Его наглый друг (СИ) - Оливия Лоран

каких глубинах такие русалки водятся? Неплохую ты выловил, — ржет Славик, подмигивая Юле.

Я же накидываю броню, сдерживая желание ему прописать.

Скрещиваемся взглядами с Алиной, что наверняка думает о том же, о чем и я. Вспоминает прозвище, что как-то само собой вырвалось у меня в первую нашу встречу и приклеилось к ней намертво.

Стиснув зубы, блокирую эмоции и проглатываю рвущийся изнутри протест, что раздирает горло. Вместо этого врубаю заправского ублюдка. По-другому не выгребу…

— Это моя, — заключаю с показным спокойствием, ощущая, как часть моего нутра ведет, будто поплывшее сознание после удара. — Приглядись к Маринке, она свободна и, кажется, заскучала, — киваю в ее сторону, чувствуя себя последним мудаком.

Марина вздрагивает и потупляет взгляд, а затем натягивает фальшивую улыбку, достает телефон и машет им перед всеми.

— Позвонить нужно, — объясняет она и отходит в сторону.

Вижу, что за ней следом уходит и Алина. Вместе бредут куда-то в сторону палаток и скрываются за деревьями.

До последнего пытаюсь отыгрывать роль похериста. С каменной мордой стою на месте и делаю вид, что мне абсолютно плевать на обоих.

А затем… ссылаясь на потребность справить нужду, шагаю за ними и костерю себя за то, что не могу просто забить.

Нахожу их не сразу, а когда подхожу ближе, как недоразвитая школота не знаю, что сказать.

Марина, как только замечает меня, срывается с места, бредет куда-то дальше и скрывается за деревьями. Алина же оборачивается, стреляет в меня гневным взглядом и бросается за ней следом.

Машинально хватаю ее за руку, пресекая бегство. Вглядываюсь в ее лицо и утопаю в лазурных глазах, в которых назревает шторм.

К горлу подкатывает нервная тошнота.

— Ты… — пытается подобрать слова. Сомневаюсь, что приятные. — Ты… ведешь себя как сволочь!

Вполне оправданно. Даже поспорить сложно. Однако…

— Ты же сама хотела, чтобы я оставил в покое твою подругу. По-моему, я неплохо справляюсь, — тяну тупую ухмылку, пытаясь перекрыть все остальное, что корежит душу.

— Но не так же! — вспыхивает она. — Ты ее обидел!

— Блядь… Мне пойти утешить⁈

Дергается, будто обжигаясь, и пытается вырваться из хватки. Прижимаю ее ближе, практически вплотную к груди. Вынуждено — на кой-то хер оправдываюсь перед собой.

— Пусти, — шипит задушено. — Чего ты добиваешься⁈

— Не знаю, — вырывается раньше, чем успеваю подумать.

Смотреть на нее так близко — невыносимо сложно, но оторваться — невозможно. Замечаю полыхающее пламя в глазах, и в грудине словно угли рассыпаются.

— Я извинюсь, — толкаю хрипло, не уточняя имен, и ослабляю хватку.

Она не отстраняется. Стоит на месте и смотрит своими колдовскими глазами, пробираясь в голову и обживаясь в мыслях.

Не знаю, как это происходит… Правда, ума не приложу. Но мои руки словно живут отдельной жизнью и действуют на инстинктах, перемещаясь на ее талию.

Скольжу вверх по спине, огибая позвонки и прокладывая путь по оголенной коже к лопаткам. Исследую ее тело по сантиметрам, ощущая, как она дрожит и неровно дышит.

Я и сам едва вывожу, гоняя тяжелый воздух с одурелой мощностью.

Не знаю, что она видит в моих затянутых туманом глазах, когда вглядывается с такой пристальностью, но в ее взгляде нахожу то, что хочу нагло забрать и присвоить себе.

Глажу ее спину лишь одной рукой, в то время как другая висит безвольной плетью. Боюсь, если пущу в ход обе — остановиться уже не смогу.

Да я, собственно, уже… не знаю, как оторваться от нее. Замираю, лишь когда нащупываю под пальцами застежку ее купальника.

Последние остатки трезвости ума испаряются бесследно…

— Макс!

Сдерживая поток ругательств, кошусь в сторону смертника. Алина же отскакивает от меня как ошпаренная и обхватывает себя руками.

— Пойдем, — цежу гневно.

Моя злость направлена не на нее. Она необъяснимым образом улетучилась. Стоило прикоснуться к этой девчонке, как вся ненависть трансформировалась во что-то иное, чему нет определения. Однако мозг быстро включается в работу и тщетно пытается ее воскресить с целью самосохранения.

Ошалелый взгляд Сани, что стоит внизу пригорка под руку со своей девушкой, сменяется осуждением, к которому я уже, сука, начинаю привыкать.

Ира смущенно улыбается и что-то лепечет о том, что нас все потеряли. Нахрена искали⁈

Подаю руку Алине, предлагая помощь, чтобы спуститься с невысокого оврага, но она ее, конечно же, игнорирует.

Пиздец просто… В героя-любовника решил поиграть. Мозги подплавил на солнце конкретно.

А когда возвращаемся ко всем и напарываемся на подозрительный взгляд Лёхи, моя прекрасная лгунья конкретно-таки удивляет своими выдуманными оправданиями.

— Я, кажется, вывихнула ногу… — лепечет она и переводит на меня вопрошающий взгляд.

Поддержки ищет? Просто зашибись. Еще я пиздеж не поддерживал.

Саня с Ирой молчат, по всей видимости не хотят быть втянутыми в разборки. Лишь обстреливают взглядами нашу «веселую» троицу.

У меня тоже нет никакого желания что-либо говорить. Сажусь за стол и никак не реагирую на уход Лёхи с Алиной, что направились к палаткам.

Не думаю о том, как она перед ним объясняется, не представляю, как он там ее «лечит», не поджигаю одной силой мысли треклятую палатку… И когда возвращаются, даже не смотрю в их сторону.

С переменным успехом дотягиваю таким образом до самой ночи. А когда собираемся у костра, выбираю место подальше от нее и притягиваю к себе на колени Юлю.

Славик всерьез взялся за идею охмурить Марину, трется около нее на протяжении всего вечера. Тоха же положил глаз на ее подружку Настю, что принимает от него подкаты и даже отвечает взаимностью.

Несмотря на то, что все уже успели перезнакомиться, в воздухе все равно ощущается некое напряжение. Игнорирую мимолетные взгляды Алины и зализывают Юлю, что обвивает мою шею. Но один хрен невольно палю за ней, учитывая то, что сидит практически напротив, окруженная с двух сторон Лёхой и Камилой.

Эпичная картина. Особенно забавно наблюдать за паникой на лице друга, когда Камила ей что-то втирает с улыбкой на лице. А затем она переключается и на остальных.

— Поиграем? — загорается Камила, окидывая всех хитрющим взглядом.

— О-о-о, начинается, — ухмыляется Саня. — Ну давай, предлагай.

— В общем так… — начинает в предвкушении. — Назовем это… «сближение» или «тайна для одного». Короче, смысл в том, чтобы мы узнали друг друга получше и сблизились. Нужно выбрать одного человека, обменяться с ним наедине по одному вопросу и ответить на них честно.

— Это что, уходить надо? — возмущается Тоха.

— Ну хочешь, на месте сиди, по-тихому обменяйтесь там, — психует она. — А давайте… пойдем лучше по кругу. Я начну, — переводит взгляд на Алину и уже во всю улыбается ей. — Али-и-ин, пойдем?

— В смысле? Нахрена