Фантастика 2025-32 - Алексей Викторович Вязовский

ни Грозы нет. Поэтому и пошёл их искать, услышав от Василисы, что они теперь вместе работают.

Так и обнаружил где-то в километре от поместья черновую кузницу. Черновую — потому что полноценной кузницей это назвать пока что нельзя было. Скорее, нечто среднее между временным решением и складом. Именно над этим местом наши новенькие корабли зависли.

Я, когда зашёл, увидел десятки разобранных механизмов. Кажется, наши корабли кое-кто успел распотрошить. И эти кое-кто находились здесь же. Обе с завязанными в пучок волосами и в кожаных фартуках.

— Так-так-так, — протянул я. — Чем это вы тут занимаетесь?

— В отличие от тебя, работаем, — сухо ответила Мария.

— Спар, ты как раз вовремя, — обрадовалась Пушка. — Иди, будешь ковать с силой духа. Нам это поможет кое-что сделать.

Короче, меня припахали. Попутно объяснив, чем они тут занимаются. Всё просто на самом деле. Пушка ещё при мне, когда первый раз на корабли попала, половину всего там забраковала. В рамках подготовки к походу они решили исправить самые страшные огрехи. Чем и занимались. На вопрос, как именно и точно ли они справятся, Мария снисходительным тоном мне лекцию выдала. Удивительно, но факт — она ещё и очень уважительно о Пушке, пусть и косвенно, но всё же высказалась.

Если в общих чертах, то рыжая изучала три уникальные вещи. Первая — это то, как знаки и руны внедряются в металл. Вторая — методы ковки и работы с материалами. Что, как я знал на своём опыте, дело непростое и иногда выглядит мистически. Ну и третье — руны.

С рунами было интереснее всего. С нотками восторга мне, неучу, Мария на пальцах объяснила, что знаки и руны — это, можно сказать, языки. А раз так, то и общие принципы, относящиеся к языкам, справедливы и по отношению к ним. Что языки — это сложные лингвистические системы, вполне себе живые, которые со временем меняются и даже умирают. Что есть великое множество диалектов и всего прочего. Гар-дунок обучил всего «десяти» словам языка, то есть десяти рунам, но они относились к древнему языку. Что, как я понял, было очень круто. Но, как ни крути, десяток — это мало для полноценной работы. Поэтому Мария здесь и находилась. Она знала больше двух сотен знаков, её словарный запас был в разы шире. Но ковать она не умела. Зато это умела делать Пушка. Так эти двое и сотрудничали. К ним ещё Тим заходил. Он подошёл где-то через полчаса после моего появления. Тоже показав, что может быть полезным в этом деле. Пушка ковала и вправляла знаки. Мария выстраивала сложные цепочки знаков. Тим… Ну, он это всё «видел» и добавлял гармонии. Звучит странно, но я и сам смутно понял, что он делал.

В общем, дело шло полным ходом. Я попросил, чтобы они сильно не затягивали сроки и не увлекались. Надеюсь, послушают.

* * *

Подготовка заняла две недели. В ней я не особо-то и участвовал. Другими делами занимался. Пытался цепь себе на службу поставить да плащ стимулировал точечными вливаниями силы духа и энергии. Он у меня с момента обретения отлично разросся и это направление можно было бы использовать для развития скрытности.

Но было у нас ещё одно направление, которое могло обеспечить серьёзную прибавку в мощи. Камни. Один легендарный и три редких. Которые я всё не брал, откладывал и откладывал.

Сейчас-то я куда лучше понимаю логику этого решения. Большинство камней… бессмысленны. Уточню — бессмысленны, если ты уже сложившийся маг или воин. У меня есть редкий камень, который создаёт вокруг тела защитный энергетический слой. Полезная штука. Для рядового ныряльщика, у которого на момент начала карьеры ничего нет. Для меня же на данном этапе это уже бесполезный камень. Потому что я и так могу создать подобную защиту. Более того, я могу создать защиту куда крепче. Единственное, что даёт мне камень, — это чуть-чуть упрощает создание основы под защиту. Да и то это «чуть» с каждым разом сокращается. Рефлексы и навыки-то нарабатываются.

На редком уровне подобных «бесполезных» умений полно. В кавычках, потому что, повторюсь, актуальность они теряют, когда ты уже состоялся. Для немагических рас, таких как наша, состояться без подобных камней не получится. Потому что именно они закладывают основу, что-то там внутри тела перестраивая.

Найти среди редких что-то мне подходящее, чему я не могу научиться так, большая проблема. С легендарными камнями дела обстоят лучше, но не сильно. Когда-то очень давно, когда мы первые разы спускались в Колодец, по наши души пришли какие-то придурки. Закончилось это так себе. Я тогда свой крутящийся шар получил. И добыл первый легендарный камень, который позволял выстреливать лучом энергии. Мощно, круто и бесполезно. Сейчас у меня есть куда больше способов обеспечить схожий урон. А тратить энергию столь расточительно и шумно… Нет, спасибо.

С этим вопросом мы к Грозе пошли. Гэцу крут, конечно, я готов признать. Но в этих вопросах разбирался куда хуже. Поэтому и обратились за консультацией. Гэцу получил одну, а я сразу две.

Камни имело смысл брать трех типов. Первый — это тот, что создаёт связь с какой-то частью мира. Управление молниями и бурями — подобный пример. Сюда же идут любые стихи. Второй тип — тот, что меняет организм таким образом, каким я самостоятельно перестроить не смогу. Камень адаптации — то самое. Третий тип — это тот, что каким-то образом нарушает базовые константы и законы физики.

Мы обсудили то, что у меня есть, и остановились на трёх камнях. Легендарный, который позволяет конвертировать энергию в кинетический урон. Редкий, который позволяет кинетический урон конвертировать в энергии. Почти то же самое, что у Калии, только она импульсы накапливает и удерживает, без конвертации. Второй редкий назывался «малая алхимическая печь». Он позволяет конвертировать одни типы энергии в другие. В потенциале эти три камушка позволят мне заряжаться от магов ещё лучше, а бить — ещё сильнее.

Неплохой вариант. Если бы я не знал, что на просторах миров полно существ, против которых это не сработает. Те же маги пространства.

— Найдёшь эпический камень, делов-то, — ответила Гроза на мои сомнения.

— Да, дело-то, — ядовито ответил я. — Ты в который раз мне это предлагаешь, будто они на каждом углу валяются.

— Артефакты же нашёл? Вот и с камнем справишься.

— Ты же говорила, что это невозможно.

— Я говорила, что сама не нашла и не слышала, чтобы