'Фантастика 21025-22'. Компиляция. Книги 1-23 - Виталий Хонихоев

— Ээ… женщины? — пытается угадать Питер: — мой план включает…

— Короче, Склифосовский… переходи уже к части, где ты говоришь, что тебе от нас надо. — говорю я и отодвигаю от себя фужер с коктейлем. Третий уже.

— Если коротко, то я предлагаю тебе и твоей команде объединиться с нами и участвовать в Императорских Играх. — выпалил Питер и уставился на меня полными надежды глазами. Словно кот из Шрека. Даже руки вместе в умоляющем жесте сложил.

— Нет.

— Огромный денежный приз! Даже за выход из группы!

— Нет.

— Слава! Покажут по телевиденью! Все девушки будут твои!

— Нет.

— Э… победителей представляют ко двору и дают дворянские титулы!

— Нет. Все, я пошел. Приятно было поболтать. — я встаю и кидаю на стол несколько смятых купюр. Еще чего не хватало — за счет Питера коктейли пить, чай и сами не бедные.

— Ээээ… амнистия? Полная? — цепляется за последнюю надежду Питер.

— Что? — я сел обратно и взглянул на Питера: — полная амнистия? А … на какие именно правонарушения распространяется?

— На все! — кивнул Питер: — в восемьдесят пятом помнишь, в команде чемпионов некий Гризли был? Так это ж на самом деле Кистень Ли, чувак народу покрошил немеряно, а теперь живет в Токио и в ус не дует. Особняк у него, представляешь?

— Но… это же нелогично?

— Тут как во Французском Иностранном Легионе — когда ты вступаешь в Игру — то берешь себе другое имя, псевдоним. И никто тебя привлекать не имеет право до окончания игр. А уж если ты игры выиграл — то тебе уже и слова никто не скажет, потому как за тобой твое новое имя закрепляется. И документы выдаются новые. Сертификат о победе — уже документ. Для этого достаточно региональные игры выиграть и о себе заявить. Даже необязательно чемпионами Японии становиться — в полуфинал выйдете и все.

— Как интересно… — говорю я и подвигаю к себе фужер: — значит полная амнистия.

— Да. Полная. — кивает Питер, потом начинает хмурится: — а зачем вам амнистия? Погоди-ка, так все что тут в городе говорят про кучу трупов китайских наемников и мага эс плюс мертвого?

— Чушь, неправда, навет. — быстро ответил я: — необоснованные обвинения.

— Ого. — говорит Питер. Он мне не верит. Ну почему, как я правду говорю — так не верит никто. Никакой не эс плюс, а всего лишь тройной эс, да и повезло нам. Ну, про кучу трупов… мда.

— А новенькая в вашей команде, которая эску грохнула — это же Читосе? Блин… респект и уважуха, Син, но тем вы нам нужнее. Мы ж в полуфинал точно выйдем! С вами…

— А разве вас не трое должно быть? — спрашиваю я.

— На поле — трое. Но запасные и сменные игроки — итого допускают до десяти. На случай… если кто из строя выйдет, или для конкретного поединка конкретные способности нужны будут.

— Ясно. — говорю я. Мы некоторое время молчим. Надо бы информацию проверить, конечно, но если все подтвердится, то вот и он — наш шанс спрыгнуть с крючка и снова стать добропорядочными членами общества за которыми не гоняется Антимагия.

— Ну… — осторожно начинает Питер: — а про член отрезанный правда? Ну, что вы ищете у кого бы… — он поймал мой вопросительный взгляд и развел руками в стороны.

— Честное слово, Син, у меня он маленький и сморщенный, у кого хочешь спроси. Твоим девчонкам такой не нужен. Да и потрепанный… я сам, исключительно по сентиментальным соображениям его так сказать храню…

— И какой мудак такие слухи распускает. — сказал я, разминая переносицу жестом Акиры «меня окружают идиоты».

Глава 29

Глава 29

— Не, бред. — говорит Акира, откидывая волосы назад. Она в домашнем шелковом халате, разрисованным драконами и лилиями, странное сочетание. Мы сидим на кухне у Майко и едим мороженное. На столе стоят два пустых пластиковых ведра, в которых мороженное продается для ларьков и тележек — оттуда и зачерпывает мороженное продавец специальной ложечкой, придавая форму шарика. Но нам закон не писан, Акира ест мороженое прямо из ведра, поставив его себе на колени и периодически откидывая волосы назад, чтобы не лезли вперед. Кроме двух пустых ведер на столе стоят три пустых бутылки из-под шампанского. Четвертую держит в руке Майко, она развалилась на коротком диванчике у стола и закинула босые ноги на стол.

— А что? — говорит она, отпивая из горла: — я слышала, есть такая штуковина. Полная амнистия и дворянство. Будешь у нас дворянкой, Акира. Акира-доно. Звучит! Карету заведешь и горничных. То-то Джун твой удавится как узнает.

— Он не мой. — автоматически поправляет Акира и достает из ведра еще одну ложку мороженного. Отправляет в рот: — он свой. Пусть и идет туда… куда его отправили. Надо было его обрубком оставить, без рук, ног и причиндала.

— Ну ты сурова, подруга. — говорит Майко: — но все равно удавится. Ты со своим дворцом будешь в Токио. Горничные там… или дворецкие. Я б себе завела дворецкого, такого, знаешь — строгого, но красавчика. И трахнула бы его в первый же день. И горничных тоже.

— Это у тебя не дворец будет а бордель. — задумчиво поправляет ее Акира: — а у нас Читосе с борделями борется. Взрывает их нахрен.

— Ты от темы не отходи. — говорит Майко и поворачивает голову ко мне: — скажи ей Син.

Я смотрю на Майко, задравшую свои ноги на стол, смотрю на Акиру, которая доедает третье ведро мороженного и решаю остаться над схваткой. Одна их древних мудростей управления боевыми группами гласит — никогда не отдавай приказ, который не будет выполнен. Например — а ну-ка прекратить всем моргать! Или дышать. Все равно будут и дышать и моргать, заодно думать про тебя что ты идиот, и в результате твой авторитет как командира будет подорван. Так и тут — пока эти двое не выговорятся, друг с другом не пообщаются, не поворчат, не припомнят друг другу все, что можно — лучше не влезать.

— Как у Читосе дела? — спрашиваю я, переводя тему. Майко машет в воздухе бутылкой.

— Ну как… как приехала, так и лежит. Плачет. Вчера вроде нормальная была, даже выпила вон с Акирой и покурила. Мороженного поела. А так лежит.

— Не трогайте человека. — говорит Акира, доскребая дно в ведре своей ложкой: — у нее травма. Она переживает катарсис. У нее так сказать кризис со всеми вытекающими. И вообще! — она занесла над нами ложку с недоеденным