Я не один такой один - Лилия Ким

Я умолял ее о прощении, хотя не мог понять, в чем именно состоит моя вина. В том, что она забеременела? Да, в этом я определенно виноват. Надо было это спланировать, конечно… Но что я мог сделать? Не спать с ней?

А потом она произнесла эту фразу. Пожалуй, с этого момента в наших отношениях появилась маленькая, едва заметная трещинка, которая спустя годы превратилась в пропасть, которую уже нельзя преодолеть.

— Все вы, мужики, такие! Только о себе думаете, а про нас так, постольку-поскольку. Чтобы было удобно!

Лариса уволилась с работы через неделю и начала готовиться к свадьбе.

— Надо успеть, пока меня не разнесло, — сказала она.

Livejournal

Одуванчик

17.12.05

Что-то изменилось между нами в последние недели. Я все чаще молчу. Чаще ловлю себя на мысли, что не могу находиться с тобой в одной комнате. Ты такой трогательный. Ты торопишься подсунуть подушку мне под ноги, ты стараешься перемыть все тарелки после ужина раньше, чем я успею допить свой чай. Ты хочешь быть мне полезным, необходимым каждую секунду. Ты так заботишься обо мне и нашем будущем малыше. Но как же объяснить тебе, что своей заботой ты душишь то, что было мне так ценно и дорого? Чем я гордилась и мечтала сохранить больше всего — мою самодостаточность. Ты обижаешься, когда я среди ночи встаю и ухожу спать в другую комнату. Ты обижаешься, когда я вдруг отказываюсь есть то, что ты приготовил. Ты обижаешься, что я не хочу твоих подарков. Ты обижаешься, что мне неинтересны твои друзья и родные. Но как же ты не можешь понять — я жила без всего этого. Это мне не нужно! Мне нужна я сама, целостная, самостоятельная, независимая. Пусть за это даже придется заплатить одиночеством. Но я хочу остаться собой и не желаю становиться частью тебя! Как же тебе все это объяснить? Как же донести до тебя, что не все женщины мечтают быть замужем? Мне не нужны забота и защита. Мне нужна свобода.

Она занялась подготовкой к свадьбе. По правде говоря, я был даже рад, что она меня не привлекает. Неважно, по какой причине.

— У тебя нет вкуса, так что чем меньше ты будешь вмешиваться, тем лучше, — сказала она.

Я согласился. Я вообще стал во всем с ней соглашаться. Мне тогда казалось, что моя Лариса, беременная нашим ребенком, превратилась в некое требовательное божество, которое ни в коем случае нельзя прогневать или доставить ему какое-то неудовольствие.

Кроме того, свадьба требовала больших расходов, и предстоящее рождение малыша тоже.

Я стал думать, как увеличить наши доходы. Стал искать другую работу с долей в фирме. Это поглотило все мои силы и время. В моей жизни появилось нечто, способное тягаться по важности с Ларисой, — потребность крепко встать на ноги. Ни о чем другом я думать не мог. Но в конечном счете все это было для нее. Ведь если бы не наша будущая семья, я, возможно, и не стал бы дергаться. У меня было очень хорошее место, со стабильным доходом и неплохими перспективами лет через пять стать директором нового салона. Но я не мог ждать пять лет.

Форум «Невесты. Ру»

Тема: «Я уже ненавижу своего будущего мужа!»

Мамзель:

Доброй ночи! Пишу, потому что у меня сдают нервы! Пишу потому, что хочу уже отменить нашу свадьбу и никогда больше не видеть своего жениха! Пишу потому, что меня достало все делать одной! Такое впечатление, что все это надо только мне! Неужели нельзя просто сказать, что ему нравится? Как меня достала эта тупая отмазка: «Мне нравится все, что нравится тебе». То есть — ему вообще все равно! Я ему рассказываю, что была в трех ресторанах, делюсь впечатлениями. Что все три мне чем-то не понравились, надо искать еще. Хотя бы посочувствовал! Нет, слушает, кивает! Знаете, такой типичный мужской кивок, когда он тебя вообще не видит и не слышит, думает о чем-то своем, а ты как попугай распинаешься, будто сам с собой беседу ведешь! Сегодня я ему уже сказала, что если он передумал жениться, то лучше сказать об этом сейчас. Так он такие глаза на меня выкатил, что можно было подумать, я ему про нашествие марсиан! Заохал, стал оправдываться, что он правда думает, что у меня все лучше получится, что ему главное, чтобы мне было хорошо и так далее! А меня просто трясет от этой долбаной мужской привычки разговаривать с женщинами с позиции — все равно нельзя понять, что ей надо, поэтому любыми средствами успокоить, только бы не орала, и можно дальше заниматься своими делами! И это только начало! Представить себе не могу, что будет после свадьбы. Он вообще перестанет меня замечать?!

