На волнах любви - Люси Мими

Аарон сочувственно улыбается мне и следует за ней. Джуниор подходит и нахмурившись смотрит на Хайдена:

– А ты, приятель?

– Да, чеши обратно в кровать, – говорит он спокойно.

– Э… ладно. Надеюсь, вы с Джойс сможете прийти на сегодняшний концерт, мы так долго его ждали, – с беспокойством добавляет он.

– Да, Джуниор! Еще бы она не упрямилась, как ослица… Не волнуйся, мы приедем.

Джуниор поворачивается ко мне:

– В баре за городом играют альтернативный рок, не хочешь с нами?

– Нет, но спасибо за приглашение.

Одарив Джуниора кривоватой улыбкой, я закрываю дверь. Хайден развалился на диване, обхватив голову руками. Окей, и что мне делать? У меня нет инструкции к «сердитому близнецу». Вместо того чтобы сидеть как дура в гостиной, я решаю сделать второй капучино. Оставляю Хайдена одного. Мне хочется узнать, все ли у него в порядке, но не хочу, чтобы он что-то обо мне подумал.

Достаю еще одну чашку и ставлю чайник. Хайден все так же лежит на диване.

– Хочешь кофе?

Нет ответа. Полная тишина. Я все равно готовлю для него и ставлю чашку на стойку. Наконец он поднимается и, пройдя через гостиную, садится на табурет напротив меня.

– Зачем ты это делаешь? – сухо спрашивает он.

Я смотрю к себе в кружку. От горячего кофе поднимается пар.

– Так поступают нормальные люди, когда кто-то приходит в гости. Если ты не знал.

Хочу забрать его чашку, но он опережает меня.

– У тебя нет виски?

От удивления у меня отвисает челюсть.

– Сейчас только половина девятого! – восклицаю потрясенно.

Он поднимает руки:

– Да шучу я! Расслабься.

У него такое серьезное лицо, что не поймешь, шутит ли он. Но, кажется, он успокаивается. Теперь можно спросить.

– Не расскажешь, отчего шум?

– Не могу! – восклицает он в ярости.

– Почему?

– Ты задаешь слишком много вопросов и уже много знаешь. Я не могу! Хорош, мать твою, не донимай, Уилт!

Его минутная слабость прошла.

– Окей, но можно обойтись без криков, ладно? – говорю ему, схватившись за голову.

Я сдаюсь, но мы к этому еще вернемся. Я докопаюсь до сути. Он молчит и пьет кофе. Мне приходит сообщение от Итана. Слава тебе, господи! Тишина уже становилась тягостной. «Скоро Ночь масок! Я слышал об одной вечеринке, но, чтобы попасть на нее, нужно привести с собой кого-нибудь с последних курсов. Не попросишь Джойс пойти с нами?»

Празднование Хеллоуина – это не обычная студенческая вечеринка. Пишу, что с удовольствием пойду. Что касается Джойс, не сомневаюсь, что она захочет составить нам компанию. Хотя немного грустно: первый Хеллоуин вдали от дома, от лучшей подруги.

– У тебя есть какие-нибудь планы на сегодня? – вдруг спрашивает Хайден.

Он обращается ко мне? Кладу телефон на столик.

– Э… Да, мне нужно заниматься.

– Окей, забудь. Идешь со мной?

Ущипните меня! Я сплю?

– Мне еще надо повторить… А куда?

– Увидишь, это сюрприз.

– О… Чем я обязана такой чести?

– Ты задаешь слишком много вопросов, это скучно, забудь.

Хайден допивает кофе, ставит чашку на барную стойку и встает.

– Подожди, – останавливаю его, когда он идет к двери. – Окей, я с тобой, у меня есть время на душ?

Почему я это делаю? Пропусти мимо ушей, и все. Он же чокнутый. Вдруг это одна из его дурацких игр? Но я хочу рискнуть: что, если у нас все-таки получится стать друзьями? Уверена, что в глубине души он хороший парень.

– Да, гони и причешись, не хочу, чтобы подумали, будто я подцепил какую-то бродяжку, – говорит он.

Пффф.

– Свое тряпье видел?

Не могу удержаться, но, возможно, я переборщила. Он вскидывает бровь:

– Ты из тех, кто судит по обертке? Кроме нее, ничего не видишь?

– Нет, это как раз про тебя. Ты ко мне предвзят и не хочешь узнать получше.

Он бросает на меня косой взгляд и усмехается:

– Иди уже, собирайся.

Этот парень меня бесит.

* * *

Пять минут, и я готова. Сандалии или конверсы? Словно прочитав мои мысли, Хайден решает за меня:

– Надень кеды, там грязно.

Окей, звучит заманчиво. Надеваю старые черные конверсы. Взглянув на мои кеды, он ухмыляется. Его выглядят как новые.

Спустившись вниз, замечаю, что его мотоцикла там нет. Должно быть, он загнал его внутрь, редко он стоит у входа. Мы идем к машине. По крайней мере, я могу быть спокойна, что не «грохнусь», как красноречиво выразился Хайден, когда бросил мне вызов покататься с ним. В салоне приятно пахнет кожей и клубникой.

Устроившись на сиденье, пристегиваюсь, когда загорается дисплей на приборной панели. Появляется надпись «Додж-Чарджер». Подстаканник набит конфетами и жвачкой. Хайден обожает клубнику, это точно. Наверное, поэтому ему понравились пончики, которые я приготовила. У моих ног лежат пульт и пропуск – протягиваю их ему.

– Это пропуск на работу твоего отца? – любопытствую я.

Хайден берет все и бросает в кармашек на дверце.

– Нет. Это чтобы попасть домой. К родителям, в Санта-Клару. В их районе стоит шлагбаум.

Вау, вот это откровение! Мы едем по кампусу, машина приятно гудит, все взгляды прикованы к нам. Студенты машут руками. Мои щеки раскраснелись, мне стыдно, я не хочу выглядеть как девушка, которую он подцепил этой ночью.

– А ты не боишься, что нас кто-нибудь увидит? Я имею в виду Эмбер или Келли? Или, не знаю, твоих друзей?

Он качает головой:

– Нет, цыпочек у меня тут хватает.

– Конечно, – вздыхаю я.

Хватит думать вслух.

– Хочу показать одно место. Уверен, тебе понравится. Но это не значит, что мы друзья. Ясно? – предупреждает он.

– Так зачем взял с собой?

– Затем, что собирался туда, а ты оказалась рядом, и я подумал, почему нет. Ты слишком скучная, мы не подружимся.

– Очень надо. – Он улыбается.

Мы едем молча. Смотрю в окно на Силиконовую долину, протянувшуюся в лучах солнца. Молчание затягивается. Это тяжело. Только шум мотора. Рассудок говорит мне, что эта поездка – глупость. В том немногом, что мне известно о Хайдене, нет ничего хорошего. Чем дольше мы едем, тем больше я поражаюсь себе и тем сильнее нервничаю. Красивые районы сменяются промзоной, по обочинам дороги изредка мелькают пальмы.

– Далеко еще? – спрашиваю я, желудок сводит.

– Часа два. Может, чуть больше.

Да ты шутишь! Боль в животе усиливается. Еще немного, и меня вывернет. Чтобы отвлечься, делаю радио громче. Но Хайден убавляет звук. Наш спорткар въезжает на грунтовку. Прильнув к окну, с опаской разглядываю пейзаж. Только хлипкая ржавая вывеска указывает на то, что мы находимся в Ти Хоаксе. Хайден заглушает двигатель посреди пустыни. Два часа. Милая шутка! Я не вижу