Метла и посох (СИ) - Никанорова Наталья

Шквал оглушительных аплодисментов был им наградой. Гномы ревели и топали, выражая своё восхищение.

Баба-Яга довольно улыбнулась и подмигнула Сирину.

Регент вышел на сцену и поклонился гостям.

— Воистину, ваше искусство славно не меньше. Будьте гостями народа подгорного. По обычаям нашим, если вы в бане нашей омылись и хлеба вкусили, станете братьями нашими.

— Благодарим за честь, — ответила Баба-Яга. — Мы рады, что вы оценили наши скромные таланты. Почтём за счастье познакомиться поближе с народом гномов.

Глава 17. Сначала были… гномы?

При слове «баня» чаще всего представляется небольшой уютный деревянный домик с парилкой, большими чанами для воды, каменкой. А ещё приятным бонусом к нему идёт небольшое озерцо или бассейн, чтобы остудить распаренное тело и снова бежать в целительное тепло.

Гномы сопроводили своих гостей в просторный зал. Приветливые банщики подали им лёгкие сандалии из кожи.

— Эхм, — Рина нервно провела рукой по подолу платья и, взглянув сначала на парней, умоляюще посмотрела на Ульяну Фёдоровну.

Сирин фыркнул, напоминая о своей недавно открывшейся способности к общению.

Когда взгляды студентов сфокусировались на нём пояснил:

— Гномы — гимнофилы, не бойтесь.

— Разумеется, у подгорного народа глубоко развит культ красоты тела, — подтвердила завкафедрой, — Но думаю, всё же, что для гостей у них предусмотрены раздельные раздевалки и парилки.

Она посмотрела на одного из банщиков.

— Разумеется, госпожа, — улыбнулся тот.

Ядвига Густавовна угадала, рядом с раздевалками, которые делились на мужские и женские, было просторное помещение, где можно было позаниматься зарядкой, аэробикой и даже потанцевать. К тому же, учитывая менталитет гостей, гномы обрядили девушек в пеплосы, а мужчин, за исключением Сирина, в тоги. Оттуда гости прошли в соседний зал с прямоугольным бассейном, разделённым стенкой из полупрозрачного минерала на две половины. Стены здесь были украшены резьбой, воспроизводящей сцены из истории гномов. Одна из них привлекла внимание Павла. На ней была изображена делегация гномов. Её приветствовал человек в скафандре. Человек ли? Судя по вытянутым ушам, искусно вырезанными неизвестным мастером, этот персонаж смахивал больше на эльфа. Рядом с ним стоял какой-то монах. Сделав себе зарубку в памяти, что к этому моменту нужно вернуться, юноша с охотой присоединился к играм в бассейне, которые затеяли Виталий и Сирин. Подождав, пока гости наплаваются и наныряются, банщики провели их в следующий зал. Он был гораздо больше предыдущего. Массивный свод поддерживали колонны, а над водой из круглого бассейна, также разделённым посредине, поднимался лёгкий парок. Через полчаса банщики предложили гостям сделать лёгкий массаж, что было принято ими с удовольствием. Предупредительные гномы снова предложили им пройти в разные помещения.

Прежде, чем они улеглись на мраморные скамьи, банщики споро окатили их родниковой водой. Затем приступили к священнодействию. Расслабившихся артистов со знанием дела мяли, поглаживали, умащали ароматными маслами.

Даже Сирин улёгся на прохладную мраморную скамью, и с удовольствием мурчал, пока его вычёсывала очаровательная гномка. Если бы не рост, её с лёгкостью можно было бы принять за человеческую женщину, как, впрочем, и остальных представительниц прекрасного пола подгорного народа.

Отдохнув после массажа несколько минут, ощущая себя почти что бесплотными духами, с блаженными улыбками на лицах артисты перешли в следующий зал. Там их ждал сухой жар, спасение от него они нашли в бассейне с прохладной водой, располагавшемся по центру.

После бани их провели в широкий зал, украшенный по периметру разноцветными светильниками. Посередине стояли столы с явствами, за которыми сидели гномы и гномки в туниках. Как только гости вошли, гномы поднялись и под сводами зала зазвучал торжественный гимн.

Сирин приосанился, спрыгнул с рук Бабы-Яги, взметнув хвост, и медленно пошёл во главе процессии.

