Никто не узнает - Ника Лисовская

— Просто разговаривали? — Ника даже поперхнулась десертом. Когда приступ кашля прошел, девушка сделала несколько глотков вишневого сока и возмущенно покачала головой. — Вот не думала, что теперь это так называется! Да он почти трахал ее, прямо за столиком! Если бы ты только видел эту картину!

— Не знаю, не видел, — сухо ответил Стас. — Зато слышал о тебе много разных гадостей. Говорят, ты спишь с Глебом, и Ян нужен был тебе для того, что бы приблизиться к нему.

— Хватит! Всему есть предел! — оборвала его Ника. Она не могла больше этого слушать, она не могла себе представить, что же будет, если эти сплетни дойдут до Яна. Если Лариса уже не рассказала ему все, "правильно" расставив акценты. Что он о ней подумает?!!

— Теперь я понимаю, почему Берта обрывает мне телефон! Она наверно не может понять, как же я дошла до такого! Представляю, что… Что…

— Что происходит с Яном? — подсказал Стас. — Могу рассказать.

Ника удивленно приподняла брови. Подумать только — сколько всего может произойти, пока ты сидишь дома и жалеешь себя!

— Вчера видел возле клуба "Клетка" практически невменяемого Яна, который искал приключений. Вернее собирался затеять драку. Чем закончилось, не знаю — времени смотреть небыло. Ну что, Ника, за что боролись, на то и напоролись? — сочувственно покачал головой Стас. — А говорила, что готова терпеть любвеобильность Яна.

— Можно мне об этом не напоминать?! Откуда мне было знать, что так все получится? — пожаловалась Ника. — Понимаешь, эти люди, эта компания, они такие непонятные для меня! Я не понимаю, что происходит! Я… Я дура может быть, но я просто всегда думала, что друзья — это люди, которые помогают друг другу, а не наоборот!.. Не знаю, что мне со всем этим делать! Стас! Что делать, а? Я запуталась совсем, да еще и эти сплетни! Я бросалась на официантов и перебила всю посуду!.. Подумать только!..

— Ника, а почему ты не пошла к Берте за ценным советом? Она знает их всех лучше, чем я.

— Берта! — презрительно фыркнула Ника. — Берту начинает заносить, когда речь заходит об этой компании! Она очень гордится, что знакома с ними, что может называть их своими друзьями! По ее мнению я, наверное, должна была тихо молчать в тряпочку и радоваться, что Ян вообще обратил на меня внимание!

— Ну, в чем-то Берта права, ты просто не оценила еще своего счастья, — Стас усмехнулся, — ты же общаешься с детьми одних из самых преуспевающих людей города!

— Стас! — отмахнулась Ника. — Я не знаю, что мне делать, а ты говоришь о каких-то деньгах!

— В этом и дело. Простым смертным в этой компании места нет. Потому Берту и заносит. Она чувствует себя представительницей местной элиты! Золотая молодежь, вся фигня…

— Гордится тем, что у тебя состоятельные родители — глупо! — фыркнула Ника.

— Ты раньше с кем дружила? — неожиданно спросил Стас. — Там, в другом городе.

— Ну, — Ника пожала плечами. — С обычными людьми. И школа у меня обычная была. Не лицей, не гимназия — обыкновенная школа! При чем здесь это?

— Как у тебя башню то не снесло, от такого контраста? — с усмешкой покачал головой Стас.

— Не снесло! Я с людьми дружу, а не с кошельками!

— А вот Лариса из обычной семьи и Ян ей важен не только из-за каких-то там чувств. Есть и кое-что еще. Это бесконечные клубы, дорогая выпивка и развлечения. Магазины, шмотки, подарки.

— Что? Ты хочешь мне сказать, что Ян содержит Ларису?

— Я не знаю. Не буду врать, но я ее помню немного другой.

— Ладно, — Ника склонила голову на бок. Она прислушивалась к себе. Она хотела понять — вызывает ли услышанное в ней какие-то чувства. Нет. Ничего. Ларису она презирала и так, и без знания о том, что она содержанка или что-то типа того. И отношение к Яну не изменилось — хочет тратить отцовские деньги на эту мымру — его дело. — Стас, мне все равно!

— Понятно, не продолжай, — прервал ее Стас. — Счастья своего ты еще не оценила. Тогда зайдем с другого бока. Чего ты хочешь? Хочешь вернуть Яна?

— Нет… Мне Глеб такого о нем рассказал, что я представить не могла, что возможно быть на столько двуличным! Я ему не доверяю, хоть только он в моей глупой голове! Только он и вся эта сцена в "Сафари"! Это просто невыносимо! — сигарета задрожала в Никиных пальцах.

— Попробуй использовать Глеба, как лекарство от сердечных ран, — полушутя полусерьезно посоветовал Стас.

— Глеб? — большой Никин рот презрительно скривился. Совет был воспринят буквально. — Он, конечно, симпатичный и может быть довольно милым, если сделает над собой большое усилие, но… Как-то фальшиво.

— Тогда, Ника, я дам тебе один очень ценный совет — не надо всем этим париться. Жизнь отличная штука и она все расставит на свои места.

— У меня такое чувство, что я сама себя обманываю, — задумчиво произнесла девушка. — Только я пока не знаю в чем.

Часа через два позвонил Глеб, и Ника приняла его приглашение съездить в кино. Очень хотелось как-то отвлечься и расслабиться, но не получилось. Как сказал Стас "жизнь внесла свои коррективы".

В кинозале с Никой начало происходить что-то непонятное. Она сидела словно на иголках, все ее раздражало — сюжет фильма, глупые диалоги героев, их, казавшаяся фальшивой игра.

— Глеб, давай уйдем! — потребовала Ника пронзительным шепотом.

— Почему? Отличный фильм! Я хочу досмотреть!

— Тогда я сама уйду! — пригрозила Ника. — Меня просто бесит все! Сидим, как придурки в темноте и смотрим какую-то бредятину! Взрослые люди таращатся на экран не в состоянии оторваться от игры довольно паршивых актеров!

— Ты вообще-то права, — обернулся к девушке Глеб. — Можно найти занятие и поинтересней!

Он потянулся к Нике, что бы поцеловать, но она возмущенно зашипела:

— Не смей! Полный зал людей, а ты начинаешь ко мне приставать?!!

— Я соглашусь с тем, что десять человек это полный зал, и что целоваться в кинотеатре неприлично, если ты дашь мне досмотреть фильм до конца!

Ника ничего не ответила. Она молча дождалась окончания сеанса, но зато когда они с Глебом вышли из кинотеатра, Ника всем своим видом показывала, что обижена.

— Ну, и что мы дальше делаем? — поинтересовался Глеб, останавливаясь на ступеньках кинотеатра и оглядываясь вокруг.

— Без разницы, — ответила Ника.

Глеб всмотрелся в обиженное лицо девушки.

— Ты не заболела? Ты сегодня совсем плохо выглядишь. Такая вся сине-зеленая от душевных кризисов. Хочешь, что бы я тоже приобрел этот неповторимый оттенок? Ты можешь понять, что мне до твоих обид нет никакого дела?

Ника все отлично понимала. Глеба не трогали ее капризы и прочие глупости, и все же очень хотелось, что бы кто-то ее пожалел. Ну, хоть самую малость. Ей сейчас очень нужна была поддержка.