Инструктор по выживанию. Чрезвычайное положение - Николай Мороз

– Заходи, кто хочешь, – Егор пристроил велосипед у почтовых ящиков на площадке между вторым и первым этажами, поднялся по лестнице и нажал кнопку звонка. Надо же, работает, резкие короткие звуки следовали один за другим, но без толку. Егор наклонился, прижал ухо к ячейке замка – нет, внутри пусто, не слышно ничего, ни шагов, ни звуков. Где они могут быть, интересно? «Нивы» поблизости не видно, но это ни о чем не говорит – машину Иван Михайлович мог оставить в гараже. Или не мог? Знать бы, где у них гараж…

За спиной приоткрылась дверь другой квартиры, Егор выпрямился и обернулся. Ничего страшного, это седенький божий одуванчик в очках и с палочкой выглянул посмотреть, что там делается на площадке.

– Добрый день, – поздоровался Егор, но ответа не дождался. Полненькая старушенция с седым начесом над морщинистым лбом оглядела «гостя» и деловито поинтересовалась:

– Тебе чего? Соль, сахар, сигареты, лекарства, водку? – и уставилась на Егора прищуренными за стеклами очков бледно-зелеными глазками.

– Продаешь? – пришел в себя Егор, и старушка-процентщица кивнула в ответ.

– Можно за деньги, можно на обмен, – пояснила она и неловко переступила на пороге, опираясь на палку.

– Не, мне не надо, – разочаровал торгашку Егор, – мне про соседей узнать, вот про них, – он указал на квартиру Тихоновых.

– Они на даче живут, еще не приехали, – бабка отковыляла назад и захлопнула дверь.

Вот и весь разговор. Егор сбежал по ступеням вниз, вытащил велосипед на улицу и поднял голову. Куда же вы могли поехать? Да куда угодно – в гараж, в Москву к Петьке или на дачу. Да вот только не доехали, похоже… И искать уже бесполезно, почти неделя прошла, их могло занести куда угодно. Теперь только ждать и надеяться, что они вернутся. Надо будет заглянуть сюда еще разок, через недельку или две. А сейчас домой, забрать кое-что по мелочи и сразу назад.

Дорога и газоны перед желтой пятиэтажкой превратились в помойку, ветер гоняет обрывки упаковки и прочий мелкий мусор вперемешку с желтыми листьями. Машин на парковке всего две, красной «Мазды» нет, людей вообще не видно. Егор вошел в подъезд, втащил «Урал» в тамбур и остановился. Сверху послышался чей-то тихий голос и металлический звон, потом все стихло. Егор не двигался, те, кто был наверху, – тоже. Так прошло минуты две, наверху послышались шаги, скрип и скрежет. Кто-то негромко выругался, что-то тяжелое упало на пол. Егор прислонил велосипед к стенке, выглянул из-за угла и посмотрел наверх. Лиц людей он не видел, только черные, заросшие черными жесткими волосами затылки. Гастарбайтеры даже не обернулись, и неудивительно – они были заняты тем, что пытались вскрыть дверь квартиры на втором этаже. Замок уже поддался, воры торопились и не сразу среагировали на шум сверху. Там грохнула дверь, кто-то побежал вниз по лестнице, и Егор едва успел отшатнуться за выступ стены. По ступенькам шуршали подошвы кроссовок, Егор вжался в стену и выставил ногу вперед. Улов на крючок попался незамедлительно, бежавший первым гастарбайтер споткнулся и грохнулся на грязный пол.

– Привет, – Егор толкнул оторопевшего второго таджика в грудь, тот шарахнулся назад, плюхнулся на ступеньку и тут же получил пинок в живот. Смуглое плоское лицо перекосилось от боли, черные крохотные глазки блеснули из-под сощуренных век и тут же распахнулись. Азиат протявкал что-то коротко, позади послышался шорох. Егор развернулся, отпрянул и пропустил руку с ножом вперед, перехватил запястье нападавшего и вывернул гастру руку. Тот завыл, нож свалился на ступеньку, Егор спихнул финку под лестницу и отшвырнул нападавшего к входной двери. Следом полетел второй, пытавшийся ползти на карачках вверх, он не сопротивлялся и не орал. Дверь открыл башкой, хрюкнул и приземлился в кустах, рядом с распоротым мусорным пакетом, на холмик картофельных очистков. – Пошел, – ускорения обезоруженному налетчику придал пинок под зад. Взлет и посадка прошли нештатно, особенно посадка – скулящий от боли в сломанной руке гастарбайтер рухнул мордой на асфальт и ворочался, пытаясь подняться на ноги. Егор стоял на крыльце до тех пор, пока «талибы» не поднялись на ноги и не убрались прочь. Все было просто и обыденно, словно бить бандитов в собственном доме было в порядке вещей. Егор вернулся в подъезд, первым делом бросился под лестницу и присел в темноте на корточки, всматриваясь в темные углы. Вон он, лежит у колеса старой коляски, лезвие чуть поблескивает в темноте. Егор подобрал нож, но толком рассмотреть его не успел – рядом кто-то был. Егор повернул голову и поднялся на ноги. На площадке между вторым и третьим этажами стояла девочка – лет десяти, высокая, нескладная, как кузнечик, и теребила в пальцах пояс оранжевой с серым куртки и никак не могла решить, что делать и куда бежать – вверх или вниз.

– Здравствуйте, – пискнула девочка и торопливо отступила назад. «Видела все. И слышала», – Егор убрал руки за спину, улыбнулся и кивнул в ответ. Ритуал приветствия можно было считать исполненным.

– Здравствуй, – ответил он, пристально посмотрел ей в лицо, вышел спиной к стене из-под лестницы и взялся за велосипед. Нож удалось незаметно спрятать в карман рюкзака, и Егор потащил «Урал» наверх.

Девочка не уходила, смотрела на Егора со страхом и восторгом одновременно.

– Видела?

В ответ на вопрос она кивнула головой, посмотрела вниз, потом снова на Егора.

– Кто это, по-твоему, был?

– Воры и бандиты, – ответила она, не задумываясь.

– Не будем никому говорить, хорошо? – попросил ее Егор.

– Хорошо. Я никому не скажу, даже бабушке.

– Молодец, – Егор протянул девочке руку, и они скрепили договор рукопожатием. – Тебя как зовут? – спросил он.

– Даша, – отозвалась девочка. Теперь все ее внимание привлекал велосипед.

– Правильно, Даша. Если еще раз их здесь увидишь – никому не говори, только мне. Поняла?

– Да. Ты их снова бить будешь?

– Буду. Если снова здесь поймаю, – подтвердил Егор, Даша боком просочилась между соседом и перилами и побежала вниз.

– Ты почему одна? – крикнул он ей вслед.

– Бабушка болеет, она меня погулять отпустила, – услышал он в ответ, еще через пару секунд внизу грохнула входная дверь.

«Сидела бы ты дома, Даша. И где твои родители, интересно?» – Егор поволок велосипед дальше, добрался до своей квартиры. Ничего нового, декорации не изменились – на площадке та же груда помоев, упакованных в черный пластик. Только запаха нет, похоже, мешки выкинули сюда неделю назад или больше и забыли о свалке под дверью.

В квартире было душно, пахло пылью и чем-то кислым. Егор открыл окна и устроил сквозняк. Хлопнула дверь в кухню, потом над головой что-то заскрипело и негромко стукнуло. Егор посмотрел на потолок и снова принялся копаться в полупустом шкафу. «Быстро же я отвык», – теплая зимняя куртка, даже скатанная в плотный рулон, в рюкзак не влезала. Егор трамбовал ее и так и этак, потом сдался, кое-как застегнул клапан и вытащил рюкзак в коридор. Все, вроде ничего полезного в квартире не осталось, если только бытовуха – микроволновка или стиральная машина. Или телевизор. Кстати, что у нас там?

Пульт Егор искал минуты две, но после того, как включил наконец телевизор, ничего не увидел: все двенадцать каналов показывали одно и то же – «снег». Может, что-то с антенной, а может… он нажал на пульте красную кнопку, выдернул из розетки вилку и пошел в ванную. Вода есть, но напор плохой, из крана удалось выжать лишь струйку толщиной с полпальца. Егор вымыл руки и вытащил из кармана рюкзака трофей, подошел с ним к окну. Финка обыкновенная, но вещичка неплохая – центровка хорошая, сталь качественная, нож хорошо режет и отлично колет. И пятка большая – Егор вертел добычу в руках, – когда держишь прямым хватом с перебросом указательного через гарду, не порежешься. На все годится – и консервы открыть, и ветки ошкурить, изоляцию с провода снять и картошку почистить. Ну, с этим и оставшаяся на даче «переделка» неплохо справляется, а новую игрушку надо поберечь. Откуда дровишки, интересно? Или на стройках подсобным рабочим такие игрушки прорабы раздавали, пока заказчик прибыль подсчитывает? Традиции, мать их, – ножом приобщать неверных к своей культуре.

– Поторопился я.

Егор свесился через перила и посмотрел вниз, на залежи мусора под окнами. Гастарбайтеры давно слиняли, по дороге пробежала стая крупных дворняг. Псы молча и сосредоточенно гнали к соседнему дому черного лабрадора в розовом ошейнике. Щенок-подросток затравленно озирался и пытался уйти в отрыв, но спотыкался, путался в длинных лапах и дважды едва не растянулся в куче мусора. Егор резко свистнул сквозь зубы, дворняги метнулись в кусты, щенок шарахнулся к подъезду, рванул по дорожке мимо подвальных окон и пропал за углом.

– Поживешь еще денек-другой, – напутствовал пса Егор и вернулся в квартиру.

Над головой снова заскрипело, кто-то, шаркая, полз по квартире на пятом этаже. Может, бабушка Дашина, может, кто другой. Главное, что живой, а это уже хорошо. Егор закрыл окна, обошел полупустую квартиру еще раз и вышел в подъезд. «Урал» с площадки никуда не делся, куча мусора тоже.