Плоды мести - Андрей Юрьевич Болотов

Дорога огибала горы, которые клан Сумеречного топора считал своей вотчиной. Пока беглецы не удалятся от их подножий хотя бы на расстояние полета арбалетного болта, никто не мог чувствовать себе в безопасности.

Каввель опасался засады и шел, стараясь следить за окрестностями. Дорога петляла каждые двести футов, заставляя каждый раз аккуратно высовываться из-за поворота в поисках опасности. Их все равно выдавало цоканье подков по камням, но лишняя осторожность не повредит.

Наконец дорога привела к развилке. Поворот основного тракта направо круто забирал в гору, а влево уходила хорошо утоптанная, но грунтовая тропа, теряющаяся в густом лесу.

— Вы с какой стороны пришли? — обратился Каввель к Могаре.

Та молча указала рукой в сторону леса.

— Долго будешь дуться? — нахмурился минотавр.

Девушка бросила на него неприязненный взгляд.

— Господин теперь приказывает мне говорить? — спросила она насмешливо.

Тут Каввель вспылил.

— Да ты хоть знаешь, через что мне пришлось пройти из-за тебя? — заорал он, теряя самообладание. — Я в аду побывал, спас вот тебя от этих волосатых, а ты… ты…

— Я польщена, — смиренно склонила рогатую голову Могара, но в ее прищуренных глазах полыхнуло пламя.

— Ладно, как хочешь, — через минуту тишины сказал успокоившийся Каввель. — Дойдем до порта, сдам тебя твоему экипажу и расстанемся. Надеюсь, не держа зла друг на друга.

Тауроса кивнула и ускорила шаг. Де Деса задумчиво посмотрел на спины задорно ссорящейся парочки и улыбнулся. Какая жизнь все-таки интересная штука. У этих двоих больше общего, чем они думают. Со стороны хорошо заметно, но упрямые тауросу предпочитают не замечать очевидного. Что ж, поглядим, чем это закончится и поможет ли в предстоящем нелегком деле.

Глава 9

Изгонять дьявола демоном.

Гномья поговорка

Флаг с минотавром предусмотрительно спустили: под ним не полагалось ходить без владельца на борту. В отсутствие капитана и хозяина, их роль брал на себя шкипер — как правило гном-мульфибл, которому собственное знамя не полагалось в силу низкого происхождения.

Корабль тихо скользил по мерно плещущимся волнам, входя в закрытую от сильных ветров гавань, а матросы слаженно работали с такелажем. Изредка звучали отрывистые команды боцмана, только подчеркивающие общую торжественную атмосферу. В порту уже стояла дюжина торговых судов помельче. Обычно здесь сновали туда-сюда грузчики, перетаскивая свертки, тюки и ящики, работали краны, перенося более крупные грузы. Сейчас все было иначе.

Окироши или большие охотники, если на всеобщем, как правило захаживают в порт Брестона для выгрузки добычи. Случается это не то чтобы редко, но все же не каждый день. В любом случае такую торжественную встречу Рыдло объяснить мог бы только одним: все предвкушают возвращение наследника, которого так и не удалось отыскать.

— Нас ждут? — спросил у него Михель, поймав на мостике.

— Капитан ждать, — поморщился шкипер. — Только мы его не находить. Последний время мы не желанный гость в этой гавань есть. Ох, я неприятность чуять.

В порту было шумно и многолюдно, а точнее многогномно. Людские головы тоже мелькали время от времени, но они просто терялись в огромной массе более низкорослых цвергов в силу собственной малочисленности. Над толпой неподвижными утесами возвышалась пятерка крупных тауросу. Минотавры, закутанные в однотонные черные или белые матерчатые халаты и подпоясанные широкими кушаками контрастного с одеянием цвета, выполняли роль то ли стражи, то ли смотрящих за порядком.

Встречающие — никаких сомнений в их намерениях не возникало — в руках держали флажки разного цвета и даже плакаты. Никто не работал, никто не разговаривал. Все молча напряженно ждали, пока корабль пришвартуется и спустят трап, готовясь разразиться приветственными криками.

Когда на палубе показался гоблин в сопровождении человека, гномы на берегу зашушукались. Слухи из дворца разошлись быстро, поэтому к появлению столь странных спутников наследника население оказалось готово. К трапу выдвинулись минотавры, уверенно рассекая грудью гномье море. Глядя на это, Гарб сделал безошибочный вывод:

— За нами, — и заковылял вниз под шепотки и переглядывания снизу.

Шаман так грузно опирался на посох, что сразу становилось понятно, как ему тяжело идти.

Деревянная пристань манила своей устойчивостью и казалась раем после бесконечной пятидневной качки. Сразу за ней начиналось гномье многоголовие, а чуть поодаль возвышалась городская стена с открытыми воротами.

— Вы прибыли на корабле наследника. Флага нет. Он не с вами, так? — сурово поинтересовался один из минотавров, чей строгий халат выглядел особенно нарядно.

— Если вы о Каввеле Исс-Брестоне, то не с нами, — спокойно ответил Михель, глядя снизу вверх.

— Жаль, — огорчился рогатый. — Что ж, мне приказано проводить вас во дворец. Я командир стражи Оку, бу-следуйте за мной, незванцы.

— Не стоит недооценивать другие расы и демонстрировать плохое отношение так открыто, тауросу. Каввель достаточно быстро научился уважать своих компаньонов, — Гарб скрипуче обратился к спине Оку, и тот замер как вкопанный, услышав родную речь от гоблина.

Рогатый просигналил рукой, и остальные минотавры принялись расчищать путь, разгоняя гномов грозными взглядами, а иногда и аккуратно тесня их. Те довольно дисциплинированно отходили в стороны, а зазевавшихся отдергивали за рукава курток их же соседи по толпе.

— Откуда ты бу-знаешь наш язык, чужак? — спросил минотавр, медленно поворачиваясь к шаману.

Михель непонимающе уставился на Гарба.

— Я знаю много языков, — выпятив нижнюю губу, ответил гобхат, — и советую свое презрение обратить на кого-нибудь еще. Я сегодня не в настроении.

— А то что, сладенький, вызов мне бросишь? — хмыкнул Оку, оценивающе глядя на возможного противника.

Увиденное его позабавило: долговязый и худощавый гоблин, весь в шрамах, в мешком болтающемся на нем потрепанном одеянии, еле переставляет ноги. В дуэли не продержится и десяти секунд.

— Знаешь, в чем разница между тауросу и… — вкрадчиво сказал Гарб, порыскал глазами и наткнулся взглядом на ящики с сырой рыбой, — скажем, селедкой?

— И в чем же? — сузил глаза Оку.

— В одном простеньком заклинании из школы трансмутации, — с ледяным спокойствием произнес гоблин, сам себе удивляясь.

Не так давно ему на такое не хватило бы духу, но сейчас шаман не считал нужным сносить оскорбления от какого-то рогатого хама. Тем более, что реальные возможности дать отпор имелись.

Интонации не несли в себе угрозы, но до Оку вдруг дошло, что Каввель вряд ли бы взял в спутники кого-то, кто совсем уж бесполезен в бою. Скорее наоборот: этот гоблин — могущественный волшебник, судя по посоху и одежде. И он, похоже, не шутил. Оку же назвал его сладеньким, что в языке минотавров несло в себе достаточно прозрачный намек на слабость и женоподобность. Тауросу с трудом проглотил настырно просившийся наружу ответ и молча вернулся к расчистке