работали не только на местный рынок; изделия вавилонского ремесла вывозились и за пределы страны. В процессе многовекового развития ремесло все более специализировалось и дифференцировалось. Из небольшого числа лиц, владевших искусством изготовления различных изделий, выросла целая армия обученных, знающих свое дело ремесленников, составлявших значительную часть населения. Их труд в большой мере содействовал росту богатства и процветанию городов и общин. Без него не могли обойтись ни цари, ни храмы, ни остальное население. Поэтому каждый правитель стремился иметь в своей стране возможно больше искусных мастеров, которые могли бы удовлетворить его тщеславие и обеспечить ему комфорт. Из различных областей Передней Азии в Вавилонию прибывали ремесленники. Они либо перебирались сюда по доброй воле, поскольку их привлекали благоприятные условия работы и жизни, либо переселялись насильственно в результате военных экспедиций. Навуходоносор II, следуя примеру своих предшественников, после завоевания Иерусалима вывел всех кузнецов из этого города и поселил их в своей стране.