Разноцветные глаза его спутницы поблёскивали. Изумлённый вид был у Ульяны Фёдоровны, явно не ожидавшей подобного. Ну и студенты не отрывались от коллектива, смотря на всё с открытым ртом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Гимн отзвучал и процессия наконец-то подошла к столу.

— Благодарим вас, уважаемые гномы, — прочувствованно сказала Баба-Яга, — за столь высокую оценку наших талантов. — Для нас огромная честь стать побратимами горного народа.

Гномы зашумели, в смысле, что это большая честь для них принимать у себя подобных актёров. Затем все расселись и воздали должное еде. Справа, рядом с Виталиком и Павлом, сидели гномы-близнецы, плечистые, коренастые в белоснежных туниках. Слева — Рина и Софочка. Преподаватели предпочли соседний стол, и, судя по всему, были увлечены беседой с регентом и его друзьями. Но это и к лучшему, потому что некоторые юные гномки не сводили с юношей глаз. Хихикая и подталкивая друг друга, они восторженно оценивали их наряды на сцене и сравнивали, как парни выглядели сейчас.

— Вот балаболки, — нахмурился на них один из близнецов. — А ну, тихо! Больше обсудить нечего, кроме тряпок?

— Литий, мы приличные девушки, — заметила смуглолицая гномка в голубой тунике. — В обществе мы обсуждаем только наряды.

— Вот же… — покраснел Литий и шлёпнул по столу ручищей.

— Ты что, Чандру не знаешь? — весело спросил его брат и, подняв кружку с пивом, подмигнул юной озорнице.

Софочка спрятала усмешку, подняв кубок с вином. А Рина срочно уставилась в тарелку, будто изучая предложенные явства. Только вот плечи её при этом мелко подрагивали.

— Меня Лот зовут, — представился он.

— Виталий.

— Павел, а это наши спутницы София и Рина.

— Не обращайте внимания на этих балаболок, — махнул рукой в сторону гномок Литий.

Чандра отчётливо хмыкнула.

— Что поделать? — развёл руками, повернувшись к ней Виталик.

— У каждого народа свои традиции. Вы обсуждаете наряды мужчин в обществе, а мы предпочитаем разбирать туалеты дам, гхм… кулуарно.

— Удовольствия больше, — поддержал Павел. И попросил:

— Лот, передай мне грудинку, пожалуйста.

Чандра покраснела и уткнулась в тарелку.

Лот показал Виталику большой палец, передавая требуемое блюдо.

— Знаете, ваши бани просто чудо какое-то, — начала Софочка. — Я себе их представляла немного по-другому. Более камерными, что ли. А здесь настоящие римские термы!

— Ну а откуда, по-твоему, римляне о них узнали, — пожал плечами Литий.

— Моя двести раз пра бабка, продемонстрировала их как-то Ромулу и Рему, — небрежно сказала Чандра.

— Смею сказать, они их оценили.

— Не то слово, — пробормотала Софочка.

— Я их понимаю, это ж просто чудо, — добавила она громче.

— А мы-то чем удостоились их лицезреть? — полюбопытствовала Рина. — Вроде ничего особенного мы не показывали, обычное выступление.

Литий рассмеялся. Это прозвучало так, будто он услышал лепет маленького ребёнка. Даже Чандра и её подруги заулыбались.

— Что смешного? — нахмурился Павел.

— Прости, всё никак не привыкнем, что вы из верхнего мира и почти ничего о нас не помните. — Это для вас ваше выступление обычное. А здесь под горой увидеть что-либо современное… — гном покрутил головой.

— Если бы вы знали, как нам всем надоела эта античность, — со вздохом сказала гномка в жёлтой тунике, сидящая около Чандры.

— Кассия права, — неожиданно серьёзно сказал Лот.

— Надоела уже эта замшелая старина, сил нет.

— Не понимаю, — сделала удивлённое лицо Софочка, — кто вам мешает поставить что-то современное, особенно, если все этого хотят?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Литий поморщился.

— Не кто, а что, — веско сказал он.

И, зажав в руке двузубую серебряную вилку, начал сосредоточенно ковырять стол.

Чандра поднесла к губам кубок, сделав вид, что ей очень понравилось вино. Её подружки заинтересовались стоящими на столе блюдами.

Лот угрюмо нахмурился.