Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

лошадь его дернулась и тяжелый меч опустился на череп несчастного животного, прямо между ушей. Лошадь рухнула на бок и всадник покатился по земле.

Я спешился, чтобы прикончить его. Я был уверен, что он получил рану. Но оказалось, что он уже мертв, как камень. Видимо ударился головой о землю. Я забрал его нож, копье, лук и стрелы, хотя мне совсем не нравилось это тяжелое неудобное оружие.

Я не думал о девушке, будучи уверенным, что она бежала. Но когда я отошел от тела Калькара, я увидел, что девушка еще здесь, что она сидит на лошади и смотрит на меня.

Глава 7

БЕТЕЛЬДА

— Ну! — спросил я. — Почему ты еще здесь?

— А куда мне бежать?

— Как куда? К своим друзьям Калькарам.

— Я не убежала потому что ты не Калькар.

— Почему ты думаешь, что я не Калькар? — спросил я. — А если я не Калькар, почему ты не убегаешь от меня, врага твоего народа?

— Ты назвал его Калькаром, когда вызывал на бой. Но Калькары так не обращаются к друг другу. А к тому же я не Калькарка.

Я подумал о тех Калькарах, которые хотели уйти от Калькаров и присоединиться к нам. Может эта девушка тоже из них?

— Кто ты? — спросил я.

— Меня зовут Бетельда, — ответила она. — А кто ты?

Она смотрела на меня своими огромными глазами и я впервые рассмотрел ее. Должен признать, что смотрел я на нее не без удовольствия. У нее были большие, прикрытые пушистыми ресницами серо-зеленые глаза, в которых играла смешинка. В ней было что-то мальчишеское, но это была женщина, с головы до ног женщина. Я долго стоял и смотрел на нее, пока морщинки нетерпения не появились на ее лбу.

— Я спросила, кто ты, — напомнила она мне.

— Я Юлиан Двадцатый, Красный Ястреб, — ответил я и мне показалось, что в глазах ее мелькнул страх, но должно быть я ошибся. Я потом узнал, что эту девушку не напугать просто словами.

— Скажи, куда ты идешь, я провожу тебя, чтобы на тебя снова не напали.

— Я не знаю куда идти, так как везде мои враги.

— Где твой народ? — спросил я.

— Думаю, что все они убиты, — сказала она с дрожью в голосе.

— Но куда же ты направляешься? Ведь есть у тебя цель?

— Я ищу место, где могла бы спрятаться. Японцы могли бы оставить меня у себя, если бы я нашла их. Они очень добры ко мне.

— Но японцы ненавидят Калькаров и они не примут тебя.

— Мой народ американцы. Они живут среди Калькаров, но они не Калькары. Мы живем у этих гор уже сто лет и часто встречали японцев. Японцы хорошо к нам относятся.

— Ты знаешь Саку? — спросил я.

— Я знаю его с самого детства.

— Тогда едем, я отведу тебя к Саку.

— Ты его знаешь? Он близко?

— Да. Едем.

Она последовала за мной по той дороге, по которой я только что ехал. Хотя я досадовал на задержку, я был рад, что мне удастся так быстро сбыть с рук девушку. Не мог же я бросить ее одну без защиты. Но и взять ее с собой, я тоже не мог. Я не был уверен, что мой народ примет ее.

Через час мы уже были в новом лагере Саку. Маленький народ очень удивился, снова увидев меня, но когда они увидели, что со мной Бетельда, радости их не было предела. Я понял, что девушка не обманывала меня относительно доброго отношения к ней японцев. А когда я собрался уезжать, японцы стали отговаривать меня, говоря, что скоро ночь и я непременно заблужусь в этой долине, где так много дорог. Я заблужусь и потеряю больше времени, чем выиграю.

Девушка слушала наш разговор, а когда я все же решил ехать, она предложила мне свою помощь.

— Я очень хорошо знаю долину. Скажи, куда ты направляешься и я приведу тебя туда самым кратчайшим путем так же легко, как и днем.

— Если ты едешь к своему народу, может люди позволят мне остаться с вами, ведь я американка, верно?

Я покачал головой.

— Боюсь, что они не примут тебя. Мы плохо относимся к американцам, которые жили с Калькарами — даже хуже, чем к самим Калькарам.

— Я всегда ненавидела Калькаров, — гордо сказала она. — Если четыреста лет тому назад мои предки совершили ошибку, разве я виновата в этом? Я такая же американка, как и ты, я ненавижу Калькаров даже больше, чем ты, так как знаю их лучше, чем ты.

— Мои люди не примут этих доводов. На тебя спустят собак и они разорвут тебя на куски.

Она вздрогнула.

— Вы такие же ужасные, как Калькары, — горько сказала она.

— Ты забыла о тех мучениях и унижениях, которые выпали на долю моего народа в течение многих лет. И это все из-за того, что среди американцев нашлись предатели. — напомнил я ей.

— Мы тоже страдали и мы столь же ни в чем не виноваты, как и вы, — Она внезапно взглянула в мои глаза.

— Как ты сам думаешь? Неужели ты тоже ненавидишь меня больше, чем Калькаров? Ты же спас мне жизнь сегодня. Сделал бы это для того, кого ненавидишь?

— Ты женщина, — напомнил я ей. — А я