Путешествие в древний Вавилон - Эвелин Кленгель-Брандт

Пластинка из горного хрусталя, служившая, вероятно, игральной доской. I тысячелетие до н. э. Высота 14,6 см

Однако засоление почвы было неизбежно, и с течением времени плодородие земли в Вавилонии сильно понизилось. При содержании в почве половины процента соли нельзя было возделывать пшеницу. Так, около 2400 г. до н. э. в плодородном районе близ Диялы, притока Тигра, доля пшеницы в общем сборе зерновых составляла 16 процентов, а около 2100 г. — уже только 2 процента. Если же содержание соли в почве повысится еще на один процент, на ней перестает расти ячмень, а при двух процентах становится невозможным и выращивание финиковых пальм. Вероятно, упадок шумерских городов был обусловлен наряду с политическими причинами кризисом сельского хозяйства. Все же вавилонским крестьянам еще во времена Навуходоносора удавалось получать на своей земле довольно высокие урожаи, поскольку они каждый третий год оставляли землю необработанной и собирали только один урожай в году. Помимо забот об орошении много сил у крестьян отнимала борьба с дующими из пустыни ветрами, заносившими обработанные поля слоем песка. В некоторых областях полям угрожали также движущиеся песчаные дюны.

Труд сельского населения был очень тяжелым, так как помимо работы на полях приходилось тратить много сил на поддержание каналов. Собственно обработка земли начиналась в ноябре, когда выпадали первые дожди и постепенно наступала прохлада. В это время года крестьяне вспахивали землю деревянным плугом с длинным изогнутым лемехом и двумя или тремя рукоятками, в который впрягали быков. Они пользовались отвальным плугом и плугом-сеялкой с трубкой, через которую зерно падало прямо во вспаханную борозду. Большие комья земли надо было еще размельчать мотыгой. Затем применялось снабженное зубьями орудие для боронования и разравнивания поля. После прорастания злаков крестьянин должен был через определенные промежутки времени поливать поле. Весной, приблизительно в апреле, в Вавилонии начиналась уборка урожая. Колосья жали серпами. Затем молотили при помощи скота, рассыпав колосья на току; иногда крестьяне пользовались для этого цепами или молотильными досками. Затем зерно провеивали и просеивали сквозь сито. Урожай хранили в высоких цилиндрических обмазанных глиной башнях, из которых зерно доставали через закрытое задвижкой отверстие в нижней части башни. Крестьяне получали, как можно судить по источникам, урожай, в 15–16 раз превышающий количество посеянного зерна, а при благоприятных условиях урожай мог быть и сам-сорок.

В Южной Месопотамии сеяли в первую очередь ячмень и полбу, а на подходящей почве также пшеницу и дурру. Для производства масла большое значение имел кунжут. Вавилоняне употребляли в пищу много овощей и выращивали, причем также на полях, чину, бобы, горчицу; к этому надо добавить еще лен, из волокна которого женщины изготовляли полотно.

Наряду с полеводством вавилоняне занимались и садоводством, и профессия садовника была весьма почитаемой. О Саргоне Аккадском, например, в легенде рассказывается, что он был садовником, прежде чем стать царем. Обширные пространства засаживались финиковыми пальмами, которые выращивались для самых различных целей. У них были вкусные плоды, их ели в сыром и сушеном виде, а из пальмового сока делали опьяняющий напиток. Косточки фиников использовались кузнецами для приготовления угля, из листьев плели различные изделия. Кора финиковых пальм шла на веревки, а пальмовое дерево служило строительным материалом. Финиковые пальмы — двуполые деревья, и их приходилось искусственно оплодотворять. Для этой цели мужские метелки вкладывались в женские соцветия и укреплялись в них. Такая процедура была необходима для получения обильного урожая, и этот процесс оплодотворения нашел отражение в изобразительном искусстве и мифологии. Многочисленные рельефы из царских дворцов, а также произведения прикладного искусства изображали различных низших богов, производящих это действие с пальмой или с «древом жизни»[35]. Кроме пальм в садах росли инжир, гранаты, груши, фисташки. Для большинства других фруктов жаркий климат Южной Месопотамии был не столь благоприятным. Их выращивали в более прохладной Ассирии и оттуда привозили в Вавилонию. В садах росли также такие растения, как чеснок, лук-порей, салат, укроп, редька, огурцы, тмин и другие пряности, так что владелец сада при нормальных условиях получал неплохой доход. Вавилоняне были большими любителями цветов, они выращивали в своих садах розы, лилии и лотосы; излюбленным украшением были цветы гранатового дерева.

