Древняя техника усиления - 我是多余人 По Ювэнь

Она смахнула руку Цин Шуй и похлопала его по голове. Цин Шуй закрыл глаза от удовольствия.

Это была та самая пара рук, которая способствовала его просветлению в алхимии. Техника исконной божественной иглы хаоса, Древняя техника: огни Инь-Ян и даже развитие маленьких восстанавливающих гранул. Никто не знал, когда он изучил все это. Многие катастрофы были предотвращены благодаря тому просветлению. Род Цин был бы стерт с лица земли, если бы не его алхимия.

Чем больше Цин Шуй думал об этом, тем больше благодарности испытывал к этой паре рук. Подсознательно он взял эти белоснежные руки в свои. Они были теплыми относительно зимнего холода, но важнее всего было то, что они были мягкими, гладкими и приятными на ощупь.

— Эй-эй! Что ты делаешь? — Вэньжэнь У-Шуан наблюдала, как Цин Шуй опьяненно смотрит на ее руки, нежно ласкает их. Она почувствовала, как у нее покалывает сердце.

— Это руки, которые достучались до моего просветления. Это святые руки, и я должен поблагодарить их! — сказал Цин Шуй и слегка чмокнул ее в руку.

— Ах, щекотно! Тогда вот тебе еще раз! — Вэньжэнь У-Шуан засмеялась и снова постучала Цин Шуй по голове.

Какая цветущая, очаровательная улыбка!

В обед Цин Шуй дал измученным возницам перерыв и отправился на охоту за двумя курицами Сяньтянь. Он обещал Вэньжэнь У-Шуан вкусный обед.

Ощипать перья, выпотрошить, разжечь огонь и разрезать курицу Сяньтянь на кусочки! Цин Шуй двигался с профессиональной быстротой, создавая шедевр.

Достать котелок! Котелок, который Цин Шуй выудил из своего чемодана, был на самом деле взят из Сферы вечного фиолетового нефрита.

Цин Шуй добавил в него меньше половины Фрукта пьяного аромата, когда приготовил остальные ингредиенты!

Когда дурманящий запах наполнил воздух, даже удрученные возницы повернулись, чтобы с увлечением взглянуть на котелок, стоящий перед Цин Шуй и Вэньжэнь У-Шуан.

— Ух ты, почему это так вкусно пахнет? — Вэньжэнь У-Шуан недоверчиво смотрела на Цин Шуй.

— А почему бы и нет?

— Я имею ввиду, что никогда не думала, что существует такой соблазнительный аромат. Если бы не сегодня, я бы никогда не узнала о таком удивительном запахе, — прокомментировала Вэньжэнь У-Шуан, облизывая губы.

Сердце Цин Шуй тяжело забилось, когда он увидел этот розовый язык. Даже Вэньжэнь У-Шуан услышала его, потому что покраснела, увидев, что он пялится на ее губы.

С одной стороны, двое сильных возниц выглядели особенно удрученно, грызя сухие, безвкусные пайки. Они контрастно выделялись на фоне Цин Шуй и Вэньжэнь У-Шуан, пирующих у котелка. Куриный суп был прекрасен, словно нектар, а кусочки курицы были мягкими, ароматными, божественными!

— Вкусно, невероятно вкусно. Цин Шуй, ты можешь готовить это для меня каждый день? — сказала Вэньжэнь У-Шуан, с удовольствием поглаживая свой раздувшийся животик.

— Называй меня «мужем», и я буду. Или «муженьком». Если это слишком, «брат» тоже сойдет, — Цин Шуй, что, попробовав однажды курицу, будет хотеться еще. Увы, он не мог отказаться от того, чтобы не подразнить эту невероятную женщину.

ѓ- И не мечтай. Хах, ты уже достаточно добился. Измени свои условия, — Вэньжэнь У-Шуан насупилась, ощущая тревогу, но сохраняла спокойствие.

— Я изменю свои условия — ты публично объявишь, что являешься моей. Тебе придется согласиться, — шутил Цин Шуй с притворной медлительностью.

— Нет! Разве это не то же самое? — Вэньжэнь У-Шуан горько посмотрела на Цин Шуй.

— Тогда давай остановимся на одном простом условии — поцелуй меня. Это просто, это же не…

— Ах! Искусать твое лицо, вот на что я согласна!..

Уже десять дней прошло с тех пор, как металлические быки вступили на пустынный горный хребет. Чтобы войти, им нужно было пройти через узкую и длинную долину.

— Друг, ты уже давно следуешь за нами. Я вступлю в долину, если ты не возражаешь! — внезапно ясным голосом заявил Цин Шуй. Голос был резким, но не громким.

— Ха-ха-ха, а у тебя обостренные чувства! — в горах послышался дикий смех. Крупный мужчина с раскрасневшимся лицом появился посреди дороги.

Цин Шуй вместе с Вэньжэнь У-Шуан смерил мужчину взглядом, спустившись с металлических быков.

У него были грубые черты: чудовищный нос, гигантский рот, пронзительные, но похотливые глаза. На вид ему было около сорока, он был одет как простолюдин. Он глазел на Вэньжэнь У-Шуан, и его взгляд был бы понятен любому мужчине.

Самой удивительной частью его тела были его руки. Ладони у него были словно лопасти. Они были вдвое больше, чем обычно, на каждой было по десять необычно тупых, золотых пальцев.

— Говори, зачем ты следуешь за нами? — Цин Шуй нахмурился. Он видел, что мужчина силен, по крайней мере, сильнее, чем парень из рода Ситу. Но ему не казалось странным, что он встретил его в такой пустынной местности.

— В жизни я желаю только две вещи — еды и женщин! — ответил мужчина со злобным смехом, который вместе с его огромными глазами мог заставить содрогнуться.

Вэньжэнь У-Шуан было не по себе. Она боялась его дьявольского, пошлого взгляда.

Глава 159. Гибельный удар, Удар тигриного хвоста

Вэньжэнь У-Шуан было не по себе. Она боялась его дьявольского, пошлого взгляда.

Цин Шуй мягко взял У-Шуан за руку и сказал:

— У-Шуан, подожди в карете. Я в момент расправлюсь с этим извращенцем.

— Парень, я не хочу убивать вас. Я всего лишь хочу попробовать вкусную еду, которую ты приготовил. Если ты пообещаешь приготовить мне вкусную еду, которая так аппетитно пахла, и позволишь мне несколько дней побыть с этой женщиной, я отпущу вас обоих, — бесстрашно сказал мужчина, изображая милосердие. Его лицо выражало искренность.

— Черт тебя побери! Кем ты себя возомнил? — Цин Шуй пришел в ярость, даже больше, чем когда узнал о скрытых намерениях двух возниц.

В основном из-за тона мужчины, его высокомерия, эгоизма. Он действовал так, словно был самым значительным, впечатляющим человеком. Он также вел себя как добродетель, хотя в действительности был пошлым развратником. Есть пословица: показной пошляк позорнее куртизанки. Его поведение было хуже, чем у куртизанки, которая по крайней мере открыто заявляет о своих действиях.

Услышав слова Цин Шуй, человек изумился. Не то чтобы раньше его никто не проклинал, но все они были мертвы. Этот парень не знал ничего лучше, чем оскорблять его. Он думает, что он не убьет его?

— Парень, есть еще время, чтобы изменить свое решение. Если нет, я доставлю тебе такие страдание, что ты предпочтешь умереть! Я также позволю тебе собственными глазами смотреть, как я играю с твоей женщиной, используя самые разнообразные техники, о которых ты даже не подозревал, — лицо мужчины было искажено похотью и злобными намерениями, отпугивающими остальных.