Firefox:

По-моему, тебе стоит взять паузу и немного прийти в себя. Ты себя накручиваешь. У меня перед свадьбой тоже было такое чувство, что это надо только мне. Наверное, это у всех так. У кого-то больше, у кого-то меньше. Мне вообще большого труда стоило отстоять нашу свадьбу. Муж хотел просто расписаться. У него все друзья так поступали. Но я с детства мечтала о большой, пышной свадьбе, белом платье и шла к своей мечте несмотря ни на что. Хотя муж прямо говорил, что это только мне надо. Но я решила устроить себе праздник и сделала все по высшему классу. Было 120 гостей, лимузин, номер-«люкс», свадебное путешествие. Теперь благодаря мне нам есть что вспомнить. Так что сил тебе, терпения и удачи.

Imaged:

О вкусах, конечно, не спорят, но лично мне все эти платья и банкеты с тамадой кажутся ужасной пошлостью. Я, наоборот, хотела, чтобы все было тихо и скромно. Сразу после регистрации уехать куда-нибудь, чтобы побыть действительно вдвоем. Так нет же! Семья мужа даже не рассматривала такой вариант, что свадьбы может не быть. Нарядили меня а-ля баба на чайнике и вперед. По полной программе. Как вспомню — дрожь берет! Два дня пьяного застолья с танцами и «Горько!» Ужас.

Коала:

А мне от свадьбы пришлось отказаться, потому что будущим мамам нежелательно посещать такие мероприятия. Не покурить, не выпить. От всего мутит. Половину продуктов употреблять нежелательно. Половой покой опять же до двенадцати недель. Так что осталась я без свадьбы… Хнык!

«Ну что ж… Я не волнуюсь за тебя. Не получится открыть свой бизнес, вернешься к работе по найму. Ты хороший менеджер».

Если думаете, что я не замечал стервозности в характере Ларисы — ошибаетесь. Замечал. Но считал, что именно я и есть тот самый мужчина, что может сделать ее счастливой.

«Мне нравятся наши отношения, потому что ты не пытаешься подавлять мое женское начало и принимаешь такой, какая я есть. Если бы не это, меня бы тут уже не было».

Я верил, что моей любви хватит, чтобы умиротворить ее. Каждый раз, когда она при мне говорила какой-нибудь подруге: «Я бы никогда не позволила так с собой обращаться. Лучше быть одной, чем терпеть постоянные унижения», я чувствовал себя героем. Этого не объяснить словами. Но я был счастлив преодолевать трудности наших отношений, связанные с ее характером.

«Он не говорил, чтобы я бросила работу. Он только намекнул, что был бы счастлив, если бы у его жены не было необходимости работать. Больше мы не встречались. Я слишком ценю свою личную, внутреннюю свободу».

А я радовался, что все еще здесь. Что оказался сильнее, терпеливее и ответственнее всех мужчин, что были в жизни Ларисы. Что она — такая гордая, болезненно гордая, нервная, тонкая, красивая — до сих пор рядом со мной и иногда говорит, что любит.

Это я уже помню плохо, потому что долго старался забыть. Лариса родила. Я пробыл с ней и малышом весь день, после чего поехал к своим родителям рассказать, как прошли роды, переночевать у них, а утром отвезти посмотреть на внука.

«Я не хочу, чтобы ты присутствовал на родах. После этого ты уже не сможешь восхищаться мной как женщиной. Есть вещи, которые женщина должна пережить одна. Я хочу остаться для тебя принцессой. Мужчины уже не могут желать своих жен, после того как увидят, как те корчатся от боли в родильном кресле. Я не хочу рисковать. Я хочу избавить тебя от этого».

Среди ночи позвонила Лариса и начала кричать.

Она кричала, что мне все равно и я никогда не смогу понять, что она пережила. Что я должен быть не где-то, а с ней, и ей странно, что это приходится объяснять. Да, возможно, это действительно так.

«Мне больно! У меня все болит! Я сидеть не могу! Из меня кровь хлещет! А ты там где-то бухаешь, вместо того чтобы быть со мной! Как же я тебя ненавижу!»

Я собрался и поехал к ней, хотя представления не имел, что буду говорить, делать и пустят ли меня к ней среди ночи.

Но когда я приехал, меня уже ждали. Лариса лежала в отдельной палате. Еще в коридоре я почувствовал сильнейший запах валерьянки. Врач посмотрела на меня как-то странно. Не то с раздражением, не то с сочувствием.

— Мы поставим вам дополнительную кровать, — сказала она.