Петровский - Федот Бега

Погромщики не были допущены только в рабочие районы — на Чечелевку, Амур и другие, где навстречу бандитам вышли вооруженные рабочие дружины.

Совет рабочих депутатов направил делегацию во главе с Петровским в городскую думу, требуя от имени восьмидесятитысячного рабочего населения, чтобы она заявила решительный протест против бездействия властей и поощрения погромщиков. Совет призвал также рабочих к отказу от уплаты городских сборов и налогов, от выполнения постановлений городской думы и к бойкоту ее гласных, как не представляющих рабочее население города.

В эти кровавые дни трудящиеся Екатеринослава убедились, как необходимы боевые дружины, способные дать отпор и полиции и бандам погромщиков.

После погрома наступило затишье. Октябрьская забастовка прекратилась 26 октября. Но Совет рабочих депутатов продолжал действовать, вооружать рабочие дружины и создавать новые. Ленину удалось вернуться из эмиграции только в ноябре. Поселившись в Финляндии, он сразу же созвал в Таммерфорсе конференцию большевиков, на которой выступил с предложениями об организации вооруженного восстания. Он говорил о необходимости вооружаться, о руководстве восстанием, о тактике уличного боя и т. д. Это выступление Ленина показало, что Петровский и все большевики Екатеринославского Совета рабочих депутатов правильно проводят партийную линию, понимая, что оружие в руках рабочих лучший аргумент в споре с царскими властями, когда они бросают против народа войска.

После баррикадных боев и первого еврейского погрома напуганные либеральные гласные городской думы потребовали от губернатора запрещения всяких митингов, разоружения рабочих и введения в Екатеринославе военного положения. Тогда в ответ на это Совет рабочих депутатов обратился 28 октября к городской думе со встречным требованием: немедленно разоружить полицию, передать охрану порядка в городе дружинам рабочей самообороны, а самой думе сложить полномочия, передав их Совету рабочих депутатов. Хотя меньшевики и были против такого требования к думе, но Петровскому и другим большевикам все же удалось убедить членов Совета и добиться его утверждения.

Эта дерзкая бумага вызвала в думе настоящий переполох. В Петербург полетела депеша с просьбой прислать в Екатеринослав сенатскую ревизию для разбора октябрьских беспорядков. Тогда по предложению большевиков Совет рабочих депутатов постановил осуществить в городе программу-минимум РСДРП и обратился с призывом к пролетариату Екатеринослава бойкотировать городскую думу, предающую интересы революции.

Екатеринославский Совет рабочих депутатов создал профсоюзы на тех предприятиях, где их не было, добился введения на заводах восьмичасового рабочего дня, организовал сбор денежных средств для помощи бастовавшим питерским рабочим. Совет назначил исполнительную комиссию (из четырех большевиков во главе с Петровским и трех меньшевиков), которая руководила вспыхнувшей забастовкой почтово-телеграфных служащих. Много времени отдавали депутаты Совета агитационно-пропагандистской работе в окрестных селах. В агитколлегию входили Петровский, Парижер, Стасюк и другие, а возглавлял ее большевик Артем (Бородатый).

Агитколлегия устраивала в селах митинги, распространяла листовки. Однако связь екатеринославских большевиков с крестьянскими массами была еще не столь широка и крепка, как того требовали задачи революционной борьбы. И это, конечно, ослабляло ударную силу пролетариата.

В самом Екатеринославе Совет рабочих депутатов имел уже такую силу и влияние, что с ним приходилось считаться и губернским властям. Это видно из такого факта. Охранка и полиция тайно задумали подбить черносотенный сброд на очередной еврейский погром в городе. Об этом узнали рабочие. Совет немедленно послал делегацию к губернатору. Делегаты заявили: если власти вновь допустят резню и беззаконие, то рабочим не останется ничего другого, как превратить по примеру обуховских рабочих заводы в военные мастерские, изготовить оружие и самим бить погромщиков.

Это предупреждение, по-видимому, подействовало на губернатора, и охранка не решилась на провокацию. Тем более что ее замысел стал достоянием всего города: на улицах были расклеены листовки, в которых говорилось, что в случае возникновения в городе погрома Совет объявит всеобщую политическую забастовку и всеми способами, какие есть в его распоряжении, и с оружием в руках будет оборонять граждан от нападения хулиганов, казаков и полиции.

Листовка была написана и отпечатана по инициативе группы большевиков, в которую входил Григорий Иванович Петровский.

Еще до начала декабрьского восстания в Екатеринослав доходили вести о том, что правительство не прекращает репрессий против пролетариата Петербурга и Москвы, что рабочих арестовывают, сажают за решетку, высылают из городов, а рабочие массы волнуются, вся страна бурлит, как море в штормовую погоду. Стало известно, что в Кронштадте, а затем в Севастополе подняли восстание матросы. Отдельные армейские части также были охвачены революционным брожением. Теперь уже на борьбу поднимался не только рабочий класс, но и крестьяне и солдаты.

Екатеринославские большевики сознавали, что настает решающий момент в революции, и делали все возможное, чтобы их Совет рабочих депутатов стал подлинно боевым штабом. Этому яростно сопротивлялись меньшевики. Как раз в тот момент, когда большевики взялись за энергичную подготовку рабочих к восстанию, они навязали дискуссию о том, кто должен практически руководить стачкой — Совет рабочих депутатов или же непосредственно комитет РСДРП. Большевики в противовес своим противникам настаивали на том, чтобы руководящим центром стал Совет. Для этого необходимо создать боевой стачечный комитет, который бы исполнял волю Совета рабочих депутатов.

Как бы закончилась эта дискуссия в Совете между большевиками, руководимыми Петровским, и меньшевиками во главе с Бассовским, неизвестно, если бы ее не прервало телеграфное известие о том, что в Москве началось вооруженное восстание.

Диспут был, конечно, сразу прекращен. Тотчас были подняты на ноги все большевики — члены СРД и комитета РСДРП. Состоялось экстренное совещание, которое вел Петровский. Было решено поддержать московских рабочих немедленной забастовкой в городе.

На другой день по призыву Совета весь рабочий Екатеринослав и железнодорожники начали политическую забастовку. Совет решил не прекращать работу только на жизненно необходимых предприятиях — на доменных печах (чтоб не потушить их), электростанциях, водокачках, в пекарнях и продовольственных лавках. Совет тотчас же наложил запрет на все банковские операции, приступил к организации общественных столовых для бастующих.