Понаехали! (СИ) - Поздняк Таша

Финишная Светланы

Падшая

— Айва не вернулась? — порог переступила Катя с Артемом.

Прошло двое суток.

— Нет, — дергается Лика. — Вы же знаете, она не вернется. Ее папашка просто не позволит.

— Я боюсь представить, что с ней сделают ее родственники, — заламывает пальцы Света.

— Ничего они с ней не сделают! — вскакивает Лика.

— Я же говорила ей не ходить никуда без меня. Я даже не услышала как она ушла!

— Ты не можешь постоянно ее удерживать, — заводится Лика, она стресует и накопленные обиды готовы выплыть.

— А я что кого-то удерживала из вас? — рявкает Света. — Я буду рада, если замуж Айва выйдет по любви. Она так верит в это чувство.

- Айва да во многое светлое верила. — Лика фыркает.

— Я понять не могу, что с тобой Лика не так? Я к вам всем относилась с добром и любовью. А ты ведешь себя как зазнавшаяся сука и малолетняя дрянь.

— Это я то сука и дрянь?! — Лика вскакивает. — Как ты можешь нас учить жизни?? Это Ты ведь у нас шлюха, продажная женщина. ПРО ТАКИХ КАК ТЫ ГОВОРЯТ ПАДШАЯ. Что ты знаешь о любви и о том как правильно жить? — выпаливает ядом Лика, наконец-то ужалила мисс добродетель в самое сердце! Посмотрим, что теперь скажешь.

— Давно ты знаешь? Это ты Артем? — Светлана будто ударенная мешком по голове, повернулась к другу.

Тот крутит головой. Катя пытается понять, что происходит.

— Нет. Не он. Я сама прочитала в буке твою переписку случайно давным давно. — признается Лика ликуя совсем мгновение, радуясь своей победе и выплеску обид, ужаленных амбиций.

Мир Светланы рушится в секунды. Ее страх на яву. Она прятала свое гавнецо, а вот оно полезло.

У всех душа в кувшине. А ее душа в унитазе. Запахло не жаренным, а вонючим. Они все смотрят на нее, как на самое настоящее гавно!

ОНИ ЗНАЮТ! Это конец.

Светлана смотрит то на одну, то на другую девочку и желает умереть. В глазах непонимание, осуждение. Вот он ее приговор. Теперь они точно все уйдут, никого не останется. Айва ушла. Они все уйдут, даже Артем, потомучто он любит Катю и выберет ее сторону.

Не хочу быть одной. Не хочу…

Светлана сомнамбулой бредет по квартире. Заходит в спальню, сгребает ледяными пальцами ключи от машины. Ее никто не останавливает. Как была в домашней футболке и шортах, так и вышла.

Правильно, я плохая.

Я дрянь. Смотрит в отражении зеркала в лифте. Плюнуть в себя?

Я продажная. Какое мне прощение и новая жизнь??!

Выходит из подъезда. Ноги в носках чувствуют снег. Опять собачий холод.

— Зимушка зима, приюти меня, — напевает, руками без перчаток разгребает снег с лобового стекла боевой подруги. Предмет из металла ставший последним надежным не предающим пристанищем.

Машина холодная. Аппетитная попка мерзнет. Обойдемся без подогрева, всё жизнь она готовилась к концу и вот он не заставил себя ждать. Она выбрала свою дорогу. Не дожила до нового года. Жмет на педаль, долой из этого дома, на который потратила сразу же все свои сбережения и хотела жить в нем хотя бы спокойно, не надеясь на чудо и любовь. Да не удержалась, осквернила свое жилье вип клиентами.

«Да пошли бы они все в х#ям собачим со своими причиндалами» — фраза всплыла из детства, так говорила мама после неудачной личной жизни. Яблоко от яблони да?

Они же сами просили о встрече. Обещали больше и больше денег лишь бы пользоваться мной.

Они не оставят меня никогда в покое!

Долой.

Только гнать.

Гнать постараться взлететь, надеясь, что в аду не будет так плохо как сейчас.

Гнать!

— Взлетай, Маздочка.

…

Только когда за падшей захлопнулась дверь. Катя начала дергать Артема.

— Что ты стоишь? Она ведь сейчас что-нибудь с собой сделает?

— А ты сама дрянь!!!! Как ты могла ей такое сказать?!! — орет Катя с высоты своего роста на мелкую Лику, та сгибается поняв что натворила, но вместо этого хватается за волосы Кати лишь бы та так не кричала. Когда тебя обвиняют, хочется защищаться.

