Врата Бальдура - Мария Трещёва

 – Приветствуем тебя, Силки, – негромко начал он. – Мы принесли…

 – Не пытайся меня запугать, мерзкий головорез! – Громко прервала его актриса. – Сегодня я с друзьями!

 – Драгоценные камни, которые ты просила… – В голосе мужчины чувствовалось недоумение.

 – Ба! Их не возможно переубедить! Убейте их!

 Равена услышала, как Гаррик вскинул арбалет, но никто из её друзей не пошевелился.

 – Стоп! – Крикнула воительница. – Я не буду убивать невиновных. Ты не дала им сказать ни слова. Что ты скрываешь?

 Силки резко обернулась на неё. Благодаря инфразрению, которое полуэльфы получают от своих родителей-эльфов, Равена видела в утреннем полумраке, как краска гнева прилила к лицу актрисы.

 – Тогда я разрываю наш договор, и вы умрёте первыми, – прошипела она.

 Губы Силки зашептали что-то, но Джахейра была слишком близко. Друид ударила в челюсть колдующей концом посоха, и хотя заклинание было дочитано до конца, его направление сбилось. Молния пролетела поверх головы Равены, лишь слегка опалив капюшон. Халид присел и дёрнул напарницу вниз. Позади них была стена, молния отрекошетила от камня и, снова не найдя голову Равены, продолжила путь. Когда полудроу подняла глаза, перед ней лежал обуглившийся труп Силки. Она не успела даже крикнуть.

 – Вот этим магическая молния и опасна, – усмехнулась Джахейра. – Владеющий этим заклинанием должен знать одно очень важное правило: «Никогда не используй молнию в узком переулке».

 Друид взвесила посох Силки в руке. Как ни странно, он не пострадал.

 – Магический? – С интересом спросила Имоен.

 – Угу, – ответила Джахейра и бросила рядом с трупом свой изрядно потрескавшийся.

 Где-то сбоку раздалось тихое кашлянье. Три фигуры в плащах не исчезли.

 – Это поможет вам как-то сгладить это недоразумение, – он подбросил Равене маленький мешочек. – Но вы нас не видели.

 – Вы нас тоже, – улыбнулась она.

  – Мы поняли друг друга, – они поклонились и бесшумно исчезли из переулка.

 Мешочек оказался весьма увесистым, в нём были драгоценные камни, как нельзя кстати.

 – А ч-что делать с-с этим? – Раздался голос Халида. Он стоял рядом с насмерть перепуганным Гарриком.

 – Может он сам скажет нам, что с ним сделать? – Имоен размеренно постукивала стрелой по колену.

 Четыре пары глаз устремились на бедного барда, он готов был провалиться под землю.

 – Я… я… я был подвластен этой ведьме… Я… я не мог освободиться. Но теперь, когда я свободен, я могу пойти с вами и помочь вам.

 – Нет, Гаррик, мы не возьмём тебя с собой, – Равена медленно подошла к нему. – Тому, кто один раз обманул, веры нет.

 Гаррик открыл рот, чтобы что-то сказать, но залетевший в переулок ветерок слегка откинул капюшон с лица полудроу, и возражения застряли у барда в глотке. Неуверенный утренний луч осветил светло-эбеновую кожу, серебристую чёлку и слегка заострённые к верху уши. Но, как говорят в народе, у страха глаза велики. Гаррик решил, что верная служанка Лолс пришла забрать его жизнь во имя Паучьей Королевы. Равена нарочно приблизила своё лицо к его лицу. Зубы парня выбивали звонкую дробь.

 – Пошёл прочь, – прошипела девушка.

 Скованный страхом, бард не сразу понял, что его не собираются убивать.

 – Пошёл прочь! – Ещё более гневно повторила Равена.

 Через мгновение Гаррик нёсся со всех ног прочь из Берегоста.

 – Знаешь, твоя внешность может иногда быть полезной, – задумчиво произнесла Джахейра.

 На этом проблемы искателей приключений в это утро не закончились. Как только они переступили порог ближайшей таверны, на них набросился очередной наёмный убийца. Это был дворф, он изрядно выпил, пока дожидался своих жертв, поэтому на ногах стоял неуверенно. Выставив вперёд топор, он ринулся в атаку. Равене вовсе не хотелось драться с пьяным противником. Будто прочитав её мысли, на помощь пришла Имоен: первая стрела вонзилась в пол у ног дворфа, она была всего лишь предупреждением, но тот не заметил её, и вторая прервала его никчёмную жизнь. Сколько же он выпил? Дворфы обычно устойчивы к действию алкоголя любой крепости. В Кэндлкипе в страже состояли несколько бородачей. Когда совершались общие попойки, даже вечный выпивоха Халл падал под скамью, в то время как дворфы сидели, пили и рассуждали почти трезво о несовершенности человеческого общества. На теле обнаружилась записка с аналогичным содержанием, как и у мага в «Дружеской Руке», только цена за голову Равены возросла до трёхсот пятидесяти монет.

 – Я же ничего им не сделала (кто бы это ни был). Почему они повышают плату? – Возмущалась Равена, сидя за барной стойкой в той же таверне.

 Похоже, что потасовки со смертельным исходом были не редкостью здесь. Так как из-за трупа у двери никто не волновался. Лишь многие были недовольны, что у убитого нечего было уже взять. Вскоре пришёл вышибала и без эмоций на лице оттащил куда-то тело.

 – Цена будет повышаться независимо от того, сделаешь ты чего-нибудь против них или нет, – объясняла Джахейра. – Просто тебя не убрали с дороги, а значит ты им всё ещё мешаешься. Они будут поднимать цену, чтобы привлечь более опытных убийц, пока один из них не справится с тобой.

 – Что ж тогда я постараюсь, чтобы, когда это всё-таки случится, эта сумма сделала бы нанимателей моего убийцы нищими.

 Друзья рассмеялись. В этот момент появился бармен. Он был похож на Винтропа: полный, с маленькими глазками, красными щеками и улыбкой от одного уха до другого.

 – Чем могу быть полезным любителям приключений и путешествий?

 – Скажи-ка, любезный, нет ли в этом городе людей, которым нужна помощь таких, как мы, – поинтересовалась Равена.

 Бармен был слишком миролюбивым, чтобы заглядывать под капюшоны путешественникам, поэтому Равена чувствовала себя уверенной.

 – Как же, госпожа! Не человеку, а всему городу требуется помощь! – Всплеснул пухлыми руками человек. – Люди пропадают! Даже дети! А всё из-за этого Басилуса – жреца Цирика! – Услышав имя жреца, Имоен оторвалась от еды и испуганно посмотрела на названую сестру. – Храм Повелителя Зари Латандера объявил, что заплатит пять тысяч за голову этого изверга, – теперь уже все четверо смотрели на бармена.

 – П-пять т-тысяч? – Кое-как проглотив застрявший в горле кусок, прошептал Халид.

 – Этого вполне хватит на хорошую экипировку, – радостно заметила Джахейра.

 – Но у нас нет его головы… – Начала было Равена.

 – Зат-то у н-нас есть его м-молот, – Халид от волнения начал заикаться сильней, чем обычно.

 – Молот у Басилуса был, конечно, особенный, – вставил своё слово бармен. – Но он не был единственным в своём роде, – он уже с большим подозрением смотрел на своих гостей.