Карма - Оксана Свинцова

— Да но… не у нас, — отозвалась я, поразившись своему хриплому и низкому голосу. Лиза подхватила диалог, стараясь подбирать слова и не говорить лишнего.

— Мы встретили Анну из соседней дачной полосы… она была вся в слезах. Ее… муж и ребенок… она сказала, что их убил вампир.

Альберт изменился в лице. Теперь оно стало задумчивым, а взгляд — недоверчивым. Мы с Лизой переглянулись. Нет, он определенно что-то знал, и опять нас этими знаниями обделили. Это просто несправедливо! Хотя, может, меньше знаешь — крепче спишь? Мышцы все его напряглись. Молчание зависало в воздухе и превращалось в давление. Дождь барабанил по крышам, скатываясь тонкими струйками по волнистому шиферу. Я запоздало поняла, что непроизвольно отсчитываю каждую секунду этой тяжелой тишины.

— А где Наталья? — спросила я, желая немного разрядить обстановку.

— Она спит. Пусть хоть немного отдохнет, — угрюмо проговорил он, неожиданно внешне состарившись еще лет на 10. Я кивнула. Калитка хлопнула еще раз, и на пороге нарисовался Димка. Он оглядел нас троих и поинтересовался, пытаясь пошутить:

— Вы что, «Титаник» смотрели?

— Не смешно, Дим, — обронила я и обратилась к Альберту. — Вы что-то знаете?.. — спросила я и сама удивилась своему прокураторскому холодному тону. Димка, до этого стряхивавший капли дождя с куртки, так и замер сусликом, медленно обернувшись в нашу сторону. Да что за тайны-то в конце концов?! «Закрытая школа» отдыхает… Нет, я докопаюсь до истины. Налицо видно, что тут все скрывают некую тайну, с которой с нами делиться не собираются. В комнате смолкла музыка в минорном стиле (а я и не заметила, что Андрей был тоже здесь и еще не спал).

— Эээ… Вы о чем? — осторожно спросил Димка. Первой не выдержала Лиза, раздраженно проговорив:

— Сначала вы тут беседовали про то, что обратились за помощью к какой-то ведьме, теперь Анна заявляет, что ее семью убил вампир! Это, по-вашему, нормально?! Одно из двух: либо мир медленно сходит с ума, либо тут кроется какой-то подвох! Лично я склоняюсь больше ко второму варианту!! — Лиза разошлась не на шутку. Когда ситуация выходила из-под контроля, она проявляла себя в довольно-таки неожиданной роли. Под ее напором сдавался любой, причем, ей было в такие моменты непринципиально, говорит ли она со взрослым человеком или же с тинэйджером.

Димка затравленно посмотрел на отца. Я поняла, что мы победили и все тайное станет явным. Альберт кивнул и со вздохом спросил нас:

— Скажите, вы верите в вампиров? — Мы с Лизой переглянулись. В голове тут же нарисовались голливудские брутальные красавчики, гуляющие под покровом ночи и беспринципно убивающие людей.

— Голливудские сказки, — хмыкнула я, пожав плечами. Впрочем, теперь я начала сомневаться в том, что вампиры всего лишь сказки. Вряд ли это был хорошо поставленный спектакль.

— Типичное мнение скептика, — отозвался из комнаты Андрей, но сразу умолк, передав право голоса Альберту. Я так и не поняла, к чему это было сказано. Но только до поры до времени. Я сделала вид, что прослушала. Лиза хотела ему ответить, но я ее остановила одним жестом. Та недовольно умолкла, всем своим видом показав, что еще возьмет реванш. Альберт вздохнул и начал рассказывать, но с какой-то осторожностью, пытаясь не сказать ничего лишнего:

— Они существуют. Немного не такие, какими их показывают. Воюют с об… людьми — да. Пьют кровь — да. Убивают — да… Некоторые из них глубоко забрались в сферы человеческой деятельности, и добраться до них довольно-таки трудно…

— А по-моему, это полный бред, — пробормотала Лиза. — Вампиры, ведьмы… Пф… я, скорее, поверю в теорию относительности Эйнштейна, чем во все это! — с апломбом заявила она. Впрочем, я была такого же мнения. Одновременно меня не покидало ощущение, что в словах Альберта есть доля правды. Только бы уловить ее… Голова внезапно стала раскалываться на части. Виски пульсировали жуткой болью, как будто оттесняя мое настоящее от прошлого… но от какого прошлого? Вдруг я увидела буквально на несколько секунд картину, как мы с Оксаной, Лизой и еще какими-то парнями стоим на краю обрыва. Только вот выглядели мы старше, лет на 18–20 все. И внешность сильно отличалась от той, что была сейчас, но узнаваемые черты остались. Одежда соответствовала стилю ХХ века, из чего я сделала вывод, что вижу свой образ лет сто назад. На светловолосом красивом парне почему-то была форма работника НКВД. Видение пропало так же внезапно, как и появилось. Оксана (если это была, конечно, она) что-то проговорила на ухо светловолосому парню с татуировкой в виде летящих куда-то листьев, сгорающих в огне, который пытался затушить его, а затем видение пропало. Я крепко зажмурилась, что у меня перед глазами стали расплываться цветные круги, а потом резко их открыла. Голова раскалывалась, словно что-то мешало мне увидеть то, что будет дальше.

— Айва! — я услышала позади себя голос Лизы и подпрыгнула от неожиданности. — С тобой все нормально? — обеспокоенно спросила она, не переставая метаться и на долю секунды. Головокружение от ее действий только усилилось.

— Лиз, не мельтеши! Просто немного голова болит, да и день не задался, — на последних словах голос у меня сорвался. Я не хотела о чем-либо плохом думать, но мысли сами вползали в голову, как вползает дым в комнату, когда что-то подгорает на кухне. Руки немного дрожали. Пытаясь сдержать слезы, я резко встала, что потемнело на мгновенье в глазах, и проговорила, стараясь, чтобы голос звучал уверенней:

— Я ненадолго выйду… — Мне надо было отдышаться. Я вышла на веранду и села за стол, положив на стол руки. Дождь заглушал мой тихий плач и смутные воспоминания. Почему мне показалась история дяди Оксаны правдой? И более того, мне казалось, что я сама знаю гораздо больше, но только память молчит, как после амнезии. Сделав глубокий вдох, я попыталась успокоиться, но от этого становилось только хуже. Тихие шаги прервали мои размышления, и я обернулась. Это была Лиза.

— Эйвери, что с тобой произошло? — Я кинула на Лизу немного оценивающий взгляд. Сейчас она была тихой, потому что чувствовала себя разбитой. В глазах ее играло беспокойство и грусть. Да, она была язвой, да, она могла поставить на место кого угодно, но если знать ее хорошо, то она бросится за друзей в огонь и в виду. А иногда мне казалось, что она даже умрет за того, то ей дорог.

— Я не знаю, как объяснить… — туманно произнесла я, тайком утирая слезы. Вот где я была рада, что у меня не остаются потом как обличающий признак красные глаза! — Знаешь, мне кажется, что… эта история с вампирами… она правдива, что ли… — пробормотала я. Лиза задумалась, плюхнувшись рядом со мной на стул. — И… я переживаю за Оксану… Очень сильно, — Голос предательски дрогнул. Лиза положила мне руку на плечо и уверенно произнесла: