Порочная королева - Троицкая Ольга

Никифоровна проворно выскочила из кухни, и вскоре со двора разнесся крик потревоженных кур: старуха торопливо грабила их гнезда. Андрей сразу же потерял интерес к еде. Очень тихо спросил девушку:

— Ты возьмешь с собою пистолет?

Карина отвернулась и кивнула. Тут же мысленно зло выругала себя: "Дура! Что творишь?"

А вслух быстро произнесла:

— Давай его, — словно согласного движения было мало для доказательства ее готовности исполнить волю мужчины.

— Встретимся на Луначарского. Жди меня на остановке.

В комнате Карина спрятала смоляные волосы под белой шелковой косынкой, которую Никифоровна пожертвовала из своих запасов "саа-авсем за бесплатно" — за пятьдесят рублей.

Красную бейсболку в этот раз надел Андрей.

Девушка завернула пистолет в старухин халат и засунула его в сетку. Снова пискнул разум: "Остановись! Если тебя поймают с этой игрушкой, ни один адвокат не защитит. Спрячь пистолет между подушками. Вот Никифоровна обрадуется, когда найдет!" Однако девушка проигнорировала трусливое подстрекательство рассудка и, прижимая к груди опасную ношу, выскочил вон.

— Сперва дочку забросим на остановку. Ей тут еще в одно местечко надо, — сообщил Андрей сидящей рядом с ним Никифоровне.

— Ка-а-анешна, — отозвалась она, расправляя широкую юбку.

Когда Андрей выруливал со двора Загадаевой, участковый Фунтиков находился в соседнем доме. Получив приказ выяснить, нет ли в деревне чужаков, он ринулся к обиталищу трактирщицы. Однако, решив провести операцию на должном уровне, предварительно заглянул к соседке Никифоровны: мол, не видела ли она чего? не слышала ли? не таит ли каких подозрений?

Но тут засиженный веснушками нос мента учуял такой знакомый и родной запах самогона. Фунтиков с грозным видом стоял над баклажкой чистого как слеза ребенка первача, хозяйка кричала в голос, а синие «Жигули» уходили все дальше и дальше по узкой, кривой улице.

— Значит, бабушка, постояльцы тебе скучать не дают? — улыбнулся Андрей.

— Я вообще скучать не умею! — категорично отозвалась Никифоровна. — А уж в молодости…

Она верещала, как заведенная, довольная тем, что у нее нашелся добровольный слушатель.

Сперва мужчина подзадоривал старушенцию вопросами, но очень быстро понял: природному болтуну собеседники ни к чему — и замолчал.

Карина подняла голову, и в зеркальце машины ее глаза и Андрея встретились. Он словно беззвучно просил: держись! А Никифоровна все продолжала свой бесконечный рассказ про радости и трудности современной старухи. Она не чувствовала, что ее бодрый голос звучит диссонансом в напряженной охрипшей тишине.

Андрей затормозил, немного не доезжая до кладбища. Карина выбралась из машины и, не оглядываясь, быстро пошла вперед. За ее спиной мужчина спросил:

— Бабушка, не будешь против, если мы минут на пять у какого-нибудь магазинчика остановимся?

— Ка-а-анешна.

На непослушных ногах Карина подошла к остановке и быстро огляделась. Несколько зеленых лавочек под широким навесом. Три старушки торгуют рябыми тугими георгинами и печальными шелковыми розами. А дальше через дорогу простирается город мертвых. Ровные ряды памятников, крестов, оградок. Между ними грустит под серым осенним небом пряничная молельня.

Возможно, где-то здесь, за плакучими ивами, лежит в земле мальчик Ваня.

Карина сильнее сжала ручки сетки. Девушке показалось, что одна из цветочниц бросила на нее подозрительный взгляд: появилась откуда-то со стороны посадок, к могилкам не подошла, сразу же пристроилась ждать автобус. Великоцкая нервно дотронулась до белой шелковой косынки, но не решилась стянуть это безобразие с головы. Впервые в жизни девушка испытала недовольство оттого, что природа наградила ее слишком густыми и черными волосами. Шатенке (да даже блондинке!) легче затеряться в толпе. А она… Такое ощущение, что все внимательно рассматривают ее. Наконец-то подошел длинный желтый автобус. Карина заскочила в него одна из первых и плюхнулась на сиденье у окна.

— Свободно у вас?

Рина скосила глаза. С нескрываемым интересом на нее смотрел парень с головой, вытянутой, как огурец. Девушка кивнула и отвернулась.

— Сегодня похолодало, — попытался завязать разговор с красивой попутчицей огурцеголовый.

Карина не ответила, даже не взглянула на парня, и тот сник. Сердце девушки стучало все сильнее, точно разгонялось вместе с автобусом.