Артем еле разнимает подруг. Тут еще в открытых дверях появилась Настя с работы.

— Что тут происходит? Почему Света пронеслась мимо меня к парковке раздетая? Куда она? — начинает девушка. Она только зашла, но паника и ее уже настигла, предчувствуя новую беду.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Исповедь

Падшая гонит что есть сил. Ей уже легче. Как долго она ждала освобождения!!

Не плачет. Да она виновата перед мамой, что выросла такой непутевой. Виновата перед женами клиентов, перед их детьми. ВИНОВАТА.

Однажды женушка одного из таких за волосы оттаскала и этот, который полчаса назад скакал на мне, не заступился. Я всего лишь сервис. Предоставляю услуги своего тела. Тело уже не может больше терпеть, а душа то и дело уходит ниже пяток и такая пустота внутри. Вот только эти девчули меня оживили. Я уже не знала, что делать, хотелось сигануть в окно. Одно мгновение и больше не будет Светы Соколовой (уже и фамилию настоящую не вспомнить, эта фамилия к ней прицепилась из песни про Светку Соколову, которой тридцать лет) у которой и так будущего нормального нет.

Я честно думала, что выдержу. Выдержу все! Что только деньги имеют вес, что купив машину, квартирку на 16 этаже — стану счастливой, а счастье все это время только отдалялось от меня. Я стала краше, ярче. Не та серая мелкая девчонка в школе, стеснявшаяся своих нарядов — одежку чью-то всегда донашивала, неких далеких родственников.

Теперь на мне всегда все самое дорогое и новое, теперь уже кто-то донашивает за мной, те же самые далекие мамины родственники или же просто выносила быстро надоевшие вещи к мусорным бакам. Всё тряпье и дорогущая косметика не имеют значения, если теперь всё равно гнить в земле. И какая разница чем ты пахнешь Гучи или «ландышем серебристым». Я стала циничнее, омерзительней внутри. Я пропиталась ядом.

Я ненавижу мужчин за то, что они предают своих женщин. Хотя это громко сказано: чаще мне срать на их жен. Если по большому счету, в первую очередь я ненавижу мужчин за их бессердечность к себе. Ненавижу мужчин за плохое отношение ко мне. Не один из них не любил меня, а любил мое тело. Да и тело чаще хотели раздавить, унизить, сжимая в своих адских объятиях.

Вот чего им надо этим мужикам? Кому-то почувствовать себя настоящим супер самцом. Кто-то проявлял себя как настоящий сука потребитель:

— «Я плачу, ты становишься на колени и делаешь всё, что я скажу и терпишь. Я ведь заплатил. Ты моя вещь на это время. Давай улыбнись, это же твоя работа. Клиент всегда прав. Не брыкайся, иначе начерчу жалобу на в твоей жопе. Или как насчет белой липкой пасты на твоих щечках, красавица? Улыбнись, ты же шлюха, тебе должно всё это нравится. Это твои должностные обязанности. Хахаха»

Другие просто бросали с кровати. Пинали. Душили. Сильно били, не по лицу, а там где только оговорено — за это доп. Плата. Дай волю этим извратам садистам и неизвестно, что бы они сделали. Один умолял, упрашивал, просил разрешения меня немного порезать, там где невидно — этот клиент работает пластическим хирургом, а не спасает жизни, будь он чуточку смелее или если можно было избегать наказания, то отбирал жизни с радостью и присвистом. Я отказала, пришлось горе-маньяку заниматься обычным скучным сексом, и плевать на подавленность клиента, переживет урод! Он оживлялся только тогда когда ему удавалось меня кусать за плечи, я визжала от настоящей боли так громко во все горло, а недоделанный вампир ликовал.

— Жаль нельзя делать операции без наркоза, тогда куколки так бы кричали…

Оставил деньги, не те что обещал за порезы и больше не возвращался. И слава БОЖЕНЬКЕ. Наверное нашел куда пристроить свое бабло и хер и девочку согласившуюся на утехи с ножом или скальпелем. Но как на это можно согласиться? И я соглашалась на другие утехи.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Почему люди такие?

Какие алчные, мерзкие, зависимые, страдающие, злые???? Хотят слухи нас такими создали. Ну да как же…

Всегда есть и такие люди: свободные, добрые, независимые, со своими страхами и мечтами. Только не бывает, чтобы в одном человеке только хорошее и светлое, а другой гад гадом.