Прятки на осевой - Владимир Васильев

— Уходим! — бросил Псих, поравнявшись с Кексом и Батоном, и побежал дальше, прочь от скопления кустов.

— Батон, пошел! — скомандовал Кекс.

Отмычка без слов пристроился за Психом. Замыкающим двинулся Кекс, то и дело оглядываясь и ощупывая пространство за собой стволом автомата.

Ему было неимоверно интересно — что в итоге расскажет Псих о случившемся. Но раньше, чем они дойдут до какого-нибудь убежища на Агропроме, на разговор рассчитывать не приходилось.

До дороги на Агропром они добрались на удивление быстро и ладно. Кекс зря оглядывался — больше по их следу никто не шел, хотя, если быть откровенным, сильнее опасаться следовало собачьей стаи, нежели Басмача и его сообщников.

Басмача вообще можно было уже не боятся. Минут через сорок после стычки в кустах на ПДА упало сообщение: «Сталкер Басмач погиб восточнее Агропрома». Кекс прочитал это на бегу и вздохнул с облегчением.

Мутным типом был Басмач. И погиб глупо и странно.

Не доходя до остатков институтской ограды, Псих свернул с дороги и повел на север, в глубь довольно плотного аномального поля. Шел он по-прежнему уверенно, но при этом быстро, слишком быстро, чтобы Кекс перестал нервничать. Кексу все время казалось, что ведущий вот-вот ошибется и вляпается во что-нибудь смертоносное, а им с Батоном потом придется долго и муторно выбираться из скопления аномалий назад, на дорогу. Однако Псих в который раз доказал, что либо он гениальный ходок по Зоне, либо невероятный счастливчик.

— Пришли, — внезапно сказал Псих и остановился перед ничем не примечательным холмиком высотой чуть выше пояса. — Тут и заночуем.

До темноты было ещё порядком, но в данном случае Кекс с напарником был согласен: до Янтаря по светлому все равно не успеть, а ночевать действительно лучше на Агропроме. Правда, Кекс рассчитывал отсидеться где-нибудь в подвале институтских корпусов — там было много подходящих мест. Но Псих решил иначе.

— Прямо тут? — недоверчиво произнес Кекс, озираясь.

Место было совершенно голое и незащищенное. Метрах в ста дальше виднелись какие-то замшелые развалины, а левее высились серые корпуса института и бетонная ограда, убегающая далеко-далеко, чуть ли не к горизонту.

Вместо ответа Псих просто обошел холмик против часовой стрелки и с противоположной стороны поманил спутников пальцем.

Кекс приблизился и сразу повеселел: дальний склон холмика был вертикально срезан и облицован бетоном. Массивная металлическая дверь посреди квадратной плиты была заперта на допотопный висячий замок, а прямо перед дверью на бетоне скрючился человеческий скелет в полуистлевших остатках пятнистой военной формы.

— Держи. — Псих протянул Кексу металлический ключ, а сам отошел к началу бетонного желоба, который заканчивался тупиком с дверью. — Как скажу, отпирай замок.

Кекс взял ключ, удивительно тяжелый; от него так и веяло прошлым веком. Псих тем временем что-то воткнул в щель между двумя крайними бетонными плитами.

— Давай! — скомандовал он.

Кекс вставил ключ в замочную скважину и с усилием дважды провернул. Вопреки ожиданиям замок не заскрежетал, и хотя ключ проворачивался с трудом, зато плавно и равномерно, словно руль с гидроусилителем.

— Замок вынь и с собой забери! — попросил Псих.

Вынув скобу замка из массивных ушек, Кекс оглянулся. Псих уже вытащил из щели между плит второй ключ, больше похожий на пластиковую карту, и быстрым шагом приблизился, переступив через останки.

— Добро пожаловать в самую удобную нору Агропрома, — ухмыльнулся он и потянул дверь на себя.

Дверь открылась плавно и бесшумно, хотя Кекс не удивился бы скрипу ржавых петель. Но петли не были ржавыми — напротив, они выглядели ухоженными и лоснились от солидола.

За дверью обнаружился тамбур, упирающийся в лестницу на два пролета. Этажом ниже располагался ещё один небольшой тамбур со второй дверью, ещё краше и массивнее первой. Эта была заперта сразу на два замка: на цифровой и папилляторный. С ней Псих справился сам, быстро и беспроблемно. Он явно часто бывал в этом схроне.

Сам схрон был небольшой: главная комната пять на пять метров, один из углов которой одновременно служил кухней. Из этой комнаты можно было попасть в другую, поменьше площадью и с низким потолком, без сомнений, предназначенную для отдыха, иначе зачем в ней помещались пять двухъярусных армейских коек? Отсюда же вел короткий отнорок в санузел с душем; Кекс проверил — даже вода текла, правда, только холодная и явно не годная для питья.

