Прятки на осевой - Владимир Васильев

Н-да.

Кстати, надо бы пойти купить новый мобильник.

Сиверцев пересчитал наличность, решил, что на какую-нибудь убогонькую китайщину точно хватит, оделся и направился к двери. На полпути он запнулся, хмыкнул, вернулся в свой угол и полез под койку, в тревожный чемоданчик.

Дозиметр прихватить — точно не лишне.

У самых дверей он вторично спохватился, хлопнул себя по лбу, выудил антирад, сглотнул, запил прямо из графина и наконец-то вышел из комнаты.

«Вот мобильник куплю, — думал Сиверцев, резво спускаясь по замызганной, как и во всех холостяцких общагах, лестнице, — а потом сразу к Тараненко сунусь. Вдруг прорвусь? Не к нему, так к заму. Наплету чего-нибудь, главное — прорваться, а там кривая вывезет. И сам Тараненко, и его зам так затурканы административной работой, что успели всерьез соскучиться по чистой науке. Авось выйдет просто потрепаться, коллегиально, как бы ни о чем…».

Однако едва Сиверцев вышел на бетонное крылечко, стало понятно, что первоначальные планы приказали долго жить.

Напротив входа в общежитие стоял знакомый бурый «Лендкрузер». Стекло со стороны водителя медленно уползло вниз, и добродушный громила выразительно качнул головой — залезай, мол.

«Ну, хоть не пешком», — решил не унывать Сиверцев.

— Ты зачем вчера в санчасть бегал? — спросил громила, трогаясь.

Его тон был удивительно миролюбив, даже пронизан некоторой неявной симпатией к собеседнику, но Сиверцев за последние годы повидал столько с виду добродушных головорезов, что перестал доверять далее действительно приветливым людям. Но было ясно, что на Сиверцева пока не давят, а просто интересуются. Дескать, твое, конечно, дело, куда и зачем ходить, но вот насчет «зачем» нам неплохо бы и знать.

— Да это… — Сиверцев машинально полез в карман, куда недавно сунул дозиметр. — Пыхнуло меня где-то вчера, не знаю даже где. Сказал бы, что где-нибудь на работе, так я вчера до работы не дошел… Вылечили уже, попшикали, таблеток выдали, дозиметр, вот. Чтоб больше никуда не влез.

«Первое — мимо, — подумал Сиверцев, глядя на показания дозиметра. — Не джип».

«Лендкрузер» фонил не более, чем окружающая местность, — микрорентген двадцать с лишком, почти тридцать. Сиверцев вчера схватил заметно больше, практически критическую солдатскую норму в полсотни миллирентген — милли, не микро! Впрочем, кто их знает, темные делишки Покатилова. Может, машину успели со вчерашнего дня дезактивировать, а добродушный громила и сам намедни бегал в медсанчасть или ещё куда-нибудь и проходил компенсационные процедуры. Нужное медицинское оборудование может иметься прямо у Покатилова на базе — с него станется. Тем более так удобнее обрабатывать вернувшихся из Зоны сталкеров, Покатилов, говорят, кадрами дорожит. До известной степени, конечно, но уж на чем, на чем, а на снаряжении и жизнеобеспечении он точно не экономит.

Потом Сиверцеву пришло в голову, что на номера джипа он не смотрел ни вчера, ни сегодня. Поди разбери, сколько у Покатилова «Лендкрузеров» болотного цвета! Это может быть вообще другая машина, не вчерашняя.

«Вот же ж, — подумал Сиверцев с веселой досадой. — Эксперимент провел, пробу взял, и тут же оказывается, что проба-то ровным счетом ничего не доказывает!».

Если дело и дальше пойдет тем же манером, тайна сиверцевской передозировки рискует так и остаться тайной. За неизвестным количеством печатей.

В покатиловский кабинет Сиверцев вошел спустя сорок минут. Дважды обысканный и щурящийся на свет настольной лампы.

— Ну, здравствуй, Ваня, — отечески поздоровался Покатилов. — Что ж ты себя не бережешь?

— Утро доброе, — отозвался Сиверцев несколько сконфуженно. — Я бы и рад поберечься, да встроенного дозиметра у меня пока нет.

— Носи портатив. Умные люди так и делают.

— Уже ношу. — Сиверцев решил, что момент как нельзя более удобен.

Он продемонстрировал Покатилову карманный приборчик, заодно измерив окружающий фон. Как и ожидалось, здесь не фонило вообще — скорее всего остаточная радиоактивность Ваниного организма была единственно заметной для дозиметра, что тот не преминул и зафиксировать.

— А где ты вчера шастал? До медсанчасти?

Сиверцев поджал губы и, словно плохо выучивший урок школьник, передернул плечами:

— Да в общем-то нигде. С утра в «Ать-два» зашел, позавтракал, со сталкерами поболтал… Оттуда и двинул на работу. На КПП меня и обрадовали.

— Я слышал, «Ать-два» теперь работает круглосуточно?

— Вроде как. Я пришел без двадцати девять примерно, уже было открыто. И охрану усилил и, штурмовики в полной выкладке дежурят.