Важным видом занятий хозяйки дома было прядение, что изображено на плите с рельефом из Суз. X–IX вв. до н. э. Высота 10 см

В Ассирии царь Синаххериб сделал попытку акклиматизировать и разводить хлопчатник[36]; в Южной Вавилонии он был неизвестен. В дельте Евфрата и Тигра в изобилии рос тростник, который использовался вавилонянами для самых разнообразных целей — от строительства домов и до плетения корзин. Кроме того, вдоль рек росли тамариск и самшит, единственные местные деревья, не считая пальмы, которые давали деловую древесину. В одном из произведений вавилонской литературы рассказывается о споре между финиковой пальмой и тамариском, который дает представление о том, какое разнообразное применение имели эти деревья.

«Тамариск открыл уста и молвил: „Я главнее тебя во всем, мать мудрецов. Так решил земледелец. Все, что есть у него, сделано из моих ветвей. Из меня — его мотыга, моей мотыгой он взрыхляет землю. Канал орошает поле, а я запираю канал; я молочу зерно влаге земной (вопреки), и Нисабу[37] (т. е. урожай), радость людей, я им даю“. Финиковая пальма похвалялась еще громче: „Я главнее тебя, отец мудрецов. Так решил земледелец. Все, что есть у него, вожжи, кнут и уздечка, веревка, попона для быка, покрывало для сундука, сеть, вся его снасть (все дала ему я). Я главнее тебя“. Тамариск: „Заметь себе, безрассудная! Что сделано из меня в царском дворце? Царь ест в дворце своем за моим столом, из моего кубка пьет царица. Моими вилками едят герои, из моего ларя берет муку пекарь, я — ткач и тку из моих нитей полотна. Я одеваю войско, я — верховный жрец — заклинатель бога, я обновляю храмы. Я — господин. Да не будет у меня соперников!“ Финиковая пальма: „Где меня нет, не стригут овец, мудрый царь не приносит жертвы высоким богам. Передо мной совершаются возлияния, из моего сосуда посыпают землю[38]. Я — госпожа. Тогда же распространяет пальма благоухания. А твои слова — одно хвастовство“»[39].

Как здесь, на берегах канала в Басре, так и вдоль вавилонских каналов, тянулись пальмовые сады

Наряду с земледелием основу хозяйства Вавилонии составляло скотоводство. Должность пастуха была поэтому столь же важной, как и должность садовника, и многие цари в долгой месопотамской истории называли себя, подобно Навуходоносору, «справедливыми пастырями» народов. Особое богатство владельцев стад составлял крупный рогатый скот, который разводили в первую очередь ради молока. Волы были незаменимы как тягло, их впрягали в плуг, в молотильные доски, в повозки. Поэтому крестьяне держали по возможности одного или двух волов; часто, однако, им приходилось нанимать воловью упряжку только на время посева и жатвы, так как они не были в состоянии купить волов и прокормить их. На мясо дорого стоивший рогатый скот шел весьма редко, разве что по большим праздникам для жертвоприношений в храме.

Очень большое значение имели козы и овцы. Эти животные неприхотливее крупного скота, их можно было пасти в степи, где они питались лишь скудной травой. Овец разводили курдючной породы, из коз предпочитали длинноногих, длинношерстных. До середины II тысячелетия шерсть не стригли, а выщипывали. Овец и коз разводили не только ради их шерсти, но и ради молока. Кожа животных шла главным образом на изготовление бурдюков для хранения различных жидкостей. Мясо их, особенно баранье, очень любили. Во многих деревнях имелись также свиньи. Они свободно бегали по улицам, кормясь валяющимися отбросами. Для питания населения свиньи никогда не играли важной роли, так как считались нечистыми животными. В домашнем хозяйстве водилась, разумеется, и различная домашняя птица. Уток, гусей, кур и голубей разводили во всех деревнях; вероятно, также и в большинстве городов. В I тысячелетии к этим домашним птицам добавились павлины, завезенные, по-видимому, из Индии.

Разведением пчел в Вавилонии в глубокой древности не занимались; в одном из памятников, обнаруженных в царском дворце Вавилона, наместник областей Сухи и Мари на среднем Евфрате с гордостью сообщает, что он завез пчел в Вавилонию, и, между прочим, пишет: «Пчел, собирающих мед, которых никто, ни мои отцы, ни праотцы, не видел и не завез в страну Сухи, я велел привезти из горной страны людей Хахха, и я развел их в (таких-то) садах. Они дают мед и воск. Я умею собирать мед и воск, и садовники умеют это. И каждый, кто будет после меня, пусть спросит он у старейших жителей страны: правда ли, что Шамаш-реш-уцур, наместник Сухи, завез в страну Сухи пчел?»[40]