Напротив двери в комнату отдыха располагалась вторая, точно такая же, за которой обнаружилась крохотная вспомогательная каморка; там Кекс увидел электрощит у одной стены и оружейный сейф, совершенно пустой, у противоположной.

В общем, шикарное место! Странно, правда, что оружия нет. Зато запас пищи и воды имелся, причем довольно солидный.

Вернувшись в центральную комнату, Кекс застал Психа возящимся на кухне (без сомнений, ожидался ужин), а Батона разглядывающим плакаты на стенах. Особенно Батона заинтересовала симпатичная, но на взгляд Кекса старомодно одетая и накрашенная девушка. Помимо девушки на плакате имелась надпись: «Зелена Гура, 1982».

— Это что за цаца? — осведомился Батон не то со скепсисом, не то с недоверием в голосе.

Псих глянул через плечо на плакат и снова принялся перебирать пакеты с сухпаем.

— Это Анне Вески, — сообщил он.

— Анне? — не понял Батон. — Не Анна?

— Угу. Она эстонка.

— Актриса, что ли?

— Певица.

— Никогда не слышал… — вздохнул Батон. — Хотя если она в прошлом веке пела…

— Угу, — вторично промычал в ответ Псих и в свою очередь спросил: — Чай или кофе?

— Чай, — Кекс ответил не задумываясь. — После кофе потом хрен заснешь.

— Я тоже чай, — присоединился Батон.

— Вот и чудненько! Кофе тогда и трогать не станем.

Через пару минут электрочайник уже вовсю шумел и фыркал, а Псих с нескрываемым удовольствием накрывал на стол. Кроме чая, ожидалось ещё что-то, Кексу незнакомое. Во всяком случае, подобных рационов в зеленых пластиковых мисочках он раньше никогда не видел и, понятное дело, не пробовал. Каждый из рационов был уже вскрыт — Псих по очереди надорвал упаковки, чтобы можно было залить внутрь кипяток.

И все же до ужина Кекс не утерпел. Подсел к столу без приглашения и обратился ко все ещё хлопочущему Психу:

— Подельников Басмача ты положил?

Кекс решил спрашивать прямо, без экивоков и иносказаний. Псих сразу поскучнел. Потом не очень уверенно ответил:

— Ну… можно сказать и так.

— Их было пятеро. Показались только трое. Что сталось с парочкой, которую мы так и не увидели?

— Думаю, их сожрали собаки, — предположил Псих. — Но вообще-то они пытались обойти вас с Батоном со стороны Агропрома.

— Слушай, напарник, — как мог проникновенно сказал Кекс. — Я уже вижу, что ты ни разу не простак, а хитрован ещё тот. Понимаешь, когда по Зоне идет команда, лучше знать, на что способен каждый ее член. На что способен Батон, я примерно представляю. А вот о тебе такого сказать пока не могу. По-моему, ты положил двоих лбов Басмача, причем без единого выстрела и вообще без шума. И потом, если не ошибаюсь, ещё двоих. Я прав?

— В общих чертах. — Псих снова вроде бы и не возразил, но ответил уклончиво.

— Скажи честно, — Кекс пошел в лобовую, — ты раньше воевал?

Псих поморщился, выставил на стол последнюю миску, куда только что высыпал из пакета рыжеватые крекеры в виде колечек и восьмерок, и присел напротив Кекса.

— Ну, воевал, — ответил он сухо.

— Чечня?

— Нет.

— А что? Сомали? Или Корея?

— Ни то, ни другое. Нечто вроде Чечни, только чуть подальше. А это важно?

— По-моему, да.

— А по-моему — не очень. Война везде одинаковая.

— Может быть, — пожал плечами Кекс. — Я сам не воевал, мне не с чем сравнивать. Честно говоря, до сегодняшнего дня никогда бы не подумал о тебе ничего подобного. Хотя «калаш» ты выбрал явно неспроста. Так ведь?

— Я его знаю, как родного, — просто ответил Псих. — А эти заморские пушки… Ну их. Электроники в них насовали, трогать боязно. Лучше «калаш».

— Понятно, — кивнул Кекс. — Теперь понятно. Что ж ты раньше не сказал?

— А что бы это изменило?

— Я бы знал, что с нами идет опытный боец.

— Ну, знай, — усмехнулся Псих. — Все, чайник поспел. Вы как хотите, а я жрать буду.

Он снял чайник с подставки и налил кипятку в каждый из незнакомых рационов.

«Какой-то он… нездешний, что ли, — подумал о Психе Кекс. — Где это можно повоевать чуть дальше Чечни? Надо будет потом парней из гарнизона порасспрашивать — где в последние годы постреливали».

Первый, «втягивающий» день в Зоне завершался. Не без эксцессов, но хотя бы без потерь.