Вот он, огромный щит с нереально доброй физиономией гаишника и надписью: "Мы в ответе за ваши жизни". Водитель резко сбавил скорость.

Впереди вилась еле ползущая очередь из разнокалиберного автомобильного транспорта.

— Что такое? — зашушукались бабуси, вытягивая шеи.

— Авария, наверное, впереди, — предположил кто-то.

Старичок в очках с видом знатока возразил;

— Не авария — преступников ловят.

Карина почувствовала, что сумка с пистолетом налилась свинцом. Девушке хотелось выпустить из рук сетку: "Нет! Это не мое! Я не имею никакого отношения к оружию, во всей этой безумной запутанной истории!"

А дед продолжал:

— Двое убийц сбежали из, тюрьмы. Вооруженные.

— Не из тюрьмы, а из психушки, — пробасил мужик с бычьей шеей.

Автобус прополз мимо теремка гаишников.

Карина вздохнула с облегчением, и тут водитель затормозил. Однако менты не полезли в салон, кишащий недовольными задержкой пассажирами. Отдуваясь, туда поднялась толстая женщина-контролер. Великоцкая сразу поняла ее истинные намерения. Женщина только делает вид, что проверяет билеты. На самом деле она ищет ее, Карину, и Андрея. Без сомнения, сыскари сунули толстушке под нос бездарные фотороботы:

"Посмотрите, нет ли среди пассажиров этой сладкой парочки". И контролерша с готовностью подключилась к поимке особо опасных. Вот что-то уж слишком внимательно уставилась на здоровяка, минуту назад басившего про сбежавших психов. В страхе Карина приоткрыла рот. Перед глазами всплыло обеспокоенное лицо Андрея, обращенное к Никифоровне: "Можно тебя бабушкой называть?" Девушка резко повернулась к соседу и улыбнулась ему своей самой обаятельной улыбкой:

— Мы вчера весь вечер в «Камелоте» оттягивались.

Парень слегка опешил от неожиданной благосклонности красавицы, но быстро пришел в себя и промычал:

— "Камелот"? Где это?

— Как где? Возле Дворца спорта. Что, никогда не был? Классная забегаловка.

— Давай завтра вместе туда рванем, — парень уже всей пятерней вцепился в хвост голубой птице удачи.

Карина глупо хихикнула и скосила глаза на толстую тетку, пыхтящую уже в опасной близости. Надо убедить контролера, что огурцеподобный — ее возлюбленный, а не случайный попутчик.

— Ой, что это у тебя? — девушка протянула руку и сняла несуществующую пушинку с белесых волос соседа. Парень покраснел от удовольствия. — На, и мой билет отдашь.

Тут огурцеголовый и вовсе просиял, точно клевая девчонка протянула ему не измятую, измусоленную бумажку, а презерватив. Не давая соседу развить инициативу и ляпнуть какую-нибудь глупость, доказывающую, что они впервые видят друг друга, Карина прощебетала:

— К подруге подвалил такой парень! У него на тачке на капоте — тюнинг. На рычащей пантере женщина сидит. Волосы у нее красиво развеваются. И у хищницы глаза в точности такие же, как у женщины!..

— Ваши билеты.

Огурцеголовый, раздосадованный тем, что их прерывают, недовольным жестом сунул тетке бумажки.

— А я говорю: "Мне отец в девять велит домой возвращаться". Ну, смеюсь…

— Возьмите обратно, — снова вклинилась в воркование Карины контролерша. Не глядя на нее, парень протянул хилую лапку.

— А он улыбнулся…

Язык Карины продолжал молотить в убыстренном темпе. С такой скоростью, наверное, трещала Загадаева Надежда Никифоровна в период своей нескучной молодости. Девушка мотала сеткой, словно пыталась убедить окружающих, что не везет в ней ничего особенного. Сумка сделала очередное движение вперед, а на обратном пути пистолет больно ударил Карину по щиколотке. Девушка закусила губу и, наконец, замолчала.

Контролерша выбралась из автобуса, подошла к ожидавшему ее менту и отрицательно покачала головою.

— А дальше что было? — напомнил о своем существовании огурцеподобный.

— А-а-а? — на мгновение Карина повернулась к нему и тут же опять уставилась в окно:

— Ничего.

— Ну так пойдем завтра в "Камелот"? — продолжал цепляться попутчик, не желавший понять, что с ним больше не хотят разговаривать.

— Да пошел ты… — процедила девушка.

— Что? — парень демонстрировал чудеса тупости.

— Я сказала: отвяжись, — прошипела Карина, боясь привлечь к себе внимание пассажиров.

— Как? Ты же…

Великоцкая резко поднялась, задевая стоящих, пробралась к кабинке шофера. Злыми глазами она смотрела на стремительно приближающийся город.