Покатилов иронически хмыкнул и еле слышно пробормотал:

— Ну-ну…

Сиверцев решил ненавязчиво переходить к докладу:

— Между прочим, я догадываюсь, почему тот тип с фотографии выбрал именно место у края барной стойки, а не какое-нибудь другое.

Покатилов заинтересованно взглянул на биолога:

— И почему же?

— Там, по-моему, акустическая мода. Знаете что это?

— Объясни. — Покатилов не стеснялся признаться в собственном неведении относительно некоторых вещей.

Узловая точка в помещении, эдакий акустический центр тяжести. Я когда там сидел вчера, слышал, о чем сталкеры в другом конце зала шушукались. А с места встал, буквально полметра в сторону — и все, только невнятное «бу-бу-бу», ни слова не разберешь.

Покатилов неожиданно замер и вроде бы слегка побледнел.

— Ты вчера сидел на этом месте?

— Да, — простодушно подтвердил Сиверцев. — А что?

Несколько секунд Покатилов сидел неподвижно, потом обратился к кому-то в темноту:

— Хома!

В кабинет тотчас скользнул прилизанный человечек, которого Сиверцев все время встречал на границе бара и покатиловского офиса. Он неуловимо напоминал персонажей американских фильмов о тридцатых годах прошлого столетия — гладкая прическа, усики, безупречный костюм, штиблеты… Только фетровой шляпы не хватает. Но тогда прическа была бы не видна.

— Да, босс?

Ну, точно. И местные нравы под стать — папа мафиозного клана и подручные разной степени крутизны. Этот — точно из исполнителей.

— Пошли кого-нибудь в «Ать-два», — приказал Покатилов, манипулируя чем-то на столе.

На противоположной стене возникло изображение; Сиверцев сразу узнал почти точную копию вчерашней фотографии, только типа в капюшоне, Полоза, самого Сиверцева и сталкерской компании на ней не было. В кадр попал только бармен за стойкой.

— Ваня, — велел Покатилов. — Покажи, где ты сидел.

Сиверцев послушно встал, прошел к стене с изображением и ткнул указательным пальцем в нужный табурет:

— Вот тут.

— Пусть возьмет дозиметр и замерит радиацию в этом месте и в нескольких других местах бара. И оттуда перезвонит, только без лишних ушей.

— Понял, босс. Ещё что-нибудь?

— Пока все.

— Понял, босс.

Хома выскользнул за дверь, а Сиверцев вернулся к своему стулу, слегка ошарашенный. Черт возьми, Покатилов мгновенно сопоставил два, казалось бы, не связанных друг с другом факта. По чему-то Сиверцев заранее был уверен: именно этот пятачок бара «Ать-два» под акустической модой окажется радиоактивен. Имен но там он вчера и хватанул излучения.

— Что ж ты, наука? — укоризненно протянул Покатилов и передразнил: — Не знаю, где облучился… Тут и думать нечего, таких совпадений не бывает. Скажешь, нет?

— Вы правы, — вздохнул Сиверцев и почесал кончик носа. — Не бывает таких совпадений.

— Ладно, выкладывай, что накопал. Накопал ведь? Вижу, что накопал.

— Есть кое-что, — не стал скрывать Сиверцев. — В том числе для меня новенькое. Но сначала по профилю: как я и говорил, сталкеры не верят в вышедшего из Зоны контролёра или какого-нибудь другого мутанта. Практически с той же аргументацией, которую я излагал вам вчера. Недостаток интеллекта для настолько осмысленных действий и биологическая потребность в непрерывной подпитке радиацией и аномальной энергией. Сталкеры полагают, что это всё-таки человек. Возможно — с пси-артефактом.

— С чем? — переспросил Покатилов.

Он повел себя гораздо спокойнее, чем ожидал Сиверцев: не изменился лицом, не делал резких движений, не повысил тона. Даже голос у Покатилова не дрогнул — эдак с ленцой уточнил непонятное, да и все.

— С пси-артефактом. Я раньше ни о чем подобном не слышал, но Мухомор уверяет, будто в Зоне встречаются предметы, усиливающие пси-способности. Не знаю, у любого человека или же изначально обладающего склонностью к псионике.

— А… — Покатилов некоторое время молча шелестел какими-то бумагами.

— Продолжать? — на всякий случай осведомился Сиверцев.

— Угу, — промычал Покатилов.

— Кроме того, сталкеры из команды Басмача сами по себе интересуются недавними исчезновениями коллег. Я думаю, даже собственное расследование проводят. Во всяком случае, они вывели следующую закономерность: все пропавшие, кроме Грини, которого в глубь Зоны даже тащить не стали, убили и бросили прямо у периметра… Так вот, этот неведомый человек с пси-артефактом уводит только тех сталкеров, кто пытается отыскать некую вещь, которую другой сталкер из команды Басмача, а именно — Феда, назвал дупликатором. На основании этого они сделали вывод, что следующая потенциальная жертва человека в балахоне — сталкер Кекс.