Егерь - Владимир Поселягин

Так вот, плаванье прошло нормально, уже на седьмой день мы были в порту Кале, на сутки нас задержал случайно налетевший шквал, но всё же мы дошли. Конечно, с ребёнком в тесном кубрике было трудно, но все выдержали переход. Я сам тоже не сидел без дела, а рисовал родным новые документы. Всё, что нужно, у меня было, включая фотоаппарат и оборудование для проявления снимков. Фото же кто-то должен делать. В чемодане был уложен костюм, который подошёл по размеру Толику, в нём я его и снял, при галстуке и белой рубахе. Фоном была простыня, повешенная на стену. Тут же сфотографировали и Аню, лишь слегка изменив фон и свет, что падал на неё, чтобы фото в документах были мало похожи. Так вот, Толик с Аней были мужем и женой, он англичанин немецкого происхождения, она француженка русского происхождения. Бланк регистрации их брака тоже, конечно, был поддельный, но по нему они поженились в Лондоне. Там же родился и их сын, согласно нарисованной мной метрике. Аня особо языками не владела, в школе она учила английский, так что какую-то основу знала, поэтому мы её и учили. Более того, как оказалось, последние месяцы Толик сам её учил. Даже письмо давал изучать. Не бегло, но она говорила. Ничего, больше практики – и справится, вот мы как заселились в эту тайную каюту, только на английском и говорили, какая-никакая, а практика.

С борта сухогруза старпом нас вывел этой же ночью, как судно пришло в порт, была у него такая возможность. Я уплатил остаток суммы за перевозку, и мы распрощались, уже навсегда. У меня была мысль обрубить эти концы, убрать свидетеля, нужно было обезопасить себя и родных, но подумав, не стал этого делать. Просто сейчас это не имело смысла, даже могло навредить, а вот потом, когда Франциск уйдёт из этой транспортной компании по морским грузоперевозкам, можно подумать, да и то посмотрим, что будет. Может, передумаю. Хотя в принципе вряд ли, Франциск, конечно, очень осторожно себя ведёт, но может попасться и сдать нас, а этого мне было не нужно. Мало ли кто нам на след упадёт. Да, решено, устрою братишку с женой и по возвращении обрублю этот след. Выхода другого не была, семья мне была роднее. Жёстко, понимаю, но реально рисковать не стоит, оставляя его в живых.

– Куда мы сейчас? – догнал меня Толик, баюкая на руках моего тёзку.

Кстати, этот маленький негодник чуть нас не спалил, когда Франциск выводил нас с территории порта, решив ни с того ни с сего показать, какие у него вокальные данные. Ладно, Толик мгновенно среагировал, сунув ему в рот палец, который потом сменил на пустышку. В общем, обошлось, и первоначальный детский крик, надеюсь, в шумном порт никто не расслышал.

– Берём такси и едем в Гавр. Тут, конечно, ходят пассажирские суда в Америку, но рисковать не будем, лучше через другой порт.

– Значит, Америка? – задумчиво пробормотал Толик, шагая рядом. Аня шла с нами, а я нёс чемодан с вещами.

Особо о планах мы не говорили, всё время плавания они с Аней учили легенду, по которой будут жить, а тут я прямо заявил, что направляемся мы в Америку. Да-да, я решил, что братишка с женой станут гражданами этой страны. Причём липовые документы останутся с ними, на месте они сразу поменяют гражданство – найду выход на нужных чиновников, что помогут это провернуть, потом я сопровожу их на тихоокеанское побережье. Куда-нибудь поближе к Сан-Диего, устрою, проверю, как у них пойдут дела, и займусь уже своими делами. Шанс на новую жизнь я им дам, дальше они сами.

Кто-то спросит, почему я не везу их к себе на квартиру в Париж, к дочкам. Отвечу. Я что, сумасшедший так палиться? Братишке я, конечно, доверял, но всё же решил проверить. Лёгкими намёками за время плавания я дал понять, что проживаю в Канаде, как бы случайными фразами проговорился, но это ложный след. Просто страховался на всякий случай. Через пару лет, думаю, можно снять высокую планку бдительности и привезти дочек к ним на отдых, пусть пообщаются, всё же не чужие люди, но до этого нет, так рисковать я не буду. Сам часто наведываться буду, но один, подставлять малых не хотелось.

– Да, Америка – это страна, в которой вы будете жить. Высокий уровень жизни, можно приобрести всё, что пожелаете, ни в чём себе не отказывая. Толик, помнишь, в детстве ты мечтал иметь собственный самолёт? Так вот, тут эта мечта может стать реальностью, всё зависит только от тебя.

– Так я же управлять не умею, – вздохнул он, но ответил с заметной заинтересованностью, про эту мечту он не забыл.

– Это не проблема, в Америке большое количество лётных школ, можешь обучиться хоть на пилота самолета, хоть на пилота вертолёта.

– Самому не интересно? – спросил он.

– Мне этого не надо, если только корочки получить, я и так пилот лёгкой авиатехники… О, вон такси, идём.

Мы подошли к свободной машине, там водитель пил чай из термоса.

– Доброй ночи, – наклонился я к открытому окну. – Нам в Гавр надо. Какая цена?

– По счётчику и плюс тридцать франков. Это фиксированная цена по междугородней доставке, – ответил тот.

– Устраивает, – кивнул я и, повернувшись к спутникам, сказал на английском: – Садимся.

Водитель убрал наш чемодан в багажник, проследил, как мы устраиваемся, я сел впереди, семейство на заднее сиденье, после чего мы покатили к выезду из города. Водитель правил, ну а мы почти сразу уснули, так как по часам, да и по местному времени, была глубокая ночь.

За время поездки мы даже выспаться успели. Когда водитель меня растолкал, а я спутников, снаружи было утро, и находились мы на центральной площади города.

– Почему не до порта доехали? – спросил Толик, когда такси уехало.

– След, это всё след. Всё, идём в порт.

В порту мы уже играли незнакомых людей, которые не знают друг друга. Пока семейство сидело в зале ожидания, я в кассе купил себе билет на лайнер, отходивший из Гавра через три дня, шёл тот с несколькими заходами в другие порты до Майами, что меня более чем устраивало. Выяснив всю процедуру покупки билета, я прошёл в зал и, присев рядом с Толиком, но продолжая делать вид, что мы не знакомы, описал, как надо себя вести и что говорить. Тот направился к кассам, держа в руках свои документы и жены, а я пошёл в зал для хранения багажа. Квитанция у меня была с собой, поэтому я без проблем получил чемодан из камеры хранения, который оставлял тут, перед тем как отправляться в Союз. Кроме одежды для путешествия, а то я всё в одном хожу, там были деньги, шестьсот сорок шесть тысяч североамериканских долларов, которые я получил с одного из своих счетов, полностью его обнулив. Этого хватит, чтобы купить небольшой отель на побережье и пару катеров для экскурсий. То есть дать возможность братишке встать на ноги. Причём у меня ещё с собой были трофеи, взятые на хате ювелира, я их тоже вывез. Да и почему нет?

Когда я вернулся, Толик уже возвращался от касс, судя по его довольному виду, он купил, что хотел. Я же, мельком посмотрев на него, направился к выходу, чуть позже моему примеру последовала и чета Соколовых, а теперь чета Майер. Гельмут Майер и Ольга Дюбуа. Сын получил имя Виктор. Всё это значилось в их документах.

Они следом за мной, заметно отстав, направились к отелю. Там я снял одноместный номер, куда и заселился, а чета Майеров – семейный номер, были и такие, даже с комнатами для пеленания. Как я заметил, братишка вполне уверенно действовал, выбирал номер и оплачивал его. В его портмоне кроме французских франков были и английские фунты из той пачки ювелира, показывая этим, что он действительно тут иностранец. Кстати, по печатям в его паспорте было видно, что во Франции он в третий раз, жена и так имела французский паспорт, но с таможенными печатями Британии. Хотелось бы добавить то, что, чтобы подтвердить, что Аня его жена, Толику пришлось предъявлять портье свидетельство о браке мэрии одного из районов Лондона, так как у неё были старые документы, поменять фамилию она ещё «не успела». Это всё было рассчитано, так как я планировал, что они получат настоящие документы уже в Америке, там и общая фамилия будет, которую Толик «решит» поменять на английскую. Это тоже схема обрубки хвостов. Какую они возьмут фамилию, ещё посмотрим, но нейтральный выбор – это Смит. Пока это ещё неопределённо, может, вообще какими-нибудь Браунами будут.

Одним словом, мы заселились, после чего оставив вещи, спустились позавтракать, ещё было раннее утро. Там так же сидели отдельно, как будто мы не знакомы. На этот день я ещё планировал шопинг, так как у Толика был всего один костюм, запасная пара лёгких летних брюк, в которых он сейчас был, и пара рубашек. Для путешественников этого мало, поэтому мы решили купить больше одежды. Вон у Ани всего два платья и одни туфли, отчего она откровенно страдала. Пусть отведёт душу. Мне в принципе этого было не нужно, запас был в чемодане, когда я устраивался, успел и душ принять и переодеться, но сопроводить парочку было можно.

Перед отправкой я якобы зацепился языком с Толиком, подсел к ним за столик, и при свидетелях мы с ним «познакомились», представившись. Я «вспомнил», что видел их у касс, и обрадованно узнал, что мы купили билеты на одно судно. Кстати, с Толиком мы были немного схожи, но, похоже, никто не обращал на это внимание.