История ислама. Т. 1, 2. От доисламской истории арабов до падения династии Аббасидов в XVI веке - Август Мюллер

ад-Даулой, будучи генералиссимусом войск в Каире, был схвачен и умерщвлен позавидовавшим ему эмиром – вот последнее известие, дошедшее до нас о Хамданидах Мосула.

Но как ни замечательна была изменчивая игра их судьбы, не они доставили подлинную славу своему роду. Начиная с 331 (943) г. мы совершенно упустили из виду Сейф ад-Даулу – это случилось потому именно, что он нашел для своей деятельности иную арену. Едва вернулись в 333 (944) г. халиф Мутгаки в Багдад, а Ихшид в Египет, как Хамданиды снова устремились на север Сирии. Из своих владений в Дияр-Мудар им стоило только переправиться через Евфрат, чтобы достичь в два перехода Халеба, принадлежавшего вместе со всей остальной Сирией к владениям египетского эмира. На этот раз двинулся туда сам Сейф ад-Даула; 8 раби I в 333 г. (29 октября 944 г.) вступил он в этот город. Вскоре затем, разбив при Химсе посланное Ихшидом войско, под предводительством Кафура[345] двинулся он далее к Дамаску. Гарнизон, однако, отказался сдаться, а когда подошел сам Ихшид с сильным войском, Сейф ад-Даула принужден был отступить: неудачный бой под Киннесрином понудил его даже очистить Халеб. В конце 334 или же в начале 335 (946) г. последовала смерть энергического Ихшида, снова развязавшая руки Хамданидам. Владычество над Египтом перешло к сыну эмира, еще несовершеннолетнему ребенку. Именем его стал управлять Кафур, и впоследствии, для того чтобы держать своего начинающего оперяться молодого эмира в полной зависимости, предстояло много хлопот египетскому военачальнику. Сейф ад-Даула этим воспользовался и утвердился в 335 (946) г. в Дамаске. Но он попортил свои отношения к жителям города и кочевавшим кругом бедуинам. Слишком рано стал выказывать эмир свои намерения ввести более строгое управление среди привыкших к почти независимой жизни арабов, пользовавшихся слабой связью Сирии с Египтом. Жители Дамаска сами же позвали Кафура, Сейф ад-Даула проиграл два сражения подряд и снова должен был очистить не только Дамаск, но даже и Халеб в конце 335 или начале 336 (947) г. Немного времени спустя заключен был, однако, между ним и Кафуром договор. Желая оградить покой на дальнем севере, чтобы с большей уверенностью разыгрывать далее роль господина в Египте, он уступил Сейф ад-Дауле Северную Сирию со включением Химса, а Дамаск оставил в подчинении Египта. Обе стороны должны были поневоле держаться свято сохранения договора. Кафуру приходилось считаться с неоднократными попытками своего питомца высвободиться из-под тягостной зависимости, а Сейф ад-Даула по горло был занят в своем вновь возникшем государстве беспрерывной борьбой с напирающими на него византийцами.

Старинная изменчивость судеб побуждала оба соседних враждебных государства пользоваться каждой внутренней смутой противника и вырывать друг у друга победу в вечно оспариваемой в течение столетий пограничной черте, идущей вдоль оборонительных линий и Армении. С увеличивавшейся же постоянно безурядицей хозяйничанья эмиров приходилось все выше и выше подымать, в защиту от врага, знамя ислама. Одерживаемые Иоанном Куркуасом успехи в Армении начиная с 308 (920) г. заставили уже с 324 (936) г. вмешаться в борьбу с греками и Сейф ад-Даулу, заведывавшего тогда управлением в Дияр-Бекре. Так, до нас дошли некоторые известия о его набегах на окрестности Малатии и в Западную Армению, находившуюся уже в полной зависимости от греков; это происходило в годы 326 (938) и 328 (940). Если даже руководствоваться малодостоверными известиями арабскими об одержанных будто бы в то время победах, то едва ли они могли иметь какое-либо более или менее прочное значение, ибо злополучная борьба Хамданидов из-за обладания Багдадом и саном эмира аль-умара понуждала их почти совершенно обнажить северные границы. Каждый город принужден был на свой страх позаботиться, как бы отсидеться от нападения страшного Куркуаса. Нет ничего удивительного поэтому, что уже в 329 (940) г. византийский полководец вторгнулся в Месопотамию, а в 331 (942) г. овладел Низибисом. Эдесса должна была выдать ему в виде выкупа пелены святой Вероники, принятые с бесконечным ликованием христианами; в 332 (943/44) г. овладевает он даже Рас-аль-Айном. Только отозвание храброго героя, получившего в народе прозвище второго Велисария, – завистники оклеветали его пред императором Романом I – задержало на некоторое время дальнейшие успехи византийцев. С самого начала вступления своего в Халеб Сейф ад-Даула уже попытался проникнуть в область, лежащую за Марашем; имея в виду оградить Месопотамию от дальнейших набегов неприятеля, он двинулся из Северной Сирии грекам в тыл. Но в ближайшие затем годы, пока продолжалась борьба с Кафуром, конечно, нельзя было и думать предпринять что-либо серьезное в этом направлении. Зато начиная с 336 (947) г. Хамданид напряг все свои силы, чтобы отбросить исконного врага ислама назад в Малую Азию. Успехи на этом поле получились, конечно, весьма сомнительные. Так, например, греки овладели в 337 (948/49) г. Марашем и нанесли гарнизону Тарса чувствительное поражение. Когда же сам Сейф ад-Даула совершил в 339 (950) г. победоносный набег на Каппадокию, то на возвратном пути, в горах при Хадасе, наткнулся неожиданно на засаду. Немногие из его воинов вернулись домой; сам предводитель спасся, как передает предание, благодаря только отчаянному прыжку со скалы.

Удачнее были годы 340–344 (951/52—955/56): целым рядом серьезно выполненных походов мусульманам довелось оттеснить христиан; в 341 (952/53) г. взят был ими обратно Мараш и восстановлены старинные стены крепости, главное же – поддержана была честь исламского оружия. Но силы незначительного княжества, по сравнению с мощной империей, не могли долго продержаться против тяжкого напора слишком многочисленного войска врага. Один мусульманский отряд уже в 345 (956/57) г. понес чувствительное поражение, а в 346 (957) г. Лев, сын Доместика Варды, овладел Хадасом, который византийцы безуспешно осаждали в первые годы. В 347 (958) г. нахлынули греки с севера на Месопотамию, заняли многие крепости и снова доходили вплоть до Амида, а в 348 (959) г. до Эдессы и Харрана. Когда же Сейф ад-Даула направился было в византийские пределы, имея в виду понудить Льва к отступлению, греки окружили эмира и истребили почти все его войско. Особенно гибелен был для мусульман 350 (961) г. Никифор Фока, знаменитый полководец, впоследствии император, довершил к этому времени тщетно предпринимаемое нередко и прежде обратное завоевание острова Крит. Таким образом, устранен был из средоточия государства передовой пост ислама, удерживавший во многих различных пунктах силы греков и чрез это отвлекавший неприятеля от границ халифата. Силы эти могли теперь быть направлены с еще большим успехом на Сирию и Месопотамию. К вящему несчастию князя Халеба, возникло в то же время между его генералами открытое непослушание – старинный недуг арабского народа. Комендант Тарса первый