Великолепный - Джейн Уилсон

— Все в порядке, дорогая? — Келси поцеловал ее в ледяную щеку.

— Да, милый. Сядь, пожалуйста. — Она дрожащей рукой похлопала по софе.

Он сел. Явно что-то случилось. Келси слишком хорошо знал Анну Бет. Ведь не зря же она вызвала их с Марселлой к себе в номер.

Анна Бет взглянула на Деймона, и тот ободряюще улыбнулся. Черт возьми, что здесь происходит?

— Вы довольны своим визитом, Анна Бет? — спросила Марси, чтобы прервать напряженное молчание.

— Да, очень. Город мне понравился. Думаю, я буду счастлива здесь.

— Ты собираешься пока остаться в Новом Орлеане? — удивился Келси.

— Да, милый. Деймон сделал мне предложение.

«Хорошо, что я сижу, — подумал Келси, — а то бы упал».

— И ты согласилась?

— Еще нет. Сначала мне хотелось получить твое благословение.

Час от часу не легче.

— Тебе мое разрешение не требуется. Я хочу, чтобы ты была счастлива. И даже куплю себе новый костюм.

Анна Бет слегка улыбнулась, но в ее глазах застыла тревога.

— Все не так просто.

— А в чем проблема?

— Деймон — твой дедушка.

Глава 8

Келси видел, как движутся ее губы, слышал ее слова и не мог понять.

— Ты сказала, что Дельмонико — мой дед, я не ошибся? — наконец выдавил он, переведя взгляд на высокого человека, гордо стоявшего рядом с Анной Бет. — Должно быть, ты шутишь. Большей нелепости я в жизни не слышал.

— Келси, ты мой внук, — дрожащим от волнения голосом произнес Деймон. — Твой отец приходился мне сыном.

Келси взглянул на Марселлу, как бы ища подтверждения. Она казалась не менее потрясенной.

— Но папа говорил мне, что его отец умер во время войны.

— Я все придумала. — Анна Бет вытерла слезы. — Простейший способ незамужней женщины объяснить неприятное положение.

— Как такое могло случиться?

— Мы встретились, когда я проводил лето в нашем семейном коттедже, а Анна Бет приехала из монастырской школы на каникулы, — объяснил Деймон. — Я увидел ее на карусели. Не могу забыть, как она была хороша с длинными развевающимися волосами и радостным смехом. Я в нее влюбился с первого взгляда. Мы все свободное время проводили вместе и к концу лета собирались пожениться.

— И что же вам помешало? — с трудом выговорил Келси, проглотив комок в горле.

— Анне Бет исполнилось тогда только шестнадцать, и мы решили пока не говорить ее отцу. Я не очень ему нравился, а она не нравилась моей семье. Мы собирались пожениться, как только ей исполнится восемнадцать.

Анна Бет взглянула на Деймона и продолжила его рассказ:

— Когда наступил сентябрь, Деймон уехал в Гарвард. Папа тем временем продал свой парк, решив навестить семью в Ирландии. Тогда в Европе уже шла война, и ему хотелось в последний раз увидеть родину. Я писала Деймону, но мои письма вернулись нераспечатанными. А на пароходе через Атлантику я поняла, что беременна.

— Вы бросили ее? — с возмущением спросил Келси.

— Я не знал. Все письма, которые я писал в ее школу, мне отсылали назад с запиской от монастырских сестер, что Анна Бет к сроку не приехала. Я пытался ее разыскать, но никто не знал, куда уехала ее семья. Позже мне стало известно, что моя мать вернула Анне Бет ее письма.

— И вы никогда больше не встречались? — спросила Марси.

— Я осталась в Ирландии, чтобы родить там. Папа всем сказал, что мой муж убит, и родственники без вопросов приняли меня с ребенком. После войны мы вернулись в Штаты, я поехала в Новый Орлеан, чтобы найти Деймона, но он к тому времени женился. Сыну я сказала, что его отец погиб на войне героем.

Келси запустил руки в волосы.

— Значит, вся моя жизнь — ложь? И папина тоже. Почему ты не потребовала от Дельмонико взять ответственность на себя?

Анна Бет расправила плечи и гордо вскинула подбородок:

— Келси, я сделала то, что сочла наилучшим. В те времена незамужняя мать считалась изгоем общества. Я создала нормальную жизнь для твоего отца, а потом и для тебя.

— Я очень сожалею, Келси, что не знал ни вашего отца, ни вас, — твердо проговорил Деймон. — Но все может измениться. Когда Анна Бет выйдет за меня, у нас будет семья. Конечно, потерянные годы не вернешь, но по крайней мере у нас есть будущее.

Не в силах усидеть на месте, Келси метался по комнате.

— Не слишком ли поздно для свадьбы? Вам обоим нужно было подумать о ней лет пятьдесят назад.

Поднявшись, Деймон взглянул в лицо внуку. Теперь Келси знал, откуда у него высокий рост и зеленые глаза.

— Мы стали жертвами обстоятельств. Если бы Анна Бет не уехала, я бы женился на ней и меня бы не остановили ничьи возражения. Я любил твою бабушку тогда, люблю и сейчас.

— Давно вы узнали?

— Я рассказала ему сегодня, — ответила Анна Бет. — Я не могла принять его предложение, скрыв правду от вас обоих. Мы хотим твоего благословения.

— Моего благословения? — Келси чувствовал себя обманутым и преданным.

Он быстро подошел к бару, наполнил стакан. Виски только обожгло ему горло, но боль в сердце умерить не смогло.

— Можете его получить. Только не ждите меня на церемонии.

Он выскочил из номера и ринулся по коридору к лифтам. «Марселла», — подумал он, нажимая кнопку вызова. В своем горе он совершенно забыл про нее. Она поймет, а Дельмонико позаботится, чтобы ее отвезли домой. Он должен побыть один, подумать. Где этот чертов лифт? Открыв дверь на лестницу, Келси побежал вниз.

Все произошло так быстро и неожиданно, что на несколько долгих секунд Марси приросла к стулу. Из оцепенения ее вывела Анна Бет, легонько тронув за руку.

— Догони его, Марси. Ты ему нужна.

Возле фургона они с Келси оказались одновременно.

— Келси, подожди! — закричала она и схватила его за руку.

— Чего ты хочешь?

Пораженная его грубостью, она сказала первое, что пришло ей в голову:

— Разве ты не отвезешь меня домой?

Он заколебался, но вежливость победила.

— Садись.

— Келси, успокойся, не все так плохо, — погладила Марси его руку.

— Конечно, — сказал он, выезжая со стоянки. — Почему я должен нервничать?

— Ты выбежал так, словно за тобой гнались духи, предвещающие смерть.

— Марселла, не забивай себе голову.

— Как ты мог проявить такое неуважение к своей бабушке? Ты ужасно ее обидел.

— А чего она ждала, лгав мне всю жизнь? — спросил он, искоса взглянув на нее. — Она решила, что я тут же буду называть «дедушкой» человека, с которым знаком всего пару недель? Прости, слишком поздно.

Боль в его голосе разрывала Марси сердце. Но она не могла винить старую женщину.