Феникс - Анастасия Ястребцова

К слову, примерно в этот период Яра поняла, как провоцировать Наю драться в полную силу. Теперь вместо мыши она просто использовала парней, с которыми та всегда занималась. Возможно, только благодаря этому Ная и научилась в конце концов нормально сражаться.

— Почему ты всегда тренируешься с парнями? — спросила однажды Яра.

— Не всегда, — возразила с улыбкой Ная, — я ещё тренируюсь с тобой.

— Тебе семнадцать, а ты всё никак не найдёшь себе нормальное общество! Ни на одном празднике не садишься за столы к женщинам; в учебных залах тебя не увидишь с достойной соперницей, кроме меня, разумеется; я ни разу не слышала, чтобы ты с кем-то кроме меня обсуждала тактику командования. Как ты собираешься дальше продвигаться, если в твоём окружении нет женщин? — настаивала Яра.

— Мне с ними не интересно, — Ная пожала плечами.

— А с парнями интересно? — скептически подняла бровь Яра.

— Да.

— Клянусь, ты их любишь, как свою проклятую летучую мышь тогда! А я тебе говорила: «давай новую поймаю», и ничего бы этого не было! — застонала Яра, завалившись рядом с Наей на шкуру на полу её комнаты.

— Больше.

— Что больше?

— Парней я люблю больше, чем летучих мышей, — хохотнула Ная.

— Как ты собираешься отрядом управлять с таким отношением? — скривилась Яра.

— Так и собираюсь: я буду их Матерью, а они — моим Домом, — будто таинственное пророчество произнесла Ная.

— Ты как всегда — дурацкие мечты, — хмыкнула Яра.

— Я люблю мечтать.

— И вечно за это получаешь.

— Ну и что?

— Дура!

— Может быть, — рассмеялась Ная, — увидим!

И вот теперь Яра сидела и смотрела на этот Недодом, чья Недомать сейчас пыталась покончить жизнь самоубийством через воспламенение изнутри. Правда, Яра была вынуждена признать, что Недодому без своей Недоматери было явно погано, прям как настоящему.

К воплощенным детским фантазиям Наи предводительница, пожалуй, могла бы отнести только то, что по приказу жриц одного мужчину она якобы вопреки всем правилам в храм Хаоса всё-таки протащила, правда, цена и результат были явно не очень, и Нае не понравились.

Ну, и ещё сам Ариен — настолько преданный, что аж противно было.

Яра фыркнула. Всё-таки Ная была дурой. Но переживала за неё Яра от этого не меньше.

Женщина мысленно дала Нае полгода, которые она, так и быть, потаскала бы её отряд за собой. Если бы за это время она не объявилась, Яра собиралась нанять профессиональный отряд и отправить его в Ущелье Фениксов искать труп. Сама она рисковать не хотела, но пока не была бы уверена, что Ная мертва, она бы не успокоилась и заявлять в Управление отрядами о том, что Ная погибла и отряд остался без предводительницы тоже не стала бы.

Сейчас у Яры всё ещё была надежда, что Ная вернётся, и ей не хотелось разрушать то, что она создала. Женщина помнила, как Ная хотела, чтобы её отряд был именно таким. Сама Яра ценила совершенно другое, но она бы не стала переучивать мужчин, которые ей не принадлежали. Пока она не была уверена, что их предводительницы больше нет, она не собиралась лезть в их жизни больше, чем того требовала ситуация.

Яра забирала оставшуюся в Таэмране часть сброда Наи в тоннели, чтобы они не привлекали к себе внимание в городе. Ведь они все ещё должны были выполнять задания — у них впереди было ещё девять лет в десятилетнем отряде.

Но что было странно, так это то, что пока отсутствием Наи никто не заинтересовался. Яра предполагала, что об этом позаботилась Мать Лияр — объяснить это как-то иначе предводительница не могла.

За мужчин она отчитывалась в Управлении сама. Женщина понимала, что рисковала, особенно вписывая в списки Эмиэля, но Наю явно защищал кто-то ещё, и этот кто-то обладал значительно большей властью, чем Яра, поэтому она надеялась, что и к отряду Наи интереса тоже не будет. Эмиэля же она сама отправила одного в тоннели, и он рисковал явно больше неё, так что предводительница считала своим долгом по крайней мере прикрыть его, чтобы не возникало вопросов об его отсутствии.

На заданиях она наблюдала за мужчинами Наи как за диковинными животными и не отказывала себе в удовольствии ставить над ними эксперименты. Ей было интересно, чего Нае удалось добиться, и как её отряд вел бы себя дальше. Любой другой бы уже сам заявил в Управление, что их предводительница сбежала и бросила их, а эти мало того, что когтями весь город перерыли, так ещё и молчали, как черви, а Эмиэль так вообще бросился в одиночку в тоннели. Любопытство Яры перевешивало даже её недовольство из-за того, что ей теперь приходилось следить за слишком большим отрядом.

Поначалу от лица мужчин Наи с предводительницей пытался говорить Асин, но женщина не воспринимал его всерьёз, поэтому роль негласного лидера очень быстро перешла к Шиину — его Яра посчитала самым полезным и адекватным.

Откровенно говоря, женщина просто не представляла, как Ная умудрялась выполнять задания с таким отрядом, и особенно не понимала, как она не померла с ними в Ущелье Фениксов. С точки зрения Яры, отряд Наи представлял собой Эмиэля и набор относительно бесполезных навыков. Шиин, правда, её приятно удивил. Асин мог бы быть полезен, если бы не его характер — это всё портило, и Яре иногда хотелось его просто оставить в городе, но она честно держалась из уважения к Нае и терпела его. Благо, поняв, что разговаривать с ним она всё равно не собиралась, мужчина, тоже старался держаться от Яры подальше, беспрекословно передав все обязанности голоса отряда Шиину. Магию свою он тоже благоразумно держал при себе. Конечно, при поиске магия сознания могла бы быть бесценна, но это при условии, что магу можно было доверять, а Яра ни на секунду Асину не верила. Если этот мужчина и был с кем-то честен, то, возможно, только с Наей и своим отрядом, но точно не с ней. Желания сближаться, чтобы это как-то изменить, не было ни у одного из них.

Мужчины Наи